Медовый месяц называется медовым, потому что в этот период мужчина и женщина, решившие быть вместе согласно самим себе, проявляют все самое лучшее по отношению друг к другу. Но после начинает проявляться другая часть — человек, на которого возложено столько проекций, пытается жить не только нашей, а и своей жизнью.
Мы можем ласкать друг друга, быть вместе, держаться за руки, гулять под луной, смотреть на бегущую волну. Мы можем подарить друг другу много бесценных мгновений, но, сколько бы они не длились, мы все равно будем отброшены к себе, потому что нам необходимо иметь свою собственную жизнь.
Не имея собственной жизни, не научившись обращаться с самим собой, живя только в фантазиях и проекциях, как другой человек должен к нам относиться, мы рано или поздно сталкиваемся с реальностью. Реальность не соответствует нашим представлениям — и мы находим, что другой недостаточно внимателен, по отношению к нам.
Отчего так происходит? Растет наше напряжение — начинает проявляться невозможность быть рядом с другим человеком постоянно. Мы испытываем напряжение в его присутствии, потому что медовый период взаимоотношений прошел, а постоянно находясь перед зеркалом другого человека, мы не знаем, как с ним быть. И тогда мы начинаем понемногу проявлять раздражение, колкость по отношению к нему — это начало самодиверсии.
В самодиверсии мы причиняем боль и себе, и другому. Испытывая душевную боль, нам необходимо ее выразить внешне. Основанием для выражения своего недовольства, злости, обиды, обделенности служит ревность, потому что ревность понятна всем. Оказывается, на понятийном уровне большинства людей заложено, что женщина должна ревновать мужчину, если она его любит, и мужчина должен ревновать женщину, если он ее любит.
И ревность, где основой служит страх, что нас не ценят, находит выражение в том, что мы испытываем постоянный недостаток внимания от человека, с которым живем. Мы можем прийти к такому выводу, только если вступили в сферу тотального контроля над ним и имеем собственное представление, как он должен себя вести. При этом мы уже не живем своей жизнью — мы контролируем другого. И когда он ведет себя согласно самому себе; здесь начинается наш надрыв и внутренняя истерия. Возникает страх, потому что его поведение не совпадает с нашим внутренним ответом: так не должен вести себя человек, которого мы контролируем. И все это оборачивается нуждой во внимании.
Другой человек этого не понимает. Он может быть в данный момент увлечен компьютером, книгой, телесериалом, но контроль лишает нас самовыражения, и мы не в состоянии выразить то, что чувствуем. Стоило бы нам только произнести, что нам не хватает его внимания, что мы страдаем от этого, и контроль отступил бы, освобождая нас от страха и ревности.
Если наши чувства остаются невыраженными, они подавляются в подсознание, контроль усиливается, растет недовольство, появляется провокационность поведения и ревностное отношение к другому человеку. В результате мы предъявляем ему накопленные претензии, обвиняя его во всех смертных грехах по отношению к нам.
В нас разжигается, распаляется ревность, которая является страстью в чистом виде на почве страха быть оставленным другим, страха, что все придется начинать заново. И тогда другой провоцируется, практически, на битву, где ревность является основанием.
А на самом деле, мы просто были захвачены контролем, мы стремились присвоить другого человека, как вещь, и это обернулось для нас внутренним ощущением неполноценности и постоянным страхом, что нас оставят, и мы останемся одни. В результате, выйдя замуж, женившись, имея семью, имея уже детей, мы живем как на вулкане и не можем расслабиться, находясь рядом с человеком, которого любим. Мы не можем расслабиться в той реальности, которая нас окружает.
Жизнь с человеком, которого мы любим — это открытость, это расслабленность нашей души. Это позволение ему быть собой и радость оттого, что он есть в нашей жизни. Но все это возможно лишь тогда, когда мы сами представляем для себя ценность и живем, согласно самим себе.
Томалогия — психология новой волны
Ваш комментарий к этой статье
