Давайте найдем место, где проживают самые умные люди нашей планеты. С высокой степенью точности таким можно назвать Кремниевую долину. На небольшой территории от Сан-Франциско до Сан-Хосе с окрестностями расположены офисы и конструкторские бюро большинства высокотехнологичных компаний мира, в первую очередь компьютерных. Сотни тысяч инженеров и ученых двигают науку и технику к радости всего земного шара. Вряд ли еще где-то в мире столь высок средний уровень образования и доходов на душу населения.

Конечно, на славу обиталища самых глупых людей Земли претендентов будет куда больше, но я предлагаю вполне достойных этого звания — жителей города Детройта. Еще полвека назад здесь была столица мирового автомобилестроения, а теперь царит запустение. Это бы полбеды, но детройтцы умудрились много лет подряд выбирать такое самоуправление, которое из популистких соображений тратило куда больше, чем получало в бюджет. Кончилось дело банкротством и полным прекращением какого-либо управления городом.

А теперь вопрос. В США происходят выборы президента. Как вы думаете, чей голос важнее — жителя Силиконовой долины или Детройта? Парадоксально, но первому вообще нет смысла ходить на выборы. Тогда как благодаря второму мы и видим в Белом доме президента Трампа.

Известно, что избирательная система в США весьма необычная. В 48 из 50 штатов все голоса избирателей данного штата уходят выборщикам того кандидата, который в этом штате набрал большинство голосов. При этом в большинстве штатов распределение симпатий между политическими партиями очень стабильно, и можно без риска ошибиться сделать прогноз на десятки лет вперед, кто победит в них — республиканец или демократ. И в Калифорнии, куда входит Силиконовая долина, испокон веку побеждают демократы. Так что голосуй — не голосуй, плетью обуха не перешибешь.

А Мичиган, где расположен Детройт, относится к тем немногим — их около десятка — штатов, где ситуация меняется, постоянных сторонников обе партии имеют примерно поровну. И Трамп провел в этом и соседних штатах так называемого "ржавого пояса" — Висконсине, Огайо, Пенсильвании — очень эффективную кампанию, которая и привела его к победе в них с небольшим перевесом, что оказалось достаточно для триумфа по стране в целом.

А теперь некоторые итоги выборов. Избиратель Клинтон оказался более образованным, чем избиратель Трампа — за нее голосовали больше людей с высшим образованием, а если взять только обладателей магистерских и докторских степеней, то их перевес полуторакратный. Понятно, что это нехорошо для прогресса страны. Избиратель Клинтон намного богаче, чем избиратель Трампа — в штатах, где она победила, производится 64% ВВП страны. Такой исход необычен при капитализме, правда? И наконец, за Клинтон проголосовало банально больше избирателей — причем чуть ли не на три миллиона. Это вообще дико с точки зрения демократии.

Ничего удивительного поэтому нет в том, что инауграция Трампа сопровождалась массовыми акциями протеста. Удивительно другое — то, ради чего я эту историю здесь изложил. Все эти миллионы негодующих умников, гениальные изобретатели, звезды кино и лучшие журналисты страны не предлагают простого выхода из создавшейся ситуации: давайте наконец изменим избирательную систему! Давайте введем прямые и равные выборы — как голосует давным давно весь мир.

Вместо этого они ругают Трампа за глупости, которые он наговорил за свою долгую жизнь — про женщин, про геев, про инвалидов, про мигрантов, про политкорректность. Можно подумать, что семидесятилетний человек послушает их и перевоспитается. Или что в Америке отменили свободу слова. Трамп отреагировал вполне естественно: "все эти люди, вышедшие сейчас на улицы, — почему они не голосовали?"

И вот теперь самое важное. Противники Трампа уверены, что они — носители всех лучших качеств современного мира с его уважением к правам человека, политкорректностью и толерантностью, а Трамп — замшелый консерватор, отбрасывающий страну назад. На самом же деле они настолько привержены косной и безнадежно устаревшей избирательной системе, что не видят в ней корень зла — глаз замылился полностью.

Американцы обоснованно гордятся тем, что процедура передачи власти от одного президента другому не нарушалась ни разу с конца 18-го века. Это само по себе прекрасно, но тогда был другой мир и другая страна. Каждый гражданин в значительно большей степени отождествлял себя с родным штатом, а не государством в целом. Сегодня американцы стали очень мобильной нацией, редкий человек всю жизнь живет в одном штате. В их ментальности принадлежность к США в целом существеннее, чем принадлежность к штату. А президент страны имеет огромную власть. Доверять его избрание нескольким миллионам не самых удачливых сограждан, лишая остальных реального влияния на этот процесс — совершенно дурацкая архаика.

