close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Стали ли восточные и западные немцы единой нацией? Об этом обозреватель "Телеграфа" Алла БЕРЕЗОВСКАЯ беседует с послом ФРГ в Латвии Эккартом ГЕРОЛЬДОМ.

Реформы продолжатся

— Совсем недавно в Германии прошли выборы в бундестаг. Мы в Латвии наблюдали по телевидению, с каким напряжением и даже нервозностью немцы ожидали окончательных результатов. Чем это было вызвано и можно ли говорить о переменах курса Германии во внутренней и внешней политике?

— Как и в Латвии, выборы парламента стали для нас главным политическим событием этого года. Вы знаете, что даже в день выборов, 22 сентября, два основных политических лагеря — правительство и оппозиция шли — практически на равных c минимальной разницей. Что и вызывало постоянное волнение. Это относилось не только к большим партиям, но и к маленьким. Но главным сюрпризом нынешних выборов стал фактический провал ПДС (Партия демократи ческого социализма, наследница Компартии ГДР. — А.Б.).

Коммунистам не удалось преодолеть 5-процентный барьер (он у нас такой же, как и в Латвии), ПДС получила только два прямых мандата. Это намного меньше, чем они имели раньше. Победа коалиции социал- демократов и Партии зеленых означает, что политика реформ, начатая канцлером Герхардом Шредером, будет продолжена, и он это специально подчеркнул в своей речи сразу после выборов. Бундесканцлер отметил, что он лично будет следить за ходом реформ и их реализацией, особенно в новых землях.

— Этот термин тоже появился 12 лет назад, после объединения Германии. Каким был для вас тот день, 3 октября 1990 года?

— Конечно, мы все испытывали огромную радость. До этого миллионы немцев на протяжении 45 лет были лишены возможности свободно общаться со своими близкими и друзьями. Это было настоящей трагедией. И, конечно, мы были рады, что объединение немецкого народа произошло без кровопролития. Хотя ситуация на самом деле была довольно опасная. Не надо забывать, что на территории ГДР в это время в полной боевой готовности находилось 370 тысяч советских военнослужащих. И во многом благодаря взвешенной политике Михаила Горбачева войска без применения силы покинули Германию. Причем сделали это очень организованно по совместно разработанному плану. Процесс объединения Германии поддержали все наши соседи. И, конеч- но, это относится и к нашим западным партнерам — Америке, Великобритании и Франции.

— Господин посол, вы в это время тоже были в Германии?

— Да, я работал в департаменте МИДа в Бонне и принимал участие в импровизированном празднике около здания Ратуши. Весь народ ликовал, люди пели песни, танцевали, произносили речи… Большая часть моего детства прошла в Восточном Берлине, поэтому все происходящее я воспринимал очень близко. За год до этого я был в Северной Баварии, как раз открылся пограничный переход между обеими частями Германии. Я специально подъехал поближе к границе и был поражен увиденным — многокилометровая колонна "трабантов" медленно двигалась через границу. Это было зрелище! А в разных местах Германии проходили шумные народные гулянья, немецкий народ отмечал падение Берлинской стены.

И стали они оссями и вессями

— Тогда, 12 лет назад, многие в Германии думали, что произойдет еще одно немецкое экономическое чудо и разница между "оссями" и "вессями" (так стали именовать друг друга восточные и западные немцы) сотрется через 3-4 года. Но этого не произошло…

— На эту тему уже было множество дискуссий. Я думаю, что на Западе было недостаточно знаний, не хватало глубокого понимания того, как жили люди все эти годы по ту сторону стены. И к проблеме подошли слишком технократично. А реформы надо было проводить не только в экономике, но и во всем обществе, в сознании людей. Потребуется время, чтобы преодолеть социально-психологические различия между восточными и западными немцами.

Тем не менее на экономическом и политическом уровнях воссоединение двух германских государств можно считать завершенным. И сегодня можно говорить о стабилизации экономического развития в новых землях. За эти годы мы добились конкретных успехов. Я имею в виду и существенно выросшую производительность труда в восточных землях, и размещение на территории бывшей ГДР современных предприятий, ориентированных на будущее. Хочу упомянуть бурно развивающееся автомобилестроение, микроэлектронику, биотехнологии и химические предприятия. Но в то же время мы не можем быть полностью удовлетворены, так как в новых федеральных землях уровень безработицы остается очень высоким по сравнению с западной частью страны.

— От недавнего летнего наводнения больше пострадали восточные земли?

— Да, главным образом Саксония. Здесь наводнение назвали катастрофой века. Огромный урон нанесен экономике. Но вы знаете, страшная трагедия в то же время очень сплотила нацию. Тысячи и тысячи людей откликнулись на беду соседей, предлагая свою помощь и поддержку. Восточные немцы почувствовали, что в этом случае действуют не только экономические законы, но и обще человеческие.

И у немцев есть дача

— Существует ли в Германии, где сегодня проживает несколько миллионов иностранцев и переселенцев, проблема чистоты немецкого языка?

