Отмена Сеймом "потолка" арендной платы в хозяйских домах вызвала серьезные дебаты в обществе. Самоуправления и жильцы возмущены, домовладельцы возмущены их возмущением. Депутаты Сейма пока предпочитают отмалчиваться, хотя очевидно, что к этому вопросу парламент еще вернется. За точкой зрения собcтвенников домов Kb пошел к Дмитрию Трофимову, вице-президенту Латвийской ассоциации домовладельцев.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
— Предположим, осенью Сейм все же заморозит "потолок". Ваша реакция?

— Подадим в Конституционный суд. На том основании, что это нарушает наши права.

— Люди, не ценящие эти права, возражают: не можете вести бизнес — продавайте.

— Контрпредложение возражающим: а вы работайте за 50 латов в месяц. Не получается? Езжайте в Африку — там и на эти деньги можно прожить. Или приведите мне хотя бы один пример: кого еще наше государство принуждает продавать свои услуги ниже себестоимости?

— Закон суров, но это закон — коль его примет Сейм. Сам г-н Биркавс, который борется за легальный софт, признается, что поголовное выполнение Закона об авторских правах приведет к банкротству половины латвийских фирм. Тем не менее отменять его никто не собирается.

— Я не знаю, сколько стоит производство софта у Microsoft. Но если у Гейтса 40-миллиардное состояние, то он, очевидно, не последние деньги в его разработку вкладывает. А домовладелец вынужден содержать дом, платить налоги, обеспечивать своим жильцам все услуги фактически за свой счет.

— Хотите сказать, что все дома при нынешней арендной плате убыточны в принципе? — Мы говорим о себестоимости бизнеса или о доходе? Если о доходе, то почему я должен деньги, получаемые от аренды магазинов, офисов, вкладывать в содержание социальных, по сути дела, квартир.

— Потому что существует такое понятие, как социальная ответственность.

— Тогда поселите у себя дома пару бездомных — вы же тоже квартировладелец?

— Положим, я квартиру купил за живые деньги, скопленные непосильным трудом. Домовладельцы же получили дома по Закону о денационализации — то бишь даром. Аналогичного подарка квартиросъемщикам в этих домах никто не делал. Хотя они в свое время вкладывали деньги, например, в ремонт квартир.

— Извините! Что касается вложенных ими денег: и по нынешнему Гражданскому закону, и по советскому договору найма обязанность делать косметический ремонт — раз в 3 года или в 5 лет — лежала именно на жильце. Или вы хотите сказать, что они перекрытия меняли, фундаменты усиливали, крыши перекрывали? Вы не видели разве, до какой ручки довели довоенный жилой фонд к 1990-му? Капремонты делались в одном случае из 10. Теперь о подарках: большинство квартир в советское время тоже было получено на халяву. Собственником квартир было государство, а жильцы и в советское время обладали одним единственным правом — проживать в данной квартире. У них сейчас это право кто-то отнимает? Нет. Речь идет только об арендной плате…

— Насчет собственников… Им же не дали приватизировать эти квартиры. Государство в 1991 году принимает Закон о денационализации, а закон о приватизации жилья — только три года спустя.

— Совершенно верно. Государство дало возможность приватизировать квартиры тем жильцам, которые снимали их у государства и самоуправлений? Нет. Государство имеет право распорядиться своей собственностью? Да. Но закон имеет обратную силу? Нет. Так, к 1994 году денационализированные дома уже не были его собственностью. Какое отношение жильцы денационализированных домов имели к праву приватизации собственности, денационализированной за три года до этого?

— И это… подобрать бы слово… справедливо?

— А справедливо, что, в отличие от жильцов многоэтажек, жилье не надо было приватизировать хозяевам кооперативных квартир, владельцам индивидуальных домов, хуторянам — у них жилье и так было в собственности? Справедливость к этому никакого отношения не имеет, это был выигрыш людей, которые в свое время о себе позаботились сами. А остальные жили в государственных квартирах, часть которых оказалась в денационализированных домах.

