DELFI - 15 лет. Анатолий Голубов: Где мы будем завтра - я не знаю. Но это как раз и интересно

Фото: DELFI
Главный редактор русской версии портала DELFI Анатолий Голубов рассказывает о том, с чего 15 лет назад все начиналось, о принципе велосипеда, о теории заговоров, о "смерти СМИ и журналистики" и о будущем, которое мы не в силах предугадать.

Как ты оказался в DELFI?

Случайно. В 1999-м году газета Diena закрыла русскую версию, где мы с Алексом Ростовым отвечали за выпуск пятничного приложения с ТВ-программой. Мы и редактировали, и писали, и верстали - в общем, отвечали за весь цикл выхода еженедельника. Когда нас всех уволили, я получил огромное по тем временам выходное пособие и надеялся побыть несколько месяцев в статусе безработного, чтобы привести мысли в порядок. Но не сложилось.

В январе 2000-го мы придумали концепцию журнала про новые технологии, без особого успеха попытались заинтересовать потенциальных инвесторов и рекламодателей, а потом через бывших коллег по "Диене" узнали, что кто-то ищет редактора для интернет-портала. Латышская версия DELFI работала уже несколько месяцев, но я как-то все больше сидел на зарубежных сайтах и не знал о ее существовании. Мы пришли на собеседование, и нас вдруг взяли.

То есть мы не были какими-то визионерами, которым подвластно тайное знание о будущем. Мы ничего не знали о том, как должны работать интернет-СМИ, какая должна быть бизнес-модель, и так далее. Нам просто понравились люди, которые проводили собеседование. Плюс, компания была международной и по тем временам очень продвинутой. Достаточно сказать, что в 2000-м году у меня не было мобильного телефона, а у тех, кто взял нас на работу, были легендарные "коммуникаторы" Nokia - одни из первых смартфонов. Да и работа, которую предстояло делать, была, как нам тогда казалось, более-менее понятной.

Короче говоря, нам дали очень скромную зарплату, никаких особых гарантий на будущее и почти полную свободу действий. Месяц ушел на локализацию и создание концепции, и в середине марта мы уже работали в тестовом режиме. 17-го марта вышли в онлайн.

На что была похожа работа редактора интернет-портала 15 лет назад? И что изменилось с тех пор?

С точки зрения редакции 15 лет назад это был конвейер, который работал вслепую. То есть задача была простой: сделать как можно больше и как можно быстрее. Два редактора, которые работали по 10-12 часов не поднимая головы. Почти все материалы - перепечатки новостных агентств, партнерских сайтов. Редко - переводы с латышского или английского. Позже началось сотрудничество с газетами. Параллельно - модерация комментариев, какие-то тематические проекты, то есть работы хватало всегда. По-моему, я за эти 15 лет успел написать обо всем, от политики до гороскопов.

Мы как будто едем на велосипеде: нельзя останавливаться, иначе упадем

Но не всегда эту работу можно было назвать журналистикой. Скорее, это была работа с контентом - отбор, упаковка и подача информации. И тут есть забавный момент: в первые годы у нас не было никаких инструментов для оперативной оценки читаемости или популярности конкретных статей или тем. То есть работали вслепую. Сейчас это невозможно по определению: все считается и анализируется. А тогда у нас была уникальная возможность сделать так, как нам кажется правильным - без поправок на то, что "читателю это нужно" или "это не читается". Конечно, сейчас то, что нам казалось хорошим и правильным, выглядит довольно смешно. И тем не менее, мне совершенно не стыдно за эти смешные вещи.

За 15 лет изменилось многое. Я бы сказал, что первые лет пять DELFI был экспериментом, и никто не знал, во что это все вырастет. Следующие года три, до кризиса, это был "пузырь", который надувался сам собой. Аудитория росла просто за счет доступности интернет-подключения, а рекламные доходы в "жирные годы" просто зашкаливали. Потом все рухнуло, и нам, как ни странно, это пошло на пользу. Потому что появилось понимание: надо шевелиться, надо развиваться, осваивать новые территории и форматы. Иначе не выжить.

И мы зашевелились. Я мог бы очень долго перечислять, что именно мы пробовали, от чего отказывались и что принимали на вооружение. Но достаточно сказать вот что: сегодня DELFI как никогда близок к модели традиционных СМИ. В русской редакции работает 14-15 человек. Мы производим много оригинальных материалов, мы уже не просто следуем за новостной повесткой, мы сами стараемся создавать новости. У нас есть видео и инфографика, текстовые онлайны и фотогалереи, серьезные материалы - лонгриды и гражданская журналистика. Мы продолжаем экспериментировать с форматами (взять, например, ТЧК или "Историю дня"). Мы как будто едем на велосипеде: нельзя останавливаться, иначе упадем.

