Вчера комиссия Сейма ЛР по правам человека рассматривала поправки к закону "О статусе участников движения национального сопротивления". Слушания продемонстрировали, насколько по–разному воспринимают историю Латвии политики и эксперты.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Во 2–м чтении поправок депутат от ЗаПЧЕЛ Владимир Бузаев предложил заменить всюду слово "оккупационный" на "тоталитарный". Мотив таков: в родственном законе о статусе политрепрессированного так называется тот же период времени. К тому же тоталитарность режимов 40–50–х годов признал весь мир, в том числе и Россия, а в том, что касается оккупации, есть разногласия даже в Латвии. "Например, в русской общине этот термин как–то не привился", — отметил В. Бузаев.

Приглашенный на слушания "статусный" историк Хенрикс Стродс заявил, что менять слово в законе не надо, поскольку есть "четыре режима поглощения страны — оккупация, аннексия, инкорпорация и колонизация". "Не сменилась ли за всю историю ЛССР оккупация хотя бы аннексией?" — поинтересовался на это Бузаев.

"Раз Сеймом принята Декларация об оккупации — значит, не сменилась!" — ответил Стродс. Далее парламентарии обратили внимание на то, что в законе присутствует странный "водораздел" 31 декабря 1960 года — до этой даты участниками сопротивления считаются те, кто боролся с оружием в руках или что–либо пропагандировал, а потом те, кто был осужден. Тогда депутат Бузаев и предположил, что его появление в Латвии в 1950 году можно считать последствием оккупации, а его супруги в 1961–м — уже последствием аннексии… Петерис Симсонс (Первая партия) предложил расширить круг борцов лицами, в свое время зарегистрированными в отделе информационного анализа КГБ как "националистические, антиконституционные, антисоциалистические элементы". Объяснение такое: этим людям отказывали в работе, учебе, не пускали за границу — в общем, не давали жить. Идею неожиданно подхватил Бузаев: "Сам нахожусь в базе данных спецслужб независимой Латвии, и дважды в ходе моей бурной деятельности это досье было предъявлено, и поэтому поправку готов поддержать".

Но прошло в итоге только одно предложение Симсонса — признать борцами тех, кто в "принудительном порядке" был посажен в психушку, а затем реабилитирован. Здесь стоит обратить внимание на то, что уголовное преступление, совершенное в советское время, даже сейчас не является поводом для объявления себя борцом с тоталитарным прошлым. Так что предложение некоего г–на Анцанса о том, чтобы объявить "сопротивленцами" лиц, осужденных за подделку дензнаков и спекуляцию, поддержки не нашло.

Было отклонено и совершенно разумное предложение Владимира Бузаева о том, что нужно пополнить круг участников сопротивления теми, кто участвовал в нем вне Латвии. В нашей республике живут тысячи людей, воевавших в Красной армии и даже в партизанских отрядах Франции и Югославии. Но комиссия Сейма, видимо, считает, что тоталитарным режимам можно было вредить только на территории Латвии. В этом плане могут появиться интересные прецеденты — считать ли, например, борцом с тоталитаризмом того же Василия Кононова? Ведь немецкие–то эшелоны он подрывал, хоть и не кричал при этом "Пар бриву ун неаткаригу!".

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form