Кстати, о самом термине денационализация. Вообще-то, он неправильный. Национализация везде в мире трактуется как возмездное отчуждение собственности в пользу государства. Ключевое слово "возмездное". А вы слышали, чтобы в 1940-м или в 1945-м кому-то выплачивали компенсации за дома? Так что у нас произошла реституция, то есть возращение незаконно изъятого имущества. В соответствии со всеми правами человека, о которых сейчас так сильно все мы печемся.

— Уверен, что никто бы и слова не сказал, если бы дома возвратили тем, у кого их отняли. Или их прямым — тоже ключевое слово — потомкам…

— А вот это весьма распространенный с подачи некоторых думских работников миф — о том, что 90% домов было заложено в банках, о том, что 80% домов получено "не теми, кто имел право" и т.д. А факты? Если нет их, то это оскорбление и диффамация. Я при этом не отрицаю, что такие случаи были. Но кто в самоуправлениях брал взятки за это? Где был в то время тот же г-н Карпович, так пекущийся нынче о жильцах хозяйских домов? Здравствуйте. Мы снова вместе.

"А налоги я зачем тогда плачу?"

— Хорошо, поставим вопрос ребром. Частная собственность, по-вашему, означает ли и социальную нагрузку?

— В частном порядке я жертвую на церковь и бедным. А если мне сейчас скажут — плати десятину церкви, я не буду, не хочу, чтобы меня принуждали. То же самое с обязательной социальной нагрузкой. Зачем тогда мы платим налоги?

— А если рассматривать замороженный "потолок" как вид налога на денационализированную собственность?

— Согласен, при условии, что такая же "заморозка" будет сделана в отношении цен на стройматериалы, коммунальные услуги, бензин, продукты и зарплаты сотрудникам. Тогда никаких претензий. А если нет, объясните мне, почему эксплуатация жилья — это более социальная сфера, чем продажа лекарств или продуктов. Мне почему-то кажется, что без жилья человек выживет дольше, чем без еды и без лекарств.

— Это зимой-то?

— Можно иглу себе построить.

— Представляете, 25 тысяч семей — а именно столько жильцов, по прикидкам Рижской думы, окажется выселенными — строят себе иглу…

— А на основании чего дума делала свои "прикидки"? Они же оперируют цифрами 10-летней давности, полученными из домоуправлений: с таким-то зданием передано столько-то квартир. А сколько в этих квартирах осталось жильцов со старыми договорами? Ведь в некоторых домах вообще не осталось старых жильцов. С чего вообще дума взяла, что кто-то окажется на улице? Я, например, всем предлагаю: не можете платить за квартиру в 100 метров, вот освобождается 50-метровая. Вообще не можете платить — вот вам комната в коммуналке. А вспомните, как несколько лет назад в прессе пошла волна: домовладельцы получили право выкидывать жильцов на улицу под предлогом капремонта. Вот сейчас начнется!.. И что? Я что-то не вижу на улицах палаток.

— Но конкретные примеры выселений были, газеты писали, могу подшивки поднять.

— Конкретные единичные случаи есть везде. У нас и от голода люди умирают. Давайте теперь бесплатно раздавать хлеб в магазинах. Позиция жильцов ведь очень простая: мы не платили и платить не будем. И если у них будет возможность брать в магазине бесплатно молоко, даже если при этом пострадают люди, которые его надоили, запаковали и привезли, — они будут точно так же брать его бесплатно. Это любители халявы. И ни о какой социальной справедливости речь тут не идет. У меня в доме может жить бизнесмен, у которого "Мерседес", дача и дом на Канарах — и платить те же 48 сантимов, что и пенсионерка, — это социальная справедливость? Это уравниловка, к которой призывает Кабинет министров.