Говорят, что работу нужно менять каждые 5-7 лет, ты на посту главреда с 2000 года. Не надоело?

К чему скрывать - я не раз думал, что пора, с меня хватит. И всегда находились причины для того, чтобы остаться. Во-первых, из-за коллектива. Здесь по-прежнему сохраняется неформальный, дружелюбный дух начала 2000-х, и для меня это важно. Да не только для меня, вообще для любого человека, особенно в творческой профессии. Во-вторых, здесь не скучно. Я не говорю о том, что новости постоянно меняются, это понятно. Задачи меняются. Технологии меняются. Инструменты тоже постоянно меняются. Тебе всегда есть о чем задуматься, а узнавать что-то новое ты просто обязан.

Вечный вопрос: почему содержание русской версии DELFI отличается от латышской?

Потому что у нас две равноправные, независимые друг от друга редакции, каждая из которых лучше понимает своего читателя. Да, мы пишем о разных вещах и по-разному, но ценности у нас все-таки общие: редакционная независимость, стремление к объективности, контакт с аудиторией. Мы много переводим с латышского - в том числе, например, комментарии политиков, которые не вызовут восторга у наших читателей. Латышские коллеги переводят наши статьи, если считают их интересными. Это естественный живой процесс, в котором, конечно, хватает и ошибок, и недоразумений. Но DELFI вообще очень живой портал, а жизнь несовершенна, так что мы стараемся исправлять ошибки и идти дальше.

DELFI вообще очень живой портал, а жизнь несовершенна, так что мы стараемся исправлять ошибки и идти дальше.

Кстати, насколько мне известно, все попытки сделать билингвальное СМИ, которое дословно переводит весь контент, никогда не были удачными. Это искусственная концепция, которая не учитывает миллион мелочей. Начиная от того, с какого языка что переводить и заканчивая тем, кто - латышские или русские читатели - будут получать новости с опозданием. Конечно, все это можно преодолеть, вопрос в том, зачем и какой ценой.

Насколько на самом деле независима редакция DELFI?

За 15 лет никто и никогда не приходил ко мне и не говорил, что об этом условном политике или олигархе надо писать так, а не иначе. Конечно, нам повезло в том, что мы всегда оставались чуть в стороне от привычных для Латвии медиа-процессов. С 2007 года наши владельцы находятся в Эстонии, у них нет никаких политических или дополнительных экономических интересов в Латвии. Установка, по сути, одна: редакция должна соблюдать принципы журналистской этики, а сам портал в целом должен быть прибыльным. К счастью, и редакция, и рекламный отдел, и руководство всегда понимали эту установку одинаково. Это, кстати, еще одна причина, по которой я еще здесь.

Часто приходится слышать, что традиционные СМИ "умирают", журналистика никому не нужна, а читатели на самом деле больше не читают. Как ты думаешь, что будет с латвийскими СМИ?

Мне не близка позиция "в наше время все было лучше, трава зеленее, молодежь умнее". И с читателями все в порядке, и журналисты хорошие остались. Сейчас, например, мы видим спрос на хорошую, качественную, умную журналистику в интернете. Но если подходить к сегодняшнему дню с мерками какого-нибудь 2002 года, действительно, сложно быть оптимистом. Дело в том, что жизнь изменилась - она стала быстрее и разнообразнее. 20-летний читатель в 2002 году мог уделить газете полчаса своего времени, потому что у него было не так много альтернатив. Сегодня у него в кармане смартфон с интернетом, на столе планшет с "фейсбуком", перед глазами "умный телевизор" с подключенной игровой приставкой, а ноутбук в это время качает торренты.

Естественно, издателю нужно очень сильно постараться, чтобы заставить его читать. Но он все равно что-то читает, даже если это push-сообщения на телефон. Проблема издателя в том, что он не может или не хочет держать темп своей аудитории. А проблема журналиста в том, что у него такой издатель.

Не хочу напоминать старую историю про "телевизор уничтожит театр и кино". Интернет совершенно не враг для журналистики. Это уникальная возможность сделать что-то иначе, получить мгновенную реакцию аудитории, обновить информацию, комбинировать текст, фото и видео… Вопрос в том, способны ли традиционные СМИ перестроиться и идти за читателем туда, где они никогда раньше не работали. Пять лет назад мы и понятия не имели, что нам придется идти за читателями в Facebook, но сегодня мы там. 10 лет назад никто и не подозревал, что нас будут читать через телефоны, но сегодня там - самый стремительный рост аудитории. Где мы будем завтра - я не знаю. Но это как раз и интересно.

PS Интервью с главным редактором Delfi.lv Ингусом Берзиньшем можно прочитать здесь.

© DELFI