Базилио Руэда — менеджер-партнер Accenture, гостивший в Риге на прошлой неделе. Если кто не знает, Accenture — один из основных мировых игроков в бизнес-консалтинге, технологическом сервисе и аутсорсинге.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Оборот — 13,7 миллиарда долларов. Штат — более 100 тысяч человек. Отделения — в 48 странах. Одна из этих стран — Латвия, у которой в Европе, по мнению руководства глобального концерна, есть своя важная бизнес-миссия. Какая? Об этом и многом другом г-н Руэда захотел побеседовать с двумя латвийскими бизнес-изданиями — латышским Dienas bizness и русским "Коммерсант Baltic".

— В вашем пресс-релизе говорится о неких больших видах Accenture на Латвию, однако вы прибыли в Ригу лишь на пару часов…

— Наши виды на Ригу действительно серьезны. Поэтому мы приезжаем сюда довольно регулярно, а некоторые из нас, например глава северного региона, бывают в Риге чаще, чем где бы то ни было. Я же по своей работе больше общаюсь с глобальными клиентами — а они сегодня находятся все больше в других точках мира.

— Что Accenture успела сделать в Латвии?

— Юридически наше представительство было открыто два года назад, реальная же работа с заказами ведется на протяжении последних 12 месяцев — с тех пор мы собрали более 100 профессионалов и ежемесячно набираем еще по 10—15 человек. К лету следующего года планируем довести это число до 250—300. Так что сейчас мы в поиске способной, глобально мыслящей латвийской молодежи.

— То есть на сегодня Латвия для вас — скорее мастерская с рабочими руками, чем рынок с потенциальными клиентами?

— Наш бизнес — сеть интернациональных мастерских, которые предлагают свои услуги вне зависимости от того, где находится заказчик. Хотя изначально мы работали по-другому — так, чтобы находиться рядом с клиентами, но это правило в глобализованном мире сильно изменилось. Вся индустрия изменилась: сегодня не нужен тесный контакт в физическом плане — теперь важно иметь лучшие в мире интеллектуальные ресурсы.

Поэтому мы пришли, в том числе, и в Латвию — мы верим, что этот рынок труда даст нам немало хороших специалистов, с хорошей университетской базой. Для них мы предлагаем хорошие карьерные возможности, и вряд ли нечто подобное может предложить кто-либо еще из местных игроков. Этот "мессидж" я очень хотел бы передать через ваше издание, которое хорошо известно в местных бизнес-кругах: мы предлагаем молодежи такую карьеру, которая дает хорошие возможности для работы по всему миру — ведь у нас более 40 подразделений в разных странах, и сегодняшним IT-студентам стоит знать, что они смогут работать практически везде. Что до местного рынка в плане заказов — мы действительно на него не работаем. Возможно, это станет актуальным позже.

— IT-отрасль наиболее глобализована, и сегодня действительно неважно, специалисты какой страны выполняют заказы. Почему же вы ищете кадры в Латвии, с ее маленьким рынком труда, а не доберете их в Индии, где вы уже держите 10 тысяч человек и где университеты ежегодно выпускают одних только IT-специалистов сотни тысяч?

— Вы верно отметили — мы уже присутствуем в Индии, и в последние годы эта страна стала для Accenture основной по числу кадров. Но там есть свои "но", которые объясняют привлекательность Латвии. Во-первых, здесь намного более качественный рынок труда — ваши люди, как правило, с лучшей подготовкой и лучше настроены на карьеру. Кроме того, именно местные кадры — более мультинациональные, и мы верим, что это поможет им вырасти до международного уровня бизнеса. И еще — Латвия ближе к Европе во всех смыслах, и это тоже дает свои преимущества: многие из компаний северных стран ЕС, с которыми мы работаем, интересуются Балтией, приходят сюда с инвестициями — и мы хотим быть ближе к ним, чтобы лучше понимать их потребности. Наконец, одна из причин выбора в пользу Латвии, — наша философия: у Accenture много подразделений, работающих по всему миру. Мы не верим, что в нашей сфере крупный игрок может работать глобально, разместив все мощности только в одной точке мира.

Паси Солья (старший менеджер в Accenture Technology Solutions):

— Тут стоит отметить, что выполняемые нами заказы колеблются от совсем небольших — но важных! — исследований, в которых заняты 3—5 человек, до гигантских трудоемких заказов, над которыми работают тысячи людей. Тут и проявляются выгоды различных подразделений: если мы ищем кадры для большого проекта, с высокой степенью срочности выполнения, то обычно этим занимаются в Индии, где рутинная работа очень хорошо организована. Если же мы говорим о более мелких исследованиях, с индивидуальным подходом — тут заказчики обычно предпочитают, чтобы над этим работали люди, близкие к ним, к их культуре, с общим пониманием. Последнее особенно актуально для Северной Европы, клиенты из которой зачастую предпочитают давать заказы именно балтийцам.

Базилио Руэда:

— Поэтому Рига — это не противовес Индии, а необходимая составляющая другого сегмента, который для нас тоже важен, в основном это IT-решения для северного региона ЕС, с индивидуальным подходом и высокой продуктивностью.

