Человек, своими глазами видевший оборону Лиепаи, партизанские отряды, послевоенную войну с "лесными братьями", в 2001–2002 годах написал об этом грозовом времени в романах "Путь Бернхарда в вечность" и "Внучка Намейса".

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Официозные национальные издательства отказались публиковать даже отрывки — произведения Виталия Сандерса показались им идеологически "несвоевременными".

— А все потому, что я написал в своих книгах, кто такие были "национальные партизаны" — конкретные бандиты, и кто был "фон–барон", угнетавший латышей. Сейчас это "не идет", — иронизирует Виталий Сандерс. Ему более чем знакома редакционно–издательская "кухня" — в течение долгого времени выпускник факультета журналистики Ленинградского университета работал в районных газетах Латгалии, основал газету "Юрмала", был заместителем главного редактора издательства "Авотс". Сейчас бывшее общественно–политическое издательство понемногу издает словари, а вышедший на пенсию редактор наконец смог заняться беллетристикой.

Родившийся в 1930 году в заштатной латгальской Виляке Виталий Сандерс за свою жизнь побывал во всех краях Латвии — и при всех режимах. Его богатый жизненный опыт отразился в романах, по существу документальных — лишь имена главных героев изменены. "Бернхард — это мой отец. А внучка Намейса — простая латышская девушка по имени Аусма, которую продали в рабство. Сейчас ведь все так же, по–старому — все продается и покупается".

— Место действия моих книг — Грини под Лиепаей и земгальские Залениеки. Грини было заповедником, болотом, которое начали осушать еще в царское время, а в 30–х годах буржуазное правительство решило переселить на эту негодную землю латгальцев. Земельно–ипотечный банк объявил лотерею, и мой папа за 1 лат выиграл 20 гектаров этой земли. Он был рад — из батраков стал хозяином!

Советская власть предложила семье Сандерсов лучшую землю — 10 гектаров в Залениеках. Но работать на ней пришлось не больше года. Пришли немцы, и крестьяне Сандерсы снова превратились в батраков. Вместе с ними на кулацкой земле вкалывал от зари до зари русский военнопленный — учитель по имени Василий. С ним Виталий Сандерс в совершенстве выучил русский язык, да так, что потом в советской армии его назначили писарем. "В семье у нас говорили и по–латгальски, и по–латышски, и по–русски", — вспоминает Виталий, познавший интернационализм с потом и кровью.

С кровью — потому, что уже в возрасте 13 лет Виталий стал связным в партизанском отряде, который назывался "Грини". Старшего брата Яниса призвали во вспомогательную команду конюхов легиона, но немецкую форму он не хотел носить даже в таком качестве. И Сандерсы ушли в густые леса под Лиепаей…

— О нашем партизанском отряде "Грини" пишет Вилис Самсонс в своей книге "Шумят курземские леса". Лиепайский уезд не случайно стал местом партизанского движения — ведь еще в 1941 году немцы были поражены тем сопротивлением, которое оказали им в Лиепае не только военные, но и гражданские жители. А в 1943 году люди уходили в лес вместо легиона. Где–то оружие у немцев забрали, там айзсаргов разоружили. Жили мы в лесу. Если немцы блуждали поблизости — конечно, мы их не пропускали. Два–три раза взрывали железную дорогу Лиепая — Вентспилс. В 1944 году уже была установлена связь с большими, организованными партизанскими соединениями в районе Саки — Циравы. Их командир Маципанс погиб, погиб и наш командир, поляк Грижбовский. Его выследили шуцманы, когда он шел на встречу с семьей, выстрелили в ноги, потом отвезли в Саку и расстреляли возле каземата Пилсдангас. Там до сих пор стоит памятник.

После войны Виталий Сандерс видел своими глазами, как действовали те, кого сейчас величают "национальными партизанами".

— Под Айзпуте убили лесника. Потом ограбили магазин, убили сторожа. Забрали водку, шпек, сало. А по дороге встретили молодого парня — учителя физкультуры, застрелили и оставили записку: "Коммунист". Вот такие это были "герои"…

В то время Виталий Сандерс был по другую сторону баррикад — работал вторым секретарем Айзпутского райкома комсомола. Поколение латышских комсомольцев 40–х годов помнит историю не понаслышке — как свист пуль, летевших из леса. Обо всем этом писатель Сандерс написал в своих романах, но на фоне исторических фальшивок типа "Рига 1945" они оказались чересчур опасными. Действительно — ведь по утвержденной свыше (в том числе и из Рижского замка!) версии все латыши "страдали при оккупационном режиме". А ведь все было куда сложнее… Вот описание боя красных латышей с власовцами в курляндском болоте:

"Прозвучало настоящее русское, могучее, многоголосое — урра! Тихим лесным утром его можно было услышать издалека, точно так же, как раньше трескотню автоматов.

— Это же русские! — охваченный страшным предчувствием, сказал Виталий.

— Да, сын. Это русские. Фашисты. У фашистов нет национальности, — ответил Бернхард".

P. S. В скором будущем "Вести сегодня" опубликует отрывки из исторических книг Виталия Сандерса.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form