"В нашей деревне не пьют единицы!" — отметила Ольга Улинская, бывшая жительница Даугавпилсского района, которой удалось перебраться в Ригу.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Сегодня рижанка Ольга, которая занимается антиквариатом и ведет спокойную столичную жизнь, вспоминает о своем латгальском прошлом с нескрываемым ужасом. Однако сейчас ее беспокоит то, что в кошмарном положении по–прежнему остаются ее родители, сестра с сынишкой, другие родственники. — Моя родная Деманская волость все больше деградирует. В советские времена были совхозы, колхозы. В общем, люди были при деле. И такого жуткого алкоголизма, как сегодня, не наблюдалось. И что самое печальное, ладно бы только старики пили, но сегодня там вовсю спивается молодежь. У нас начинают пить уже в самом раннем возрасте. Некоторые к 13–14 годам превращаются в настоящих алкоголиков. Подрастая, эта молодежь создает такие же алкоголические семьи. Их дети ходят голодные, грязные. Ситуация страшнейшая!

Дома у жителей старые, нередко в ужасно запущенном состоянии. У многих отключено электричество. Люди годами живут без света. По шесть и более лет. Да и выглядят они зачастую как бомжи. Черные, неопрятные. Они месяцами не моются, забыли о расческе, многие вшивые.

Там ведь порой даже помыться негде. А из крана течет грязная, ржавая вода, с листьями и червяками. Пить такую воду просто невозможно. На зубах хрустит песок. У людей в почках образуются камни. Но что делать? Не умирать же от жажды. "Поэтому я и перешел на самогонку!" — пошутил один сосед. В нашей волости действительно не пьют буквально единицы. Спиваются целыми поселками. Дошло уже до того, что, когда я приезжаю к родителям, нельзя ни к кому в гости зайти! А ведь я там училась, у меня остались одноклассницы, подруги.

Приходишь в гости, а в доме уже все пьяные. Даже днем. Это вполне нормальное явление. Пытаешься хоть как–то пообщаться, но вскоре понимаешь, что бесполезно. Просто руки опускаются.

Сама я из непьющих. Насмотрелась со стороны и с детства почувствовала отвращение к алкоголю. Поэтому всеми силами старалась оттуда вырваться. Я вовремя сбежала. Иначе, наверное, и меня ждала бы точно такая же участь. Потому что, когда человек сидит без дела, ему больше нечем заняться. Остается только в бутылочку заглядывать…

Туда иностранцев просто нельзя пускать. Они испугаются. Не поверят, что такое может существовать. А ведь мы вроде бы уже стали частью Европы. Кстати, насчет Европы. Вступление в Европейский союз было встречено у нас с большой надеждой: людям пообещали, что им будут платить большие пособия по безработице. Настоящие европейские деньги!

Поэтому–то многие активно и проголосовали "за". Но я очень сомневаюсь, что европейские денежки до них дойдут. Опять все "наверху" разворуют. Особенно у нас тяжело матерям–одиночкам. Вообще даже трудно понять, как они выживают. Часто единственным источником дохода является "точка". Такие "точки" по продаже самогонки открыты во многих домах. Полиция на это закрывает глаза, потому что ей "отстегивают" по 10 латов в месяц, чтобы их никто не трогал. Когда я приезжаю, то вижу, что таких "точек" становятся все больше и больше.

Какое будущее у латгальских детей? Никакого! Они не могут получить образование, потому что их родители не в состоянии его оплачивать. Ребята выходят из школы, и им некуда дальше идти. Им негде применять свои знания. Это полный тупик. Девушки всеми силами стараются уехать в город. Ясное дело, чем они здесь чаще всего занимаются. Откуда в Риге больше всего проституток? Как раз из Латгалии!