Социальная справедливость — это когда государство заботится о тех, кто не может сам заработать деньги на жилье. Государство! А я как частное лицо плачу ему налоги. И какие бы у вас ни были права, я как частное лицо совершенно не обязан вам эти права обеспечивать.

А если вы за социальную справедливость, то дайте мне разницу между тем, что может платить малообеспеченный человек, и рыночной ценой этой квартиры. И я еще дам вам 15% скидки, а то и 20 — у меня же будет обеспечен постоянный поток денег. Но это будет скидка от рыночной цены, а не от той, что мне предложит г-н Радзевич, г-н Карпович.

— Стандартный ответ: на это деньги нужны. На чем предлагаете государству сэкономить?

— А вы посмотрите, какую альтернативу предлагает Кабинет министров: давайте еще на пару лет заморозим "потолок", зато потом вбухаем миллионов сто в строительство домов для малоимущих. А зачем? Что, никто не слышал про такой механизм: эти 100 миллионов раздаются желающим — подпадающим под определенные критерии доходов — в качестве беспроцентных кредитов на 30 лет. И они сами вкладывают деньги туда, куда считают нужным. Не идут во главе с г-ном Боярсом в Дрейлини, а покупают квартиры в Марупе, в Риге, в Иманте, в нормальных домах, интегрируясь в среду, вместо того, чтобы создавать гетто. А пенсионеры, которые не могут обеспечить возврат кредита, — те получают доплату.

И в результате этого деньги работают на экономику. А не воруются. Потому что вариант правительства — это РАЗБАЗАРИВАНИЕ — вот так, крупными буквами — средств налогоплательщиков. Из 100 миллионов, пущенных на строительство жилья, сначала 30 будет разворовано, а потом еще столько же получено в виде взяток за раздачу этого жилья. У нас что, когда-нибудь было иначе?

Возвращаясь к "проклятым вопросам"

— Вернемся к домовладельцам. Как они выживали в трудные годы замороженного "потолка"?

— Масса моих знакомых, из нашей ассоциации — больше половины, вынуждены были что-то продать — лес, хутор, землю, чтобы как-то покрывать убытки, а если хватало денег — то и расселить дом. Имея свободные деньги, человек в 1995 году мог расселить дом в центре, и тогда он мог получить хорошую прибыль за счет аренды офисов…

— Ну вот и возвращаемся к вопросу: а что ж хозяева не продали свои дома тем, кто имел свободные деньги? Расселили бы дома, сейчас бы и проблем никаких не было.

— Хорошо, вот у вас есть машина. И вдруг государство решает, что машин в Риге очень много, пробки и прочее. И чтоб их уменьшить, вы теперь каждый день должны возить еще трех пассажиров в своей машине — бесплатно. Причем эта обязанность переходит к следующему владельцу этой машины. Как вы думаете, много будет стоить ваша машина?

Вот тот же 1995 год: 4-этажный каменный дом в Пардаугаве, в хорошем месте, с магазином на первом этаже. Но с жильцами. Хозяйке предлагали 25 тысяч долларов и нигде больше не давали. Это за дом в 1000 кв. метров — стоимость метра посчитайте сами.

— Предвижу комментарий жильцов: а ей мало? За дом, полученный даром? Им же даром не дают машину с тремя пассажирами.

— Еще раз говорю: пускай съездят в Сибирь на лесозаготовки, в теплушках, как враги народа, а потом говорят "даром".

— И опять: много ли среди нынешних домовладельцев тех, кто валил лес в Сибири?

— И я повторю: пусть за сомнительные случаи реституции отвечает г-н Карпович со своими бывшими товарищами по партии. Что же вы теперь спрашиваете с домовладельцев, а не с тех, кто за оформление документов деньги брал? Или давайте посмотрим, куда делись квартиры КЭЧ, которых с головой хватило бы для расселения всех малообеспеченных. Так что Рижской думе для начала стоит поискать бревна в своем глазу.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form