#10историй

Юрис Дукатс, исчез в дыре на глазах министра Никонова

Божественный запах бензина; сосиски, которые никогда не были такими вкусными, как в шестидесятые; поездка в село в кузове грузовика, стоя на ногах - таким свое детство в Латвии 1960-х годов помнит 57-летний Юрис Дукатс. "Я фактически вырос в министерстве, где работали мои родители! До сих пор могу с закрытыми глазами пройти то здание, где сегодня прокуратура!"

1918 1928 1938 1948 1958 1968 1978 1988 1998 2008 2015
Строитель Юрис Дукатс давно не носит гольфы на резинках. Не поджигает дома занавески и не переедает витаминов. Но в его детстве, которое прошло в центре Риги и Чиекуркалнсе, бывало и не такое. "Колготок не было как класса. Были резинки, и у мальчиков тоже. Помню, что один носок у меня все время сползал - наверное, не мог его зафиксировать. Пацаны бегали в шортах, подтяжках, была рубашка, джемпер какой-нибудь, никаких "прибамбасов" не было. В те времена все было в дефиците, в том числе и зимние шапки, которые невозможно было купить.
Колготок не было как класса. Были резинки, и у мальчиков тоже. Помню, что один носок у меня все время сползал - наверное, не мог его зафиксировать
Елочка" в детском саду. Юрис - в верхнем ряду, пятый справа. Фото из личного архива

Коммуналка, где курицу берут в долг

Коммунальные квартиры - неотъемлемая часть жизни рижан 60-х годов. Если внутри места на всех не хватало, то на улице детям всегда было вольготно. Пятилетний ребенок, игравший на углу бульвара Райниса в центре Риги был обычной картиной, и никто не обращал на это особого внимания.

В коммунальной квартире жили десять человек: Юрис с родителями и бабушкой и две русские семьи. Утро начиналось с похода по коридору, мимо развешенной одежды и портянок соседа и приводило к констатации факта, что туалет снова занят. "У нас был общий туалет, кухня, ванна, где в те времена не было никакой горячей воды. Отопление - дровами, которые надо было носить на шестой этаж. Стирка по каким-то графикам. В те времена весь центр был на своем отоплении - у кого дрова, у кого уголь. Помню тот чад, что стоял зимой над Ригой - дым столбом, и этот ужасный холод. Были зимы, когда мы официально не ходили в школу из-за мороза в 25-30 градусов".

Улица Ленина (сейчас Бривибас), Рига, 1963 год. Фото - Ж.Граубич, Латвийский Национальный архив

Особым обитателем коммуналки была женщина в теле Нина, которая любила "одалживать" вещи. В шестидесятых лучше жилось тем, у кого на селе были родственники, они помогали с продуктами, которые в рижских магазинах просто не продавались. У родителей Юриса родственники на селе были, и они присылали засоленное мясо, квашеную капусту и другие лакомства. "Мама привезла из деревни квашеную капусту и хотела, наверное, сварить какой-то суп. Смотрит - капуста есть, а рассола нет как класса. Нина одолжила".

"Министерский провал" и ананас из ЦК

Родители в те времена работали в Министерстве сельского хозяйства на бульваре Калпака. В здании, где сегодня Генеральная прокуратура. Мама работала ротористкой - в современном понимании, обслуживала предшественника копировальной машины. Отец был водителем министра. В те времена ребенок, слоняющийся по коридорам министерства, не был чем-то необычным. "Я и сегодня, наверное, мог бы пройти через все министерство с закрытыми глазами - конечно, если интерьер не поменялся. Но я очень хорошо помню, где сидел министр, где его заместители, где были какие-то управления".

Юриса интересовало, что происходит в гараже, коридорах, столовой. Самое яркое воспоминание - о том, как министр бросился спасать мальчика, внезапно провалившегося под землю. "В то время министром был Никонов. Мой отец его возил. Министерство отапливалось дровами или углем. Во дворе было большое отверстие, через которое в подвал засыпали уголь - метра три, три с половиной глубиной.

Здание министерства сельского хозяйства на бульваре Калпака. Фото - Латвийский Национальный архив

В тот день приехал чешский министр, потому что в Латвию начали продавать большие тракторы Tatra, красивые такие. Я с раскрытым ртом смотрел, и упал в этот открытый люк! Как раз в этот момент во двор вышел министр Никонов и заметил, что я был - и меня уже нет! Он бросил папку и бросился в погреб. Повезло, что там был уголь, я так удачно приземлился. Это все я отлично помню, в первом классе был в то время. Получил по полной программе!"

Юрис, будучи ребенком, не слишком многое понимал о стране и ее устройстве. Но одно было понятно: есть группы жителей, у которых преимуществ больше. Поскольку отец возил руководство министерства, то семье время от времени перепадало что-то экзотическое. "У тех начальников были свои столы заказов. Если правильно помню, их было два - для инвалидов и ветеранов войны и для членов партии. И там можно было получить какую-нибудь колбасу поприличнее. Напротив министерства, где сейчас гостиница "Ридзене", было что-то, связанные с ЦК. У них там была своя столовая, в ней работала мамина подруга. И мне там купили ананас, это было что-то невероятное!!! Я шел с ним в руках домой как после победы, как будто мне дали не знаю что! Помню, однажды отец принес домой мешок с совершенно зелеными мандаринами. Я был готов есть их зелеными, но их положили в шкаф".

Когда мы приезжали в деревню, мы были полностью серыми. Полностью, как мешки с мукой! Но не передать, какое это было счастье
"Зимой не было ни одного урока физкультуры, чтобы мы не стояли на лыжах. Это было как закон!" Фото из личного архива

Мамы в кабине, дети в прицепе

Детей того времени радовали аппараты с газировкой: все пили из одного и того же стакана, газировка стоила копейку, а газировка с сиропом - три. В магазинах были молочные, хлебные, мясные отделы, и в каждом нужно было стоят в своей очереди.

Мороженое по городу развозили на мотоциклах, у которых вместо коляски были металлические ящики. Если случалось оказаться поблизости, можно было и мороженое получить бесплатно, и раздобыть охлаждающее вещество из ящика, которое потом бросали в лужу и следили за химической реакцией. Это было любимым развлечением.

Особым событием была летняя поездка в Цесвайне в кузове грузовика. Это может показаться абсурдным, но мамы сидели в кабине, а дети - в открытом кузове, тогда это было нормой. И так - как минимум 180 километров. "Мы могли стоять на ногах, держась за кабину - только представьте, какой это кайф! Машины тогда ехали не быстрее 60-70 км/ч. Люди тогда ездили на экскурсии - весь Кавказ объезжали на грузовике, скамейки ставили и на них сидели. У нас, детей, был главный бонус - мы могли стоять и смотреть всю дорогу. Правда, когда приезжали в деревню, мы были полностью серыми. Полностью, как мешки с мукой! Но не передать, какое это было счастье. Сказка! Другие были времена, мы радовались пустякам и мелочам. Мое детство было самым красивым временем!"

#10историй

Тамара Сталажа, видела трех первых президентов Латвии

Янис Шустерс, был уверен в перспективах животноводства

Янис Миесниекс, учил в школе семь гимнов на трех языках

Эдите Лайме, которую после депортаций дразнил парторг

Дидзис Эрра взрывал, залезал под поезда и ел сухой кисель

Ренарс Спрогис, вел политинформацию и торговал жвачкой

Марцис Зиеминьш, видел жигули на кирпичах

Анастасия Тетаренко, перематывала кассеты на фломастерах

Адамс Бикше, интересуется янтарем, творогом и энергией