Портал Delfi продожает цикл статей "Поуехали" о том, как наши бывшие соотечественники живут в разных городах и странах мира: почему покинули родину, как выбрали новую гавань, какие трудности встретили, что привлекло на чужбине, кто им помогает и мешает, чем отличается менталитет и порядки новых сограждан, при каких условиях они бы вернулись в Латвию.

C начала века Латвию покинуло около 270 тысяч жителей — это чистые потери "уехавшие минус вернувшиеся". По официальным данным, в 2015 году в Дании проживало 4720 латвийцев. Их можно смело назвать счастливчиками, ведь многие исследования показывают, что именно в Дании наибольшее число людей считает, что их нация — самая счастливая в мире.

(Курс датской кроны к евро — 7,5 кроны за один евро.)

Майя Захарко
Foto: No privātā arhīva

Наш разговор застал Майю Захарко в Новой Зеландии, куда она отправилась на полгода с бойфрендом и семилетней дочкой. Сдали жилье, продали имущество и рванули путешествовать по стране с севера на юг в машине-трейлере. Но все это лишь для того, чтобы на контрасте лишний раз убедиться, что лучше Дании — нет.

"Пусть это не покажется неполиткорректным, но начиная с момента, когда я стала осмысливать, где я живу, то есть лет с 13-14, я всегда была внутренне уверена, что в Латвии жить не буду, — утверждает Майя. — Нет, в Даугавпилсе все у меня было хорошо, куча друзей и насыщенная жизнь, но… Не мое, и все тут. Помню, когда в начале 90-х в школе все начали усиленно учить латышский, утверждая, что без него теперь никуда, я филонила, заявив, что конкретно мне он не пригодится. Зато налегала на английский — участвовала во всех олимпиадах. Была железная внутренняя уверенность, что он мне пригодится".

В Дании коммунизм с человеческим лицом оказался возможным, потому что народ сознательный. На пособиях по безработице сидят, по большей части, приезжие. Датчане считают это постыдным. Майя Захарко

Закончив школу в 1998 году, Майя поступила на первый курс русскоязычного вуза, но, скорее, по инерции — как многие ее одноклассники. За месяц до первых экзаменов знакомые предложили ей поработать няней в датской семье — по программе au pair (молодые люди живут в семьях в чужой стране и помогают в домашней работе, чаще — нянчиться с детьми. — Прим. ред.). Согласилась не раздумывая. Созвонилась с семьей, одолжила денег на билет и поехала. "Помню, всю ночь простояла на палубе парома из Клайпеды — не могла уйти спать, такое романтическое настроение меня охватило", — вспоминает Майя.

Притом что от своих коллег по au pair Майя наслушалась всяких ужасов про эксплуатацию приезжих нянь, сама она осталась невероятно довольна принимающей семьей: "Мне достались хирург и анестезиолог с 8-летним сыном и двумя полугодовалыми близнецами Сине и Эдгаром, которых я тут же назвала Зинкой и Эдиком и научила говорить по-русски. Их первым словом стало "часы" — я когда им памперсы меняла, крутила перед ними часами, как погремушкой и приговаривала… Мы все идеально совпали характерами. Я нянчила детей, раз в неделю готовила и убирала холл, а в свободное время трижды в неделю ходила слушать джаз и в клубы на танцы — вела нормальную жизнь 18-летней девушки".

Живя на полном обеспечении семьи, Майя еще получала по программе карманные деньги — около 4000 датских крон. И еще на четыре тысячи подрабатывала, убирая дома. "В общем, жила я припеваючи. Периодически ездила в Латвию и спускала все на подарки, а однажды даже отдохнула в Греции. Через год меня попросили остаться еще на год — согласилась. В общем, начала врастать".