close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Сушите весла

А началось все с телефонного звонка в редакцию: "Есть запутанное дело. Можете помочь разобраться?" Иван Васильевич, так представился человек в трубке, отстаивает интересы 60-летнего Леонарда Воронецкого в споре с LK. Суть дела такова: в общей приватизационной эйфории клиент Воронецкий решил попытать удачу с Latvijas Kugnieciba. Средств для покупки акций пароходства было достаточно: на открытом в апреле 1998 года сбербанковском счете он скопил 5949,48 сертификата.

К бумагам не прикасался в течение четырех лет, только время от времени по телефону справлялся, в целости ли его сбережения. Ответ каждый раз получал утвердительный. И поэтому новость, поджидавшая его в банке 21 марта 2002 года, когда он пришел за своими сертификатами, застала врасплох. Вместо без малого шести тысяч на счету осталось всего 9,48 сертификата.

Этого едва ли хватило бы на то, чтобы приватизировать в Latvijas Kugnieciba даже весло. 5900 бумаг испарились без следа и записи в сертификатной книжке. Успокоить Леонарда Воронецкого вышел человек, в котором тот по голосу узнал телефонного оператора. Он представился работником LK Романом Тимошенко. Бывший кассир Сбербанка, как выяснилось чуть позже, Тимошенко объяснил, что с сертификатами все в порядке, он только переписал их на свою фирму. Но это поправимо: несколько дней, никакого шума — и бумаги окажутся на месте. Спустя неделю счет по-прежнему оставался пустым, и Воронецкий написал претензию на имя управляющей центральным филиалом Latvijas Krajbanka Элиты Буши, бывшей начальницы Тимошенко. К ней поверенный Воронецкого и отправился с корреспондентом "Телеграфа".

Банк с краю

Г-жа Буша открестилась от всех претензий Леонарда Воронецкого, указав на собственноручно подписанные им документы: договор от 2 января 1999 года и еще одно соглашение, датированное уже мартом нынешнего года. Ключевая мысль обеих бумаг: клиент сам передал управление своими сертификатами банковскому оператору. Причем как физическому лицу. Поэтому ответственность полностью лежит на Романе Тимошенко, банк же не имеет к случившемуся никакого отношения.

"Подписав эти документы, — указала Элита Буша, — вы установили правовые отношения с конкретным человеком, а не с банком. И банк не должен отвечать за эти сделки". Без сомнения, выигрышный документ для банка. Но тут начинается самое интересное. Воронецкий заверил, что соглашения он в самом деле подписал, причем оба в один день. "Кассир приехал ко мне домой, угрожал и заставил меня их подписать. Одно — задним числом", — признался Воронецкий.

Косвенно его слова подтвердила и независимая экспертиза, анализировавшая документы: подписи сделаны одними чернилами. Если принять во внимание, что первый договор был подписан в 1999 году, то ручка должна была храниться три года.

У Романа Тимошенко своя версия: угроз с его стороны не было. Просто он не угодил суммой, предложенной Воронецкому. От банка тот требует 347 тыс. латов в качестве неполученной прибыли и моральных убытков и еще 1700 латов набежавших процентов. Тимошенко готов расстаться с 24 тыс. латов — по 4 лата за сертификат, как и договаривались. Сумму, запрошенную Воронецким, он называет "вымогательством".

"Это настоящее ноу-хау, как списывать клиентские сертификаты. Не нужно заверения нотариуса, доверенности владельца счета, даже сертификационной книжки. Только трастовое соглашение двух физических лиц", — подвел итоги Иван Васильевич. Сейчас он собирается доказать, что его история — история нечистоплотности не отдельного кассира, а всего банка.

Сверим счета

В то, что в Latvijas Krajbanka существует заговор и в аферу может быть вовлечена администрация, поверить непросто. Найти этому подтверждение — практически невозможно. Но отсутствие контроля на первом уровне — при обслуживании счетов — вполне возможно. Этим некоторые специалисты объясняют и объявленную LK в середине апреля сверку счетов. Владельцы счетов получили письма, подписанные администрацией, с просьбой предоставить информацию о количестве своих сертификатов. Для профилактики — так объяснили в самом банке.