— Вы задали очень интересный вопрос. Немецкий язык на востоке испытал влияние русского языка, а на западе — английского. Появилось множество неологизмов и новообразований. Есть очень интересные фразы, которые доставляют много радости филологам и языковедам. Они еще долго будут изучать эти различия. Я считаю абсолютно нормальным явлением исчезновение одних слов и выражений и рождение новых. С исчезновением социалистического строя в восточных землях, например, пропало название "машинно-тракторная станция". В то же время некоторые слова продолжают жить, приобретая все большую популярность. В том случае, когда они краткие, удобные и связаны с каким- то реальным понятием. Допустим, "дача" — емкое, красивое и очень точное слово, пришло с востока. И сей- час, я бы сказал, находится по дороге на запад.

— А как насчет угрозы исчезновения немецкого языка и выдавливания его американизмами? Неужели немцев это не беспокоит?

— В немецком языке действительно много американизмов, и такая тенденция существует. Важно, чтобы соблюдался баланс. Мы все заинтересованы в сохранении немецкого языка, но — абсолютная чистота? Нет, это не может быть самоцелью. Язык должен быть живым. Да, сегодня высказываются определенные опасения, и это в некоторой степени связано с тем, что сейчас в Германии проживает около 8 миллионов иностранцев. Мы не можем никого заставить изучать язык. Мы только убеждаем, особенно молодых людей, что их школьные успехи, а также будущая профессиональная карьера будут невозможны без знания языка. Германия предоставляет бесплатную помощь в освоении немецкого языка всем, кто в этом нуждается. Причем существует множество самых различных учебных программ — для переселенцев из бывшего Союза, для выходцев из мусульманских стран и другие. Это их шанс получить профессию и рабочие места.

В качестве примера могу рассказать про девушку-студентку, которая проходила практику в посольстве Германии в Мадриде, когда я как раз там работал. Девушка была родом из турецкой семьи, но она говорила на безупречном немецком языке. Я думаю, что молодое поколение вполне может овладеть языком. Все зависит лишь от желания человека.

Привычка к объединению

— В Латвии идут споры о вступлении в Евросоюз. Как членство в ЕС отразилось на жизни простых немцев? Как они сегодня относятся к ЕС и единой европейской валюте?

— ЕС позволяет людям общаться в самых разных сферах жизни. Вместе с нашими европейскими партнерами мы теперь имеем свободный доступ к товарам наших соседей, а они — к нашим. Кроме того, от членства в ЕС очень выиграла Восточная Германия, она получила большую помощь от наших европейских партнеров. Сейчас мы находимся на пороге интересных исторических событий. Я говорю о предстоящем расширении ЕС и приеме 10 новых членов. Это свидетельствует о том, что предстоят глубокие реформы внутри Евросоюза. Думаю, что в будущем структуры ЕС станут более понятны для всех граждан, и тогда не будет столько опасений, как сейчас.

Что касается евро, то его введение прошло на удивление быстро. Но по вашему вопросу я понимаю, что вы знаете о том, что немецкая марка многие десятилетия была для нас очень надежной и родной. И переход к новой денежной единице, конечно, был непростым в психологическом плане. И не только. Некоторые "фокусники" в торговле воспользовались ситуацией, чтобы поднять цены. И сейчас мы еще это ощущаем. Но почти все уверены, что конкуренция все сгладит и поставит на свои места. Должен сказать, самое главное: мы почувствовали себя защищенными от мировых финансовых потрясений.

Чем привлекает Латвия

— Какой немецкий капитал сегодня присутствует в Латвии?

— В 2001 году по объему инвестиций в Латвии мы находились на четвертом месте. Это, например, Ruhrgaz (в Latvijas gaze), Valmieras stikla skiedra rupnїca, NorddeutscheLandesbank (Pirma banka). Объем экспортно-импортных операций между Латвией и Германией превышает 200 миллионов латов. Меня особенно радует, что кроме крупных предприятий в Латвии представлен малый и средний бизнес. Со своей стороны мы в посольстве вместе с немецко-латвийским обществом предпринимателей стараемся по возможности облегчить их вхождение на латвийский рынок. Так, в сентябре в Риге проходило заседание Ганзейской палаты ремесленников.

Сейчас Ганзейские палаты ремесленников расположены вокруг всего Балтийского моря, в том числе и в Латвии. Они проводят семинары, предоставляют обширные материалы о современных производственных технологиях, организуют обмен информацией, контакты между малыми предприятиями разных регионов.

— Господин посол, вы уже год работаете в Латвии. Что-то вас здесь особенно привлекает?

— Мне кажется очень интересным латышский фольклор, это богатое и живое наследие, замечательно, что удалось его сохранить! Я надеюсь, что мои старания в изучении латышского языка позволят мне непосредственно понимать, о чем рассказывают дайны и народные песни. Мне также очень понравился Рундальский замок. Был поражен тем, как сотрудникам музея удается его поддерживать в таком хорошем состоянии. Конечно, это заслуга директора замка г-на Иманта Ланцманиса, он большой энтузиаст и прекрасный специалист. Да, работы здесь хватит еще на несколько поколений. У нас то же самое происходит в Кельнском Домском соборе, где постоянная реставрация идет параллельно строительству. И эта практика существует еще со Средних веков.

— Один из ваших предшественников на посту посла Германии в Латвии г-н Голубек увлекался водными путешествиями. В одиночку на лодке он в свои 60 лет побывал во многих уголках Латвии. Есть ли у вас склонность к подобным увлечениям?

— Я живу в удивительном месте — в Межапарке. Тут все соединено вместе: прекрасный свежий воздух, великолепные сосны, тишина и покой. Рядом лес. Мне здесь все очень нравится.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form