Foto: AFI
Foto: Aigars Kalvītis

В минувший понедельник в прямом эфире радио MIX FM 102,7 Григорий Зубарев в своей программе "С властью — по-русски" вздумал осветить тему "Позиция и ОП!позиция: взгляд из-за забора…". Кто же ее осветит лучше, чем Айгар Калвитис, руководитель парламентской фракции Народной партии, крупнейшей, кстати, в лагере оппозиционеров.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Стулья правящей коалиции явно трещат; о крушении их говорить рановато, но о скрипе — самое время. Ваше же партии совокупно при всех явлениях во власть так долго сидела на заборе и поплевывала вниз, что теперь, должно быть, в оппозиции чувствует себя не шибко комфортно?

Каждая серьезная партия должна пережить оба варианта: и при власти побывать, и для освежения взгляда на жизнь и на политику вне власти побывать. И если посмотреть на Народную партию, то здесь есть некие консеквенции (от авт.: консеквенция — логическая последовательность): мы работаем в Сейме уже второй созыв, и второй же раз находимся в оппозиции. Первый раз в 1998-1999 г.г. мы не были у власти десять месяцев, и в эти дни исполняется десять месяцев, как мы оппонируем правительству.

Совершенно ясно, как отмечают круглые даты те, кто находится у власти. Как отмечает круглую дату — десять месяцев в оппозиции — партия, находящаяся по другую сторону забора?

Конечно, я соврал бы, сказав, что мы очень довольны ситуацией. На самом деле десять месяцев вне власти — это довольно большой срок, и надо думать не праздновании "юбилея", а о том, как сменить правительство Репше и вернуться во власть. А вот достигнем намеченной цели (продолжает смеяться) — тогда и отметим.

Созреть — термин, в том числе и ботанический; крапива и растет сама по себе, и созревает, когда придется, а иное растение иной раз надобно оченно даже подкормить удобрениями. Ситуация с правительством Репше: оно — крапива или некий злак, который оппозиция собирается тщательно унавозить?

Кабинет Репше, говоря сельскохозяйственным языком, это культура, над которой надо работать. Мы ведь не забыли результат прошлых выборов в Сейм: народ выбрал партию "Jaunais laiks" протестно — надеялся, что "Новое время" принесет и в жизнь что-то новое. А получилось то, что получилось: обществу дали лишь новые обещания. Предвыборные декларации Репше лишь декларациями и остались. Премьер по телевидению говорит, что он только начинает решать проблемы, но прошел-то почти год.

Так что mesli (от авт. с лат.: mēsli — органические удобрения, типа навоз) надо подбрасывать. И в этом, конечно, тоже заключается работа оппозиции, но то, что Народную партию отличает от других оппозиционных партий — мы интеллектуальная партия, наши избиратели — люди думающие, не основывающие свои решения на эмоциях. И мы должны находить лекарство для правительства интеллектуальным способом, должны обыграть их, а не поступать так, как в недавнем прошлом социал-демократы, собиравшие подписи для проведения референдумов и организовывавшие забастовки.

Оппозиция Народной партии — это предложение альтернативы, нового взгляда на проблему. Так работать намного сложнее, нежели уподобляться слону в посудной лавке. Поэтому правительство Репше видит от нас не так уж и много того, что вы называете mesli.

Правильно ли я понял, что в отличие, скажем, от социал-демократов ваша партия — интеллектуальная?

Да.

Однако ж их нет в Сейме. А среди парламентских оппозиционных партий кого бы вы назвали интеллектуальными, а кого бы поставили в один ряд с милыми вашему сердцу "социками"?

О других оппозиционных партиях говорить трудно, потому как они или вовсе не были у власти или давно это было. Во времена Народного фронта и, будучи Министром иностранных дел, хорошее впечатление оставлял Юрканс. Но партия Народного согласия уже более десяти лет в оппозиции, и большую часть это срока работала не на созидание, а разрушение, поэтому непросто ПНС куда-то конкретно отнести. Но если смотреть на партию BITE, созданную Плинером, то чувства у меня она вызывает негативные. Это партия одной проблемы: они поставили перед собой задачу защищать интересы своих избирателей только на узкой тропинке, и работают на негативных эмоциях, а не на конструктивных предложениях.

