Еще с детства Каспар Филипенко, 1984 г. р., житель Огре, ненавидел пьяниц и то зло, которое приносит водка. Ведь из–за этого распалась их семья. И юноша, окончив 11–й класс, вынужден был устроиться грузчиком в коммерческую фирму Trials. Его зарплата кое–как позволяла близким сводить концы с концами.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Бригада, в которой трудился Филипенко, удивлялась его аскетизму. Нет бы после трудового дня посидеть компанией за кружкой пива где–нибудь в кафе! А он, отговариваясь тем, что нужно помочь матери по хозяйству, сразу уходил, с трудом скрывая свое отвращение к тому, чем намеревались заняться его коллеги. Они же про себя решили, что Филипенко с его отменными физическими данными после работы наверняка проводит время в спортзале на тренировках и потому не хочет нарушать режим. "Мы еще об этом Филипенко когда–нибудь услышим!" — рассуждали между собой грузчики. А его необщительность объясняли повышенной скромностью и стеснительностью: "Пареньку–то нашему нет еще и девятнадцати лет!"

А у паренька было, по–видимому, повышенное, может быть, даже слегка утрированное чувство гражданской ответственности. Его удивляло, что с пьянством, по сути, никто не борется. Отменили не только лечебно–трудовые профилактории, но и вытрезвители, о которых ему было известно по рассказам отца и некоторых коллег. Теперь вечерами редко встретишь на улице трезвого человека. А ведь пьяный — самый желанный объект для злоумышленников. Филипенко сначала активно вмешивался в разного рода уличные происшествия, но потом понял, что всех защитить невозможно, тем более если пострадавшие сами себе поступают во вред. И постепенно Филипенко пришел к мысли, что ему нужно совершить что–нибудь из ряда вон выходящее, чтобы привлечь к этой проблеме, то есть к пьянству, всеобщее внимание. Случай вскоре представился. Огре — городок небольшой, где, наверное, практически все знают друг друга. А Филипенко к тому же по пути домой приходилось сталкиваться с двумя субъектами всего на пару лет постарше его, которые постоянно приглашали его составить компанию для выпивки в качестве третьего и обижались, когда он отказывался. Это были, как ему без труда удалось выяснить, Андрис Валгис и Олег Каупуж, проживавшие по соседству в доме № 24 по пр. Зилокалну. Вечером 22 марта 2003 года Филипенко, как по наитию, решил заглянуть к Валгису, с которым даже успел познакомиться в редкую для того трезвую минуту. Его удивило, что ни Валгиса, ни его постоянного собутыльника Каупужа на улице не было. Уж не случилось ли чего–нибудь? Тем более что была суббота, которая вместе с воскресеньем традиционно считались в Огре днями повышенной опасности.

Дверь в квартире Валгиса была открыта настежь, а сам хозяин и Каупуж приканчивали вторую бутылку разведенного спирта. Причина застолья, как вытекало из объяснения Валгиса, который уже с трудом ворочал языком, заключалась в том, что нужно было обмыть купленный его отцом телевизор Vestel, вот уже третий день стоявший в ящике посреди комнаты. Отец вроде бы уже нашел мастера, который должен был наладить дорогую, стоимостью 105 латов, игрушку: "С этим, как его, сенсором. Или спонсором?" Отклонив настойчивые приглашения присоединиться к выпивке, Филипенко ушел. И когда спускался по лестнице, успел кое–что придумать.

Судя по ситуации, минут через десять–пятнадцать и Валгис, и Каупуж уже не будут вязать лыка. А что, если… Не мешало бы проучить обоих, но как? Очень просто — забрать у них телевизор и куда–нибудь спрятать (потом, конечно, вернуть). А они пусть отдуваются, доказывают, что не пропили его. О том, что фактически придется совершить преступление, самую натуральную кражу, у Филипенко, по его позднейшему признанию, не было даже в мыслях. Минут через двадцать Филипенко подъехал к этому дому на такси. Попросив водителя Мариса Делме подождать, он отправился в квартиру за телевизором. И Валгис, и Каупуж уже похрапывали, устроившись валетом на диване. Однако Филипенко удалось донести ящик с телевизором только до коридора. В следующую минуту собутыльники, по–видимому, разбуженные шумом, очнулись от забытья и набросились на Филипенко сзади. Тому пришлось положить ящик на пол и вступить в схватку.

Первым отключился Валгис, получивший сокрушительный удар кулаком в челюсть. Каупуж, однако, не отставал, наскакивал, как петух. Пришлось в самом буквальном смысле пересчитать ему ребра, из которых четыре, как потом выяснилось, оказались сломанными. Тем временем Валгис, очнувшись, снова занял угрожающую позицию, однако от нового удара, от которого, наверное, у него искры посыпались из глаз, опрокинулся навзничь и больше не поднимался. Впоследствии эксперты причислили телесные повреждения, которые были нанесены Валгису, к категории тяжких, а Каупужу — средних. Таким образом, обыкновенная кража сама собой переросла в разбойное нападение, о чем в тот момент Филипенко, по его словам, даже не подозревал.

Еще не успевшему остыть от схватки Филипенко, который не сумел парировать все удары, показалось, что с учетом всего, что произошло, он вправе считать чужой телевизор компенсацией или даже трофеем. Поэтому он сразу же предложил свою добычу водителю такси всего за пятнадцать латов, но тот отказался, поскольку Филипенко второпях не успел прихватить с собой документы — паспорт на телевизор и гарантийный талон. Однако на автостанции, куда они приехали, телевизор за ту же цену пожелал приобрести другой водитель такси — Альберт Иванс. Увы, уже на следующий день столь выгодная покупка была у него изъята сотрудниками полиции.

Филипенко просидел в камере с 23 по 25 марта 2003 года и все это время выражал искреннее недоумение по поводу своего задержания. Он признавал свою вину только в том, что пытался тайком унести телевизор, но никак не мог согласиться с тем, что это была кража: "Я ведь только хотел пошутить!" А потом на него напали, и ему ничего другого не оставалось, как защищаться, причем сразу против двоих. Ему тоже порядком досталось. А телевизор он решил продать со злости, в отместку, за какие–то копейки… Такая наивность могла поразить кого угодно!

С недоумением Филипенко выслушал и приговор коллегии Рижского окружного суда, которая отправила его за решетку на долгих четыре года, причем с конфискацией имущества. Не помогли ни отличная производственная характеристика, ни ходатайство бригады взять Филипенко на поруки. Его арестовали в зале суда. Он вышел в наручниках, но с гордо поднятой головой. Как он успел сообщить автору этих строк, доказательством его правоты стал факт скоропостижной кончины в конце прошлого года одного из потерпевших — Каупужа, но вовсе не от сломанных ребер, которые благополучно срослись, а по причине некачественного алкоголя, которым он отравился, а его собутыльника Валгиса едва удалось откачать.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form