А вообще мы намерены сделать Ригу одним из трех европейских delivery-center — не только мастерской с исполнителями, но и точкой, откуда мы предлагаем глобальным клиентам наши услуги. В Европе у нас пока два таких центра — в Праге и Братиславе, и, думаю, мультинациональная Рига является хорошим кандидатом на эту роль, здесь есть потенциал для работы с самыми разными бизнес-культурами и менталитетами. Кстати, многие говорят о дешевизне латвийских специалистов как о привлекательном факторе для нас. Это действительно так, и в то же время не совсем так: сегодня затраты на латвийцев действительно ниже, чем в Швеции или Финляндии, но Латвия — далеко не самая дешевая в мире альтернатива. Для нас важнее, что местные кадры — весьма "качественные". А те специалисты, которые будут выходить отсюда на международный уровень, будут иметь зарплату, равную западным.

Йорма Йокинен (партнер в Accenture Technology Solutions):

— К слову, об обучении — на самом деле Рига уже является для Accenture важным тренинг-центром. Набирая людей в любой из северных стран — в Финляндии, Швеции, Норвегии, Дании, мы всегда привозим их в Ригу. Всего на неделю — и за это время они получают свой первый тренинг. Кстати, только за эту неделю в Риге обучалось 42 специалиста из северных стран.

— Почему именно Рига, а не, скажем, какой-нибудь Стокгольм?

Йорма Йокинен:

— Думаю, одна из причин в том, что в будущем мы все равно направим этих специалистов в самые разные подразделения и страны, поэтому для них рижская мультикультурная среда очень полезна. Ведь они будут работать в бизнесе, где решения придумывают люди разных культур — и решения эти выполняются для предприятий из разных регионов, с разным бизнес-менталитетом. Наши клиенты — это зачастую глобальные игроки, поэтому специалисты компании тоже должны мыслить и общаться глобально. Ну и, наконец, это же просто приятно — быть в Риге: лично я всегда рад сюда возвращаться.

— Возвращаясь к зарплатам: поскольку латвийские IT-специалисты — представители самой глобализованной профессии, их местные зарплаты наиболее быстро подрастают до европейского уровня. Когда это выравнивание свершится — не отразится ли это на вашем отношении к Латвии?

Базилио Руэда:

— Большая правда заключается в том, что сегодня мы действительно ищем людей в таких развивающихся странах, как Латвия, — глупо не использовать эту возможность. Но при этом у нас есть программа глобальной карьеры, в рамках которой специалист, получив некоторый опыт, может работать практически в любой стране — и получать соответственно своей производительности и профессиональным качествам. Поэтому 5—10 процентов сотрудников корпорации Accenture в каждый момент находятся в зарубежной стране. Впрочем, мы не вынуждаем путешествовать, есть и те, кто предпочитает жить с семьей дома.

— Можно ли сказать, для кого выполняются латвийские заказы?

— Обычно игроки мира высоких технологий не хотят, чтобы мы как-либо упоминали их текущие заказы. И за 20 с лишним лет работы в Accenture я понял, почему: каждый из них, обращаясь к нам, инвестирует средства в собственную конкурентоспособность; конкурентам не следует об этом знать. Могу сказать в географическом плане: нам кажется, что центр в Риге будет фокусироваться на обслуживании Европы, но, увы, пока мы не видим здесь достаточных человеческих ресурсов, чтобы обслуживать заказы еще и российских и американских клиентов. Начинаем же мы именно с северного региона ЕС — отчасти потому, что Рига в этой точке мира считается "своим" городом.

— Сегодня вам и вашим коллегам уже неважно, где размещать заказы, ведь все контакты можно проводить через Интернет. В то же время вы начинали работать в Accenture еще в 1981 году. Как это было тогда?

— Totally different! Мы часто, вспоминая прошлое, говорим об этих отличиях: тогда нам приходилось работать только с теми людьми, которые находились вокруг нас, поблизости. Не было такой возможности — перекидывать работу по разным странам, поэтому она шла куда менее эффективно. Я практически не видел своего кабинета, потому что постоянно был в разъездах, встречался с разными заказчиками, ехал обратно, объяснялся с исполнителями, и так все время… И постоянно искал место для парковки (смеется). В итоге — хорошо, если 5% всего рабочего времени я посвящал собственно работе, остальное занимали перелеты и переезды. При этом нашими клиентами могли быть в основном только те, рядом с которыми имелось наше представительство, поэтому приходилось быть физически ближе к клиенту. Тогда было такое время — заказчикам нравилось, если не нужно далеко ехать за сервисом.

Сегодня мир изменился — клиент уже не волнуется, если не знает, что это за страна, где на него работают, сейчас его больше интересуют наши профессиональные качества и возможности. Да что там говорить, глобальный аутсорсинг — это ведь уже будничное явление! Поэтому и возникла концепция наших центров: мы размещаем их там, где видим интересный потенциал профессиональных способностей, а не там, где есть потенциал в плане новых клиентов. Поэтому когда вы в начале беседы спросили о нашем интересе к местному рынку в плане заказов, я и ответил, что здесь для нас нет такого интереса. На сегодня. А в будущем — все может быть. Кроме того, сегодня и наши заказчики мыслят точно так же: старательно ищут лучшие производственные площадки, на которых можно выгоднее всего разместить свои мощности. Бизнес становится все более мобильным, и это очень важный феномен сегодня — но еще 5 лет назад это было не совсем обычно, а 10 лет назад — совсем необычно.

Паси Солья:

— Раньше не было таких технологий, чтобы сделать мир действительно глобальным. Я работаю в Accenture 11 лет, и вначале у нас не было даже мобильных телефонов: если клиент или коллега уходил из офиса — он для нас исчезал. Не говоря уже об Интернете. Только прогресс в IT и телекоммуникациях сделал нас по-настоящему globally connected.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form