Каково же было сотруднице полиции, расследующей дело об изнасиловании, узнать, что преступление совершил… ее сын.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Межапарк — удобное место для выгуливания своих домашних любимцев. У Сандиса Аболиньша был спаниель, а у Елены В. — ротвейлер. Она училась в школе, а он после 9–го класса трудился в одной из коммерческих фирм подсобным рабочим. Вечером 8 августа 2002 года судьбе было угодно, чтобы 18–летний парень и 17–летняя девушка познакомились. Случилось это на лодочной станции. Пока их собачки, спущенные с поводков, резвились, тоже проникшись взаимной симпатией, Сандис с Еленой не теряли времени даром. Болтали о том о сем. Выпили по банке пива. Незаметно стемнело, пора было уже расходиться по домам, однако молодые люди, казалось, течение времени не замечали, как бы подтверждая сентенцию, высказанную кем–то из классиков: "Счастливые часов не наблюдают". Потом они очутились неподалеку от эстрады. Людей вокруг уже не было. И Сандис решил приступить к действию, возможно, вспомнив еще одного классика, который утверждал, основываясь на собственном опыте, что девушка, рискнувшая остаться наедине с парнем, уже фактически дала согласие вступить с ним в интимную близость. Поэтому, как говорится, нужно брать быка за рога. Однако Елена, наверное, этого классика еще не успела прочесть, потому что Сандис встретил отчаянное сопротивление, преодолеть которое он смог только тем, что перехватил горло девушке собачьим поводком, от чего она потеряла сознание. Вся растерзанная, в слезах Елена вернулась домой. Ротвейлер, который не смог оказать своей хозяйке никакой помощи, ворчал, чуя что–то неладное. Мать Елены сразу же поняла, что случилось. Она вызвала "скорую" и позвонила в полицию. Прежде чем врачи увезли Елену в 1–ю горбольницу, сотрудники полиции успели подробно ее расспросить.

Полицейских было двое — мужчина и женщина. Последняя стала уточнять приметы насильника (тот назвался Сандисом, но имя, скорее всего, было вымышленным). "Ты точно помнишь, что у парня был спаниель?" — вдруг насторожившись, переспросила она Елену. А услышав подтверждение, заторопилась, даже не закончив составлять протокол. Коллега посмотрел на нее с удивлением. "Пошли, я, кажется, знаю, кто это", — ответила она. А на ул. Эзера у дома, где она проживала вдвоем с сыном, вдруг предложила: "Зайдем ко мне на минутку. Угощу кофе". Еще ни о чем не догадываясь, сотрудник полиции проследовал за ней. Ее сына дома не было, видать, загулялся. Но не успели они выпить по чашке кофе, как он появился. Это был, увы, не кто иной, как Сандис Аболиньш в сопровождении спаниеля, который, радостно повизгивая, бросился на колени к хозяйке.

Вид у парня был самый непрезентабельный — лицо в кровоподтеках, а рубаха разорвана. Он с ходу, не дожидаясь, что его станут расспрашивать, рассказал, что в Межапарке на него напали, хотели ограбить, и только с большим трудом ему удалось вырваться. Его слушали не перебивая. Сотрудник полиции уже понял, в чем дело, и растерянно переводил взгляд с матери, у которой на губах застыла горькая улыбка, на ее сына, у которого в глазах появился тревожный блеск, от чего он стал походить на затравленного зверька.

Когда Сандис наконец замолк, она встала, отыскала в шкафу рубашку и сказала сыну, чтобы он переоделся. А потом отвела его в отдел полиции, где работала и дежурила в тот вечер. Сандис понял, что возражать бессмысленно, больше никаких историй в свое оправдание не стал выдумывать и во всем покаялся. Это было, пожалуй, самое быстрое раскрытие преступления такого рода, в буквальном смысле по горячим следам. Поскольку Елена еще не достигла совершеннолетия, все теперь зависело от того, намерена ли ее мать дать всей этой истории официальный ход, поскольку дела об изнасиловании имеют ту особенность, что возбуждаются и расследуются не иначе как по жалобе потерпевшей стороны или того, кто эту сторону представляет. "И не надейтесь, — сказала мать Елены, когда узнала о том, что мать Сандиса работает в полиции. — Сынка вам выгородить не удастся".

Сандис Аболиньш был взят под стражу 9 октября 2002 года. А на днях коллегия Рижского окружного суда приговорила его к шести годам лишения свободы. Что тут можно добавить? И у сильных мира сего потомство порой оказывается не на высоте. Некоторые могут упрекнуть мать Сандиса, проявившую завидную принципиальность, в бессердечности. Ну что ей, в самом деле, стоило приложить кое–какие усилия к тому, чтобы преступление осталось нераскрытым! Или, по крайней мере, самой не проявлять инициативы — мало ли у кого, допустим, есть спаниель, одна из главных улик… А как бы я сам поступил на месте сотрудницы полиции? Не знаю.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form