Впрочем, уехать могут лишь единицы. А для остальных город — это несбыточная мечта. Потому что не на что снять квартиру. Но и на месте у людей тоже большие проблемы с жильем, особенно у молодых. Парни и девушки хотят пожениться, а жить им негде. Власти ничего не предоставляют. Чиновники лишь разъезжают на красивых иномарках и получают хорошие зарплаты…

Конечно, вы скажете, что, мол, можно взять кредит. Но под что его брать? Люди даже отказываются от земли, потому что не могут заплатить за нее налог. Они даже за свои квартиры в поселках не в состоянии рассчитаться, хотя плата составляет всего 6–7 латов в месяц.

Многие наши люди живут за счет местной свалки, куда привозят мусор, в частности, из ближайшего Даугавпилса. Там они и питаются. И на стол домой со свалки еду приносят. За счастье считается найти несколько стеклянных бутылок, которые можно на месте сдать.

Люди едут туда копаться, как на работу. Потому что они хотят хоть немного заработать. Их нельзя назвать бомжами, потому что у каждого есть какой–то свой угол, старый домишко.

Эти "свалочники" даже счастливы в какой–то мере оттого, что у них есть хоть какое–то занятие. А если найдут какой–нибудь драный ковер, то потом вся деревня радуется. Так люди живут и по–своему балдеют.

Свалка у нас действительно большая. В газетах то и дело пишут о найденных там новорожденных. Молодые мамы не в состоянии позаботиться о них, вот и выбрасывают свое будущее на помойку. В прессе появляются гневные публикации. Но на эти скандальные статейки в газетах никто уже не обращает внимания. Привыкли. Подумаешь, одним младенцем больше, одним меньше… Конечно, в Латгалии есть и более зажиточные. Но это считанные единицы. Основная же масса никак не живет. Часто ходят "в заработки", как у нас говорят. Получить пару латов за день пахоты почитается за большое счастье. Но деньгами, как правило, никто не расплачивается. Частники предпочитают гнать самогонку. Так получается дешевле.

Так что неудивительно, что с самых малых лет дети растут в совершенно пьяных семьях. Но власти на это закрывают глаза. Я еще раз хочу подчеркнуть, что самая главная проблема Латгалии — жуткий алкоголизм. Там не пьет только ленивый. Приезжаешь и просто поражаешься: весь поселок в стельку пьяный! Кто–то еще по улицам болтается, а кто–то уже в канаве лежит, "загорает"… В таких кошмарных услових живут сотни и сотни людей. Они уже ни на что не надеются. Неудивительно, что рождаемость чрезвычайно низкая. Рожают чаще всего алкаши, чтобы получить пособие. А через какое–то время заброшенных и неухоженных детей у них отбирают, чтобы отправить в детские дома или школы–интернаты.

Чтобы хоть как–то выжить, нередко семьи разделяются. Скажем, жена с ребенком остается в поселке, а муж отправляется на заработки в Ригу. Устраивается там строителем и время от времени присылает домой какие–то латы. Порознь живут многие. Но, конечно, такие семьи крайне нестабильны, поэтому они часто распадаются.

Иногда разбогатевшие в городе родственники приезжают погостить в родную латгальскую деревню. Это как рыба на живца — ура, появился "спонсор"! Значит, его надо "обработать", чтобы поесть и попить за его счет. В итоге бедолагу за недельку так спаивают, что он уезжает в столицу без денег, а порой даже без одежды. Как говорится, в чем мать его родила в родной стороне, в том и выставили!

Когда я рассказываю обо всем этом своим рижским знакомым, люди мне не хотят верить. "Но если им там так плохо, то почему не взять билет и не уехать оттуда?" — обычно у меня с недоумением спрашивают. Я пытаюсь объяснить, что это такое место, где нельзя заработать даже на билет. Где вообще ничего нельзя заработать.

Русские, белорусы, поляки, латыши — все там оказались приблизительно в одинаковом положении. Но, увы, в Риге меня никто не слушает. Потому что для них Латгалия — это какой–то другой, совершенно чужой мир. Так зачем его спасать?

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form