Было бы простительно, если б подобная незадача постигла многомиллионную армию американских интеллектуалов впервые. Но 16 лет назад был аналогичный случай, когда президентом страны стал ненавистный жителям американских мегаполисов Буш-младший, набрав при этом меньшинство голосов избирателей. Вскоре он развязал войну в Ираке, против которой интеллигенция протестовала столь же яростно. Но и тогда не прозвучало естественного предложения перейти к прямым выборам президента — и не было бы повода протестовать сейчас. Разумеется, поменять конституцию США очень непросто. Но если этого настойчиво потребовало бы большинство населения — то оно своего бы добилось. Рискну предположить, что при новой системе не только была бы невозможна победа Трампа, но и появление у него такой ограниченной и фальшивой соперницы, как Клинтон: настоящая конкуренция должна породить настоящих лидеров.

Трамп изучил правила и играл в соответствии с ними. Надо понравиться не Америке в целом, а ее неудачникам. Этим неудачникам плевать на фетишизированную в процветающих штатах политкорректность, и с ними можно быть самим собой. Победителей не судят.

На самом деле мы видим столкновение двух разных типов косности. Консерватизм Трампа — это стремление отвергнуть все достижения последних пяти-шести десятилетий и вернуться в мир 50-х — 60-х годов прошлого века, милый сердцу жителя "ржавого пояса", пострадавшего от глобализации. Консерватизм его противников — это нерассуждающая привязанность к приличиям последних десятилетий, когда разумные, но необязательные правила хорошего тона вдруг превратились в табу, нарушение которых вызывает истерическую неадекватную реакцию.

Если рассмотреть всю философию Трампа в целом, то в его предложениях можно увидеть действительно обреченные на провал идеи повернуть колесо истории. Совершенно очевидно, что провалится борьба с миграцией, потому что экономика США на подъеме и нужно много дешевой рабочей силы. Еще более нелепа идея пытаться возродить производство путем выстраивания таможенных барьеров. Тяжелая промышленность в страну не вернется, а по благосостоянию американцев пошлины ударят. Глобализацию остановить не под силу даже президенту крупнейшей экономики мира.

В то же время международной политикой Трамп никогда раньше не занимался и смотрит на нее свежим взглядом прагматика. НАТО устарело? А разве нет? Как можно не считать устаревшей организацию, созданную во время идеологического противостояния двух блоков, когда этих блоков больше нет, и на территории обоих торжествует капитализм? Каким образом может громоздкий и дорогущий военный блок противостоять исламскому терроризму — единственному сегодня противнику западной цивилизации, с которым ее разделяют действительно непримиримые идейные расхождения?

Парадоксально, что главный упрек Трампу звучит так: он готов разрушить сложившуюся за 70 лет систему международных отношений. То есть прогрессисты критикуют консерватора с самых что ни на есть консервативных позиций: не дадим покуситься на устои, на наши духовные скрепы! Но разве сложившийся миропорядок совершенен? Я уже устал перечислять непризнанные квазигосударственные образования, которых в одной Европе и ближайших окрестностях девять штук — от турецкого Кипра до донбасских республик.

Поэтому вызывает уважение и кощунственная фраза Трампа, о том, что жители Крыма хотят жить в России, а не на Украине, и особенно его звонок президенту Тайваня. Тайвань, между прочим, это страна с 23 миллионами жителей и процветающей экономикой. Чего стоит мировой порядок, при котором отрицается право его граждан на свою государственность? Неужели все мировые лидеры так боятся китайцев, что не смеют заикнуться о тайваньской проблеме?

Современный мир, к сожалению, совершенно не умеет делать выводы из исторических ошибок. Летом 2014 года отмечалось 100-летие начала первой мировой войны, и сотни политиков сокрушались — какими глупыми были наши предки: из-за такой мелочи, как убийство австрийского эрцгерцога, устроили мировую бойню!

Еще через два года они же на чем свет кляли соратника Трампа Ньюта Гингрича, который благоразумно выразил сомнение, стоит ли начинать мировую войну из-за пригородов Санкт-Петербурга. Напомню, что сербский националист Принцип убил эрцгерцога, потому что боролся за воссоединение принадлежащей Австро-Венгрии и населенной сербами Боснии с собственно Сербией.

От эстонской Нарвы до Санкт-Петербурга только 158 километров, это действительно пригород. Население там исключительно русское. То есть если там появится вдруг паче чаяния русский Принцип, то человечество пропало — оно должно умереть в ядерном апокалипсисе ради соблюдения 5-й статьи Устава НАТО? Или мы напрочь отрицаем идеи Гаврилы Принципа — но почему тогда после всех кровопролитий была создана Югославия, а Боснию не оставили Австрии?

Подведу итоги. Прогресс — это действительно светлая цель человечества, к которой оно неуклонно движется, постоянно обновляясь. Но очень часто сторонниками этого прогресса называют себя косные люди. Поэтому надо каждую политическую идею рассматривать отдельно, не взирая на личность того, кто за этой идеей стоит.