Желание шведов получить контроль при объединении очевидно и понятно

С точки зрения государства как акционера, объединение LMT и Lattelecom не является удобным и выгодным ни при каких условиях. Объединив компании (формально не покупая и не продавая доли капитала), государство может утратить контроль, а группа Telia Sonera без труда и дополнительных вложений — получить контрольный пакет. Это означает и то, что ценность находящихся в собственности государства акций объединенной компании, скорее всего, уменьшится.

Понятно, что такой сценарий был бы выгоден шведской стороне, что в большой степени объясняет недавнее столкновение мнений между представителями совета LMT. Председатель совета LMT, представитель Telia Company AB Клаас Никандер, остро отреагировал на критику планов объединения LMT и Lattelecom, высказанную президентом LMT Юрисом Бинде. Никандер сказал, что такая критика неприемлема, так как она не представляют мнения большинства совета LMT и потому "вызывает вопросы относительно способности руководства добросовестно представлять интересы всех владельцев LMT и, таким образом, эффективно руководить компанией в будущем". Тем временем другой член совета LMT — заместитель председателя совета Анри Лейманис — ответил, что ему подобное заявление Никандера кажется странным, так как совет не принимал решений по данному вопросу.

Такое публичное полоскание грязного белья и угрозы со стороны группы Telia Sonera наказать тех, кто критикует планы объединения LMT и Lattelecom, при стороннем взгляде заставляют думать о нервозности шведской стороны. Кажется, интерес группы Telia Sonera к объединению компаний любой ценой, и увеличению таким образом своего влияния, огромен.

Во сколько Латвии обойдется нейтрализация шведского контроля?

Можно было бы подумать, что проблему шведского доминирования решает рекомендация KPMG посредством объединения LMT и Lattelecom создать компанию, в которой каждому из крупных акционеров — группе Telia Sonera и Латвийской Республике — в равных частях принадлежали бы 30-40% акций, а остальная часть акций котировалась бы на бирже. Но если посмотреть более внимательно, то, к сожалению, это, выглядящее мудрым, решение оказывается "шитым белыми нитками".

Заключение KPMG умалчивает о масштабных инвестициях и времени, которые необходимы для проведения оценки LMT и Lattelecom перед тем, как вообще станет возможным подготовка соответствующего реальности сценария по объединению обеих компаний. Только после скрупулезной оценки обеих компаний будет ясно, сколько процентов акций в объединенной компании полагается группе Telia Sonera и сколько — Латвийской Республике.

Если результаты оценки будут свидетельствовать о том, что стоимость LMT выше, чем Lattelecom, то, скорее всего, группа Telia Sonera получит контрольный пакет акций новообразованной компании. Отказаться от контрольного пакета и продать свои акции в тот момент, когда их цена не будет прогнозируемой, для группы Telia Sonera было бы нелогично. Поэтому для того, чтобы осуществить планы KPMG относительно равноценного разделения акций и добиться того, чтобы шведы подписали новое акционерное соглашение, Латвии, возможно, придется заплатить внушительную компенсацию. Сейчас об этих обстоятельствах публично не упоминается ни слова, как и том, кто покроет убытки группы Telia Sonera, если при объединении компании таковые возникнут (потому что шведы определенно будут на этом настаивать).

Легкая прибыль, на которую можно было бы рассчитывать, продав свои "свободные" акции объединенной компании на бирже, тоже не так однозначна и прогнозируема как хотелось бы. Продавая принадлежащие Латвии акции (15-20%) на бирже, их цену (таким образом, и доходы) никто заранее рассчитать не в состоянии. В связи с этим не исключено, что прогнозируемая прибыль может быть вполовину меньше желаемой. Более того, вместо доходов подобный шаг может принести и убытки.

Среди проигравших — конкуренция и население

Энтузиасты идеи объединения LMT и Lattelecom постоянно твердят о том, что нет другого выхода и компании обязательно нужно объединить. Звучат чуть ли не угрозы, что в противном случае другие игроки на рынке могут создать интегрированного оператора, который сможет отнять долю рынка у Lattelecom и LMT; таким образом, Латвия как акционер понесет неизмеримый ущерб.

С точки зрения конкуренции эти опасения совершенно не обоснованы. В настоящее время в Латвии нет ни одной компании с такой большой долей на рынке интернета, телевидения, мобильной и фиксированной связи, как у потенциально объединенных LMT и Lattelecom. Скорее наоборот, объединение обеих компаний во имя хваленой синергии и повышения эффективности компаний может вызвать много неблагоприятных побочных эффектов. То есть при объединении LMT и Lattelecom будет создан игрок, у которого, по сравнению с конкурентами, будет ряд внушительных преимуществ. Такая экономическая сила, доминируя на рынке, однозначно ослабит конкурентов, а также захочет повысить розничные цены. Конкуренты LMT и Lattelecom сейчас, а также в ближайшие годы, не будут в состоянии создать равноценного предложения услуг и наивно рассчитывать на то, что объединенная компания не воспользуется своими преимуществами (за счет клиентов и потребителей).

Уже сейчас можно сказать, что если пойти по этому пути, то, в самом ближайшем будущем, латвийский потребитель будет вынужден с надеждой присматриваться к какому-нибудь международному телекоммуникационному гиганту, который мог бы прийти в Латвию, чтобы уравновесить силы на рынке и положить конец доминированию объединенной компании. В рамках этого сценария существующие участники телекоммуникационного рынка, которые заметно пополняют государственный бюджет своими налогами и обеспечивают работой большое количество жителей Латвии, будут вынуждены покинуть латвийский рынок. Неизвестно, включены ли в исследование KPMG расчеты того, какие негативные последствия для народного хозяйства (в плане потерянных налогов и рабочих мест) будет иметь объединение LMT и Lattelecom.

После ознакомления с публично доступной информацией об объединении LMT и Lattelecom, в сущности возникает только один вопрос: "Кто будет в выигрыше?" Ясно, что сделка по объединению не выгодна ни участникам рынка телекоммуникаций, ни Латвии, ни ее жителям.