Однако обычно сверка счетов проводится в конце года и такую несвоевременность вполне можно растолковать как неуверенность администрации в том, что со счетами все в порядке, заявил "Телеграфу" специалист рынка ценных бумаг, пожелавший сохранить анонимность. По его словам, клиентов, пострадавших, как Леонард Воронецкий, у Latvijas Krajbanka не счесть: "Все ждут когда появится хоть один, кто подаст пример остальным, взявшись доказать свою правоту".

Остановка по требованию

Это, кстати, не единственная претензия к работе банка. Так, по словам экспертов, рынок только сейчас оправился от двух дней в конце марта, когда Latvijas Krajbanka полностью приостановил покупку сертификатов.

Изначально простой планировали на несколько часов, но в итоге вышло двое суток. В самом банке такой шаг объяснили "перегревом": на рынке вдруг оказался избыток ценных бумаг, и банк не мог себе позволить продолжать их скупку без гарантий, что сумеет избавиться от них. Однако независимые эксперты дали другое объяснение: сознательное манипулирование информацией и, как результат, — настоящий застой на рынке с 20 по 22 марта.

Не совсем понятно, как банк, в котором обслуживается львиная доля всех сертификатов, а треть акций принадлежит государству, мог повести себя таким образом. Но главный вопрос: почему это произошло в самый разгар приватизации пароходства, в те пару дней, когда решался вопрос об использовании сертификатов.

Со стороны такой шаг выглядел как выполнение своего рода спецзаказа тех, кому было выгодно на несколько дней "заморозить" движение ценных бумаг и сохранить расклад сил в нужной пропорции. Внести в этой ситуации ясность сейчас пробует Следственная комиссия Сейма по вопросу приватизации Latvijas Kugnieciba и других стратегических объектов. Как стало известно "Телеграфу", член комиссии "тевземец" Гунтар Крастс даже готовил предложение лишить LK практически монопольного положения на рынке сертификатов, разделив его эксклюзивные права с другими банками.

Кукиш из хлеба

"Ведь мы покупаем хлеб, где пожелаем… Так же нужно сделать свободней рынок и позволить открывать сертификатные счета в других кредитных учреждениях", — сказал Крастс в разговоре с "Телеграфом". Ясно, что далеко не все банки тут же бросятся открывать у себя счета, но во всяком случае возможность у них такая теперь будет. Это предложение, к слову, уже раз подавалось в Сейм — зимой. Но не прошло. Вероятно, "разбавлять" монополию выгоднее, когда приватизация подходит к концу и это по большому счету мало что меняет. Обвинения в том, что банк обслуживает интересы отдельной группировки, звучат не впервые. Вплоть до того, что руководство готово поступиться интересами акционеров и самого банка только ради того, чтобы создать "тепличные" условия для крупных игроков.

Проверить, так ли это, несложно: посмотреть, сколько банк заработал на обслуживании публичного предложения. В теории — это сотни тысяч латов только на посреднических услугах. Но это лишь в случае, если соблюдаются интересы банка, а не группировок.

Однако узнать это невозможно. Как сказали "Телеграфу" в банке, цифры по отдельным сделкам не разглашаются. А делать выводы по квартальным отчетам слишком рискованно. На рынке еще помнят, как в середине 90-х годов дошло до того, что у Latvijas Krajbanka вообще требовали отнять лицензию за нарушения. Но сохранили из ностальгических соображений. "Многие пенсионеры сертификаты сдавали в Cбербанк сразу же, хоть по лату. Потому что в сертификаты особенно не верили, а вот Cбербанку верили. И это несмотря на то, что разница в банке и в фирме — в полтора раза. Но люди ему верят", — объяснил поверенный Леонарда Воронецкого.

Свою инициативу Гунтар Крастс пока не озвучил. Как говорят в кулуарах, скорее всего, передумал: поменялось настроение тех, кому это выгодно, и чуткий парламентарий уловил эти колебания. Бывший председатель Совета Latvijas Krajbanka, теперь предприниматель Виестур Козиолс так объяснил этот поворот: если раскидать счета