Но об узкой тропинке это ведь вы сказали. И тропинкой таковой является тема выбора языка обучения в школах национальных меньшинств. И в демократическом обществе свобода выбора — это дело важнейшее. А ведь на той тропинке, которую вы называете узкой, сотни тысяч людей, поддерживающих — согласитесь — интеллектуала Плинера. Вас это настораживает, беспокоит, устрашает? Или, может быть, при удачном применении политических технологий партия BITE станет той дубиной, которая сметет нелюбимое вами правительство Репше?

Понятно, не сметет. Как и понятно то, что на подмостках политического театра каждый хочет сыграть свою собственную роль. И мне понятна позиция Плинера, с одной стороны. Но с другой стороны, Народная партия, являющаяся более национальной, чем партии левого фланга, прагматически считает, что в будущем Латвия станет частью Европейского союза. Это будет однообщинная страна с одним государственным языком, в которой живут многие национальности.

И если демократический путь для 14-15-летних детей заключается в собственном выборе языка обучения, то они примут самое легкое для себя решение: на латышском языке — пение, физкультура, домоводство. Но чтобы на уровне Европы вырастить конкурентоспособных людей для рынка труда, те предметы, по которым сдаются централизованные экзамены, и идет поступление в ВУЗ все-таки надо изучать на государственном языке.

И при этом я поддерживаю такой вариант, что к переходу на обучение на государственном языке нужно подходить постепенно.

Последняя ваша фраза для меня — узловая. Считаете ли вы, что нынешнее правительство подготовило профессиональный переход к изучению в школах национальных меньшинств тригонометрии на латышском языке?

Тут есть еще много над чем нужно работать. И я понимаю тех учителей, которые не в состоянии полноценно преподавать на государственном языке. Но при этом есть ряд школ, которые к реформе готовы. Если же осуществление реформы образования будет не течь, но сочиться, мы ее будем осуществлять десятилетиями. А коли проблему поставить таким образом, что ее надо решить за 3-5 лет, то и реально решать ее надо. И нельзя сказать: вот, у вас будет полный выбор. А что мы скажем, когда не будет выбора? Когда тогда реформа реализуется?

Наверное, тогда, когда будет Государственная программа перехода на государственный же язык обучения. Когда будут подготовлены кадры учителей. Когда будет создана соответствующая материально-техническая база. Когда будет необходимое финансирование. И ведь если раньше мы говорили о шоковой терапии в экономике, то теперь приходится стонать от шоковой педагогики, нет?

Ну, тут я с вами совершенно согласен. Закон о реформе образования с 2004 г. — это было политическое решение. А потом должна была последовать программа, как это решение реализовать. Причем, главным образом, финансовые ресурсы. Как, впрочем, и при проведении региональной реформы. Но ресурсы не выделены, и мы пришли к ситуации, в которой правительству надо было идти на уступки: найти деньги и пару лет готовиться. И политически стало бы намного легче — не было бы обострения конфронтации между родителями и учителями и т.д.

Ну, не менее сложно, чем согласиться дать школам право выбора предметов, изучаемых на государственном языке?

Если дать эту уступку, то нас ожидают длительные сроки реформы образования и потоки слез: одна школа пойдет по одному пути, другая — по другому, при смене учащимися школ уже придется искать не ближайшую к месту проживания, а ту, где на латышском преподаются те же предметы, что и в его бывшей. При нашем возвращении во власть нам придется крепко думать, где взять деньги для проведения реформы, и на что их направить.

Из прямого эфира: "Честно говоря, за 12 лет народ устал от вашей межпартийной борьбы. Когда же вы начнете в унисон бороться за рост благосостояния простых людей? Вот и все!".

Мы уже никогда не придем к ситуации 12-летней давности, когда в стране была только одна партия. И довольно-таки много времени пройдет, когда в Латвии, как в Великобритании или Америке, будет 2-3 партии. Большое народное согласие в политике может получиться тогда, когда партийная картина не будет похожа на лоскутное одеяло.

Когда вы были во власти, в позиции, занимая сначала пост министра земледелия, а потом министра экономики, я обратил внимание вот на что: чем больший политический опыт вы набирали, тем спокойнее реагировали на вещи, которые каждый нормальный человек посчитал бы для себя обидными. Как теперь, находясь за забором власти, Калвитис воспринимает критику в свой адрес, пусть и не всегда объективную?

