Казалось бы, какие, к черту, в конце ноября раки? Но это только на первый взгляд. На самом деле у Эгила Тинте, директора фирмы Astacus, раки круглый год — и маленькие, и большие, и "по три рубля, и по пять".

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Точнее — по двенадцать латов за килограмм. Это если продавать их в рижские рестораны. Иностранцы дают в два раза больше. А как же иначе, ведь наш широкопалый astacus astacus считается самым дорогим в мире среди всех пресноводных раков. Американский и рядом не валялся — он процентов на 30-40 дешевле, да еще, гад членистоногий, и чуму рачью разносит. В Европе на завезенных к нам "американцев" смотрят уже косо, поэтому "астакусы" сейчас в большом почете. Но не корысти ради взялись разводить латвийские парни маленьких чудовищ с клешнями. Просто таким образом они искупают грехи людские, из-за которых популяция раков в Латвии оказалась на грани исчезновения.

За палец цап!

На первом этаже одного из бывших цехов завода CIDO, что в поселке Циемупе Огрского района несколько небольших прямоугольных ванн с водой, на дне которых вяло шевелятся раки. Оно и понятно — не сезон для резвых игр.

- Уже в октябре рак перестает есть и становится апатичным, — говорит хозяин фермы. — И это не зависит от того, в естественных условиях он находится или в искусственном бассейне с теплой водой. Природу не обманешь.

Эгилс Тинте вырос на Венте и с детства помнит, сколько тогда было в наших водоемах рыбы и раков. А потом начался великий подъем сельского хозяйства с его великой мелиорацией. Вроде благое дело, а оказалось обоюдоострым мечом, одна сторона которого принесла большой вред водным ресурсам республики.

- Вместе с полезными составляющими почвы в реки и озера смывались в течение десятков лет минеральные удобрения, водоемы безнадежно зарастали, — комментирует человеческую хоздеятельность Эгилс. — А рак существо такое — если в природе что не так, то он оставляет за собой право гордо умереть. Никакие иммунитеты у него не вырабатываются. Так и случилось, хотя раки появились на земле на несколько миллионов лет раньше человека. Сейчас потихоньку природный баланс восстанавливается, опять же благодаря человеку, только на сей раз благодаря его бездеятельности. Мы пытаемся этот процесс ускорить — создаем более-менее благоприятные условия для выживания раков, выращиваем, скажем так, материал для их дальнейшего размножения в озерах Латвии. Занимаемся этим уже четыре года. Прошли первый этап — знаем, чего нельзя делать с раками. Осталась другая часть проблемы — узнать, что с ними можно делать.

Отловленный в бассейне двенадцатисантиметровый монстрик яростно позирует перед фотокамерой, крепко зажатый в руке корреспондента. На попытку подкорректировать позу отвечает цапаньем клешней за палец. Не больно, но и приятного мало.11-12 сантиметров — это стандарт установленный в Евросоюзе для "продажных" раков. До такого размера они вырастают примерно за пять лет. Теперь понимаете насколько сложна работа на ферме по разведению раков. Нам удалось изучить почти все этапы этого процесса.

Жестокая любовь

На втором этаже — святая святых: место размножения и выведения потомства. Эгилс извлекает из бассейна четырех сцепившихся в животном экстазе ракообразных. Прямо групповуха какая-то, и это несмотря на то, что сезон спаривания закончился в октябре.

- Любовь у них происходит жестоко, — рассказывает раковод. — По сравнению с нами раки настоящие половые гиганты. Самец крепко обхватывает самку и начинает "работать" двумя "инструментами" сразу. Могут подключиться и другие самцы. Бывает, что "оргия" заканчивается смертью самки. Но мы этого стараемся не допускать, контролируем, сортируем. Самцов, сделавших свое дело, выпускаем в пруд — пусть дальше сами о себе заботятся. А вот самкам создаем все условия для оплодотворения, созревания и вынашивания икры. Обычно уже через две недели у них под хвостом появляется 100-120 икринок, которых в природе они холят и лелеют шесть-семь месяцев. Правда, в естественных условиях из этого количества икры реальное потомство составляет не более двух процентов. На ферме нам удалось пока увеличить этот процент в десять раз.

Из Циемупе в Латгалию

Как рассказал г-н Тинте, у зимующих в специальных бассейнах самок в конце февраля икру забирают и помещают в инкубатор. Повышается температура окружающей среды, и уже в начале мая из икринок вылупляются маленькие рачки. Если самка выводит потомство в пруду или озере сама, то происходит это на пару месяцев позже. Новорожденные становятся легкой добычей не только рыб и всяких лягух, но даже насекомых. Эгилс показал нам рачков, которым всего четыре месяца, — смотреть не на что, чуть больше обыкновенной мухи. И это при том, что на ферме они получают специальное питание.

- Кормим раков только чистыми продуктами, — Эгилс показывает гостям помещение кормоцеха. — Мясо составляет 20-30 процентов, а всего в рачий корм входит шестнадцать ингредиентов, включая креветок. Процесс приготовления пищи строится на сугубо научной основе и довольно сложен. Но зато и раки у нас растут быстрее, чем на воле.

Научный подход у фирмы Astacus не только в питании раков. Это хозяйство — часть общей системы, призванной восстановить ресурс раков в наших озерах. Эгилс Тинте — один из основателей Ассоциации разведения раков и рыбы, представляет раководов в консультативном совете Министерства земледелия Латвии. Ассоциация тесно сотрудничает с европейскими подобными структурами и участвует в общеевропейских проектах по увеличению популяции речных раков. Эгилс уже неоднократно выпускал своих питомцев в водоемы Латгалии, природный парк "Гауя."

За вечных оптимистов!

- Ну, уж в вашем меню раки наверняка первый деликатес? — задали мы провокационный вопрос Эгилсу.

- Да нет, знаете ли, сапожник без сапог, — смеясь ответил "рачий воспитатель". — Дело в том, что когда видишь, насколько все сложно, какой это длительный и хрупкий процесс, то в какой-то момент возникает барьер, и есть раков совсем не хочется. Я не слюнтяй и понимаю, что мужик должен убивать животных, но… Конечно, где-то на презентациях я ем раков и приготовить их отлично могу. Однажды на вечере клуба гурманов я обставил трех поваров известных рижских ресторанов. Они там что-то мудрили, а я сварил раков так, как варили их наши деды: побольше укропа, соль, сахар и хорошая вода. Все. Мои раки были признаны лучшими, а конкурс, кстати, проводился анонимно.

Насколько сложен бизнес раководов, можно понять из следующего факта. Если на ферму проникнет какая-нибудь зараза и ее подхватят раки, то погибнут все! Начинать придется с нуля. И такое один раз в Циемупе уже было. Поэтому есть несколько сотрудничающих с фирмой хозяйств, где в случае чего можно взять "исходный материал".

- Это дело вечных оптимистов, готовых каждой весной начать все сначала, — улыбается Эгилс Тинте, в прошлом музыкант и сантехник. — Говорят, что только дураки учатся на своих ошибках, а умные на чужих. По этому поводу есть тост: "Давайте выпьем за дураков, помогающих двигать прогресс!" Наверное, это про нас.

Со всем рачьим хозяйством (а это помимо крытых помещений с бассейнами еще и 16 прудов) справляются всего два человека. Эгилс утверждает, что пока вполне достаточно. Мы ему верим и за раков спокойны. Пусть себе зимуют под Огре.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form