В чем суть предлагаемой реформы, об этом порталу DELFI рассказал юрист фракции "Зеленые/Европейский свободный альянс" в Европарламенте Алексей Димитров.

Зачем Евросоюзу новые инструменты контроля за своими же странами в вопросе соблюдения прав человека?

По факту, это реакция на Венгрию — именно в случае с ней стало понятно, что правовая рамка ЕС имеет недостатки (несколько лет назад партия ФИДЕС Виктора Орбана получила на выборах конституционное большинство, переписала конституцию и начала закручивать гайки — подчинять СМИ контролю государства, вмешиваться в деятельность судебной власти, преследовать НГО). Пока государство не вступило в ЕС, Еврокомиссия проверяет его на соответствие Копенгагенским критериям — в том числе, критерию уважения к основным ценностям ЕС, таким как демократия, верховенство закона и права человека. А вот после вступления в Союз ситуация меняется: предполагается, что страна-участница продолжит сохранять свое уважение к основным ценностям, но Еврокомиссия теперь может вмешиваться только тогда, когда у неуважения есть привязка к какой-либо компетенции ЕС.

Как нынешний механизм надзора работает на практике?

Например, у Евросоюза есть компетенция в области дискриминации по возрасту, поэтому в случае с Венгрией был начат процесс по поводу увольнения неугодных судей, который формально был связан с сокращением максимального допустимого возраста для должности судьи.

Если же привязки к компетенции нет (например, права, связанные с сексуальным или репродуктивным здоровьем, формирование конституционных судов актами ЕС не регламентируются), то в распоряжении евроинституций есть только специальная процедура, упомянутая в статье 7 Договора о Европейском Союзе. Но эту процедуру сложно запустить, еще сложнее довести ее до каких-то серьезных санкций (например, для лишения права голоса в Совете нужно сначала добиться, чтобы на саммите все остальные государства согласились, что существует серьезное и устойчивое нарушение ценностей ЕС). Так что на практике эта процедура никогда не запускалась. И, следовательно, возникает проблема — для более скромных санкций ЕС не хватает компетенции, а для более серьезных — политической воли. Поэтому надо найти некий компромисс, при этом не пересматривая договоры ЕС (на что нужно согласие всех государств).

В чем суть предлагаемого изменений?

Процедура, предлагаемая Европарламентом, проста — вместо того, чтобы в каждом конкретном случае оценивать, как себя ведет то или иное государство, создается панель независимых экспертов: по одному специалисту назначат государства из числа бывших судей, десятерых утвердит Европарламент из числа номинантов от НГО, академических кругов и международных организаций. Эта панель будет ежегодно оценивать ситуацию с демократией, верховенством закона и правами человека в каждом государстве, предлагая конкретные рекомендации по улучшению. Если эта панель придет к выводу, что в государстве существуют большие проблемы, она публично предложит подумать о начале процедуры по статье 7, и тогда другие институции будет решать, следовать ли этой рекомендации. Таким образом, принятие такого решения будет менее политизированным и будет больше полагаться на независимую экспертизу.

Что будет взято за "стандарт" прав человека?

Хартия об основных правах ЕС и Европейская Конвенция по правам человека, а также ряд других критериев в области демократии и верховенства права. Например, принцип разделения власти, свобода и плюрализм мнений в СМИ, свобода слова и свобода собрания, право активного и пассивного демократического участия в выборах, равенство перед законом и недискриминация, доступность правосудия и т.д.

Почему именно Европарламент выступает сейчас инициатором усиления контроля за государствами?

Европарламент неоднократно призывал другие институции найти такое решение. Еврокомиссия откликнулась тем, что формализовала свою внутреннюю процедуру (Rule of Law Framework), в ходе которой после все возрастающего давления на государство можно прийти к выводу, что надо запускать механизм статьи 7. Новая внутренняя процедура пока пробуется на Польше — стало больше прозрачности и меньше политизированности, но проблему с Конституционным трибуналом эта процедура пока не решила.

Особой поддержки идеи со стороны политических элит самих стран-участниц, естественно, нет. Совет (высший политический орган Евросоюза, состоящий из глав государств и правительств всех стран-членов ЕС) заявил, что вопросы демократии, верховенства закона и прав человека, если они не связаны с компетенцией ЕС, должны оставаться в ведении государства — и ограничился введением ежегодных дискуссий, где обсуждают не конкретное государство, а какую-то тему из этой области (например, вопросы интеграции). Так что Европарламенту пришлось самому в деталях расписать, какую процедуру он видит для таких случаев — и призвать Еврокомиссию выдвинуть такую инициативу в виде договора, который подпишут представители всех институций.

Еврокомиссия может проигнорировать призыв Европарламента?

Подготовленный Европарламентом доклад является законодательным — для его принятия нужна поддержка абсолютного большинства членов ЕП. Поэтому Еврокомиссии нельзя просто отмахнуться от рекомендаций Европарламента, как она могла это делать в случае предыдущих незаконодательных докладов — если Еврокомиссия до сентября 2017 года не выдвигает проект, который хочет видеть ЕП, она должна официально сообщить о причинах. Если Еврокомиссия откажется, то главными причинами могут быть две: 1) надо сначала посмотреть, как будет работать Rule of Law Framework — например, в случае Польши; 2) для соглашения между институциями все равно нужно согласие Совета, а тот считает, что постоянный мониторинг ситуации в государствах выходит за рамки полномочий ЕС.

Если новый механизм надзора введут, как это повлияет на Латвию?

Пока трудно предсказать, какие проблемы будут самыми актуальными для Латвии, если механизм заработает. Если судить по последним докладам других организаций, то в "топе" ситуация в местах лишения свободы и других закрытых институциях, права инвалидов, вопрос неграждан (особенно детей), преступления на почве ненависти, язык вражды, права ЛГБТ.