Любой человек, профессионально занимающийся политикой, должен считаться с тем, что любое его решение или высказывание вызовет как поддержку у одних, так и ненависть у других. В политике, как работе, необходимо уметь сбалансировать позитивные и негативные эмоции. Большой политик тот, кто сможет без личных обид принять негативную критику, пусть даже она очень серьезна, пусть даже замешана на ненависти.

Тогда посмотрим на рост вашего кислотно-щелочного баланса, когда я напомню сказанное в ваш адрес директором Института европейской интеграции Рижского университета им. Страдыня доктором философских наук Илзе Островской: "В принципе, господин Калвитис в концентрированном виде олицетворяет сущность нашей экономики — случайные решения, принятые в случайных обстоятельствах случайными в политической зоне людьми. Поэтому и сам г-н Калвитис больше всех остальных может быть подвержен случайностям: его судьба совершенно неопределенна — он может и взлететь, и упасть". Как вам этот прогноз?

С точки зрения политологической — нормальный. То, что любой политик — и я не исключение — может свалиться до дна и подняться — не открытие Америки. Не могу согласиться с тем, что эта амплитуда зависит от случайностей. Поднимают и обрушивают политика, как его личные качества, так и складывающаяся ситуация, а в комплексе — проявление личных качеств в конкретных ситуациях. В политической игре — как в карточной: и соображать надо, и расклад — не последнее дело; и примеров тому — несть им числа, очень талантливые люди не выдерживали.

С прогнозом Островской разобрались. Теперь об осуществлении прогнозов, данных когда-то Калвитисом. В октябре 2001 г. вы говорили, что партия Репше "еще в детских пеленках — без идеологии и ясных установок на будущее", и предрекали, что Народная партия в новом Сейме получит от 18 до 24 мест (угадали), "Latvijas cels" — от 12 до 16 (мимо кассы), "Тевземей ун Бривибай" — от 10 до 16 (ошибочка вышла, и изрядная), социал-демократы — от 12 до 16 (убивать надо за такие прогнозы), ЗаПЧЕЛ — от 14 до 18 (ну как не стыдно!), а Jaunais laiks — от 7 до 10 (прости его, премьер, бо не ведал, чего вещал). В таком прогнозе даже статистическая ошибка не ночевала. А что теперь скажите?

Рад тому, что о своей партии не ошибся. Когда я высказал приведенное вами предположение, до выборов оставался почти год. А в политике, особенно в предвыборный период, изменения происходят каждый месяц, каждую неделю, даже каждый день. Можете мой тот прогноз назвать вариантно-перспективным: не было ясно, что "Новое время" заложит в основу своей деятельности, и никто не мог подумать, что "Latvijas cels" и социал-демократы, находясь у власти, "постараются" сделать так, чтобы от этой власти избавиться.

Но, согласитесь, если бы эти партии остались на политической сцене, Репше никогда бы не получил 26 мест в парламенте. И неудачная работа Боярса и социал-демократов в Риге привела к тому, что протестный электорат проголосовал за Репше. Давайте посмотрим по Латвии: В Латгалии, Курземе и Земгале Народная партия выступила так же, как и "Новое время", но уступила ему два места в Видземе и четыре в Риге. А при нормальном ходе событий эти четыре голоса должны были быть у Боярса.

Люди моего поколения помнят, что когда советские танки в Праге восстановили социалистическую демократию, у чехов со словаками был такой лозунг: "С Советским союзом — на вечные времена, и ни секунды дольше!". Вот и вы говорите: Репше продержится до Рождества. А почему, собственно, только до Рождества? Ведь по большому счету он провозгласил то, что провозглашали и вы: борьба с коррупцией, развитие экономики, как приоритеты — НАТО, ЕС и образование, по социальным программам — сколько мы сможем, столько вы и получите… Пошто его сгонять-то к Рождеству?

Вы не совсем точны в постановке приоритетов. Народная партия никогда не обещала того, чего не могла выполнить. Разве не Репше, а мы говорили, что от борьбы с контрабандой принесем в бюджет 400 млн.? И где хоть одна раскрытая новая контрабандная схема? Разве не Репше, а мы обещали здравоохранению 102 млн.? Где эти деньги? Их нет — пустые обещания. В начале этого года с самоуправлениями подписан договор о 10-миллионных инвестициях в регионы; наобещали на 10, а дали только пять.

Когда сладкие речи не превращаются в конкретные дела, то это означает лишь одно: если политик дает надежды — и это нормально, но не может их оправдать, то он — несерьезный человек.

Из прямого эфира: "Сколько бы партий не передвигалось по политическому небосклону, власть всегда принадлежит либо финансовым группировкам, либо высшему чиновничеству. И, тем не менее: какие, по вашему мнению, 2-3 партии останутся в Латвии?"

Чуть выше было показано, как осторожно надо подходить к составлению прогнозов в политике, и какой плохой я прогнозист. Тем не менее, скажу, что останутся те партии, которые стоят на правильной идеологической базе: пару партий правого фланга, надеюсь, что одна из них обязательно Народная, доказавшая, что организована она лучше всех других. Среди левых партий очень хорошие шансы у тех, кто представляет русскоязычное население; скорее всего, в будущем это будет одна, но консолидированная партия (у делящихся в течение года на три-четыре-пять перспектив нет). Наверное, и социал-демократы все же силу наберут, их усилит вступление Латвии в ЕС. Как мы знаем, сейчас в Европарламенте больше всего депутатов у "народников", а на втором месте — соцдемы.

И что-то должно быть в центре: то ли партия Репше, то ли какая другая — посмотрим.

Итого набирается не 2-3, а 4-5. А чего ж вы ни слова не сказали о либеральной идеологии?

У нас один либерал — "Latvijas cels", и они еще не лишены шанса получить какие-то места в следующем парламенте, но по европейской статистике в Европарламенте у либералов меньше 10% депутатов. Доминировать все же в Латвии будет правое крыло, и я уверен, что это будет Народная партия. На левом же фланге останутся социал-демократы и партия русскоязычного населения.

из Интернета: "Каковы наметки на тему новой коалиции? Понятно, что с "зелеными крестьянами" в принципе с ТБ договориться можно, разногласия Первой партии и "Jaunais laiks" тоже достаточно велики, так что и "первых" можно добавить в эту кучу, но голосов-то всяко не хватит?". Понятно, что наряду с коммерческой тайной, есть и партийная тайна, но, тем не менее: как один из возможных будущих премьер министров, кого бы Калвитис пригласил в будущую коалицию, и на каких условиях?

Если правительство будет меняться, то туда войдут все названные партии, включая "Новое время". И в этом правительстве партия Репше уже не станет доминантой.

То есть не первая скрипка, а четвертый трамбон?

Ну, не четвертый тромбон, а обычный инструмент оркестра. Должно быть так: нынешняя коалиция плюс Народная партия.

А как насчет отдельных интеллектуалов из Партии народного согласия?

Им трудно потому, что на сегодняшний день политическая конъюнктура сложилась так, что ПНС сложно будет попасть в коалицию при нынешнем составе парламента. И не плохие они политики, но тормоз — идеологические разногласия. Их цикл — следующий Сейм, если, конечно, ситуация не изменится так, что замаячит конституциональный кризис. Пока же в случае нормализации отношений на правом крыле шансы ПНС на вхождение в правительство очень малы.

Положа руку на сердце, давайте заметим: идеологические разногласия партии Юрканса пока непримиримы, пожалуй, лишь с ТБ. И если следующая коалиция поедет на тех четырех колесах, на которых она ковыляет и сейчас, нафига ей пятое колесо в виде Народной партии?

Без нас коалиция уже не справляется. Повторю: доминирование "Нового времени" в том виде, как это происходит сейчас, и не типично, и не демократично. Нельзя, чтобы на каждом заседании правительства работала машина голосования, чтобы не было консенсуса, общих решений, чтобы процветал авторитаризм. Дальше так работать невозможно, да и малые партии в нынешней коалиции с такой ситуацией уже не согласны.

Вот вы говорите, что с Репше работать невозможно, А народ-то наш мягок, но справедлив и не видит этой проблемы, ибо в противном случае последний рейтинг его партии по социологическим опросам не опережал бы изрядно рейтинг Народной партии, не так ли?

Есть тому объяснение, достаточно посмотреть на личный рейтинг Репше: за месяц — почти на 19% вниз. Проведем весьма серьезную параллель с Народной партией: у нас был исключительно сильный лидер Шкеле, и только спустя три месяца после падения его личного рейтинга это отразилось и на рейтинге партии. Так что в партии Репше, в которой общество кроме него никого не распознает, отсвет падения популярности лидера оставит свой отпечаток.

Как-то вы сказали, что в Латвии правительство меняется с такой же частотой, как в Италии. Но если нашего премьера сравнивать с итальянским, то Репше — это исключительно анти-Берлускони. Как вы полагаете, какие качества итальянца были бы полезны Эйнарсу Репше, и какие качества латвийского Президента министров за очень большие деньги мог бы попытаться купить себе Берлускони?

Различия видны невооруженным глазом: Берлускони свое состояние сделал в бизнесе, а Репше? Сами знаете. Не мое дело анализировать, насколько чистым был бизнес Берлускони, но, говоря о Репше, как о борце с коррупцией, возникает вопрос: можно ли обещать народу борьбу с коррупцией и в то же время, сидя в кресле президента Банка Латвии, призывать тот же народ собрать миллион для него, Репше, персонально.

И интересно, что те, кто Репше большие деньги поднесли, в большинстве своем убытков от этого не понесли, а выиграли. Как пример — Крупников, который поставлял аппаратуру связи. Так что, разговоры о честности и некоррумпированности Репше возможны тогда, когда появятся ответы на многие вопросы. Наверно, когда-то эти вопросы будут заданы.

Пока же у Репше вот какая тенденция: он старается подстроить под себя и Бюро защиты Конституции, и Бюро по борьбе и предотвращению коррупции, то есть тех, кто в будущем должны будут и его проверить.

Так что, связь итальянского премьера с коррупцией я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, но чем же лучше Репше, пустивший шапку по кругу для своего личного потребления?! И в этом кругу оказались те, кому раньше президент Банка Латвии давал заказы. Я квалифицирую такой способ роста благосостояния одного отдельно взятого чиновника, как нечестный способ получения денег от его бывших подрядчиков.

Сегодня из ваших уст прозвучало: "Машина голосования в правительственной коалиции". В Сейме же ожидается принятие достаточно серьезных законов: бюджет на следующий год и о Рижском свободном порте. И тот, и другой при запуске машины голосования должны пройти в парламенте без сучка, без задоринки. И как бы оппозиция из-за забора ни кричала, что все плохо, пока вашу точку зрения не поддержит хоть кто-то из позиции, вы так и будете вопить в пустыне. Так пройдет ли, по вашему мнению, Закон о Рижском порте вне пакета о портах Вентспилса и Лиепаи, и какой вы видите судьбу проекта Закона о бюджете на 2004 г.?

О бюджете говорить рано, его проект еще никто из нас в руках не держал, пока лишь слышны разговоры и видны спекуляции. А большие и серьезные изменения в Законе о Рижском порте — это прямое противопоставление многим действующим законам Латвии, принятым нами международным конвенциям о самоуправлениях. Конечно, проект Репше можно сделать законом, и при этом страна сделает шаг в никуда.

Думаю, что новый Закон о Рижском порте принят не будет, ибо из него уж очень явно торчат уши интересов спонсоров "Нового времени". Давайте вспомним: партию Репше спонсировал "Алфа-терминал", накануне принятия правительством решения по Рижскому порту Сол Букинголтс и Крупников водили по нему некие делегации на экскурсии.

Слишком уж явны интересы "Jaunais laiks", чтобы другие партии правительственной коалиции безоглядно поддержали их. Если неизбежный внутренний конфликт в правительстве Репше удастся каким-то образом уладить, то это будет лишь означать, что через закон о Рижском порте все партии позиции нашли воплощение своим интересам. Сегодня же я думаю, что этот закон не должен пройти через парламент.

Русский язык — богатый язык: вот берем слово "оппозиция" и делим его на два. Что у нас получается "ОП!" и "позиция". Так вот, Народная партия и Айгарс Эдмундович Калвитис — это та самая структура и тот самый политик, которые полагают, что скоро услышим "Оп!" и оппозиция превратится в позицию?

С этим политик должен жить всегда.

из Интернета: "А может ли реально оппозиция хоть что-то сделать или хоть как-то повлиять на те или иные решения? Или ваша задача лишь протестовать и выражать свое недовольство?". Отвечать не надо, до Рождества и так рукой подать.

Газетный вариант беседы публикуется в еженедельнике "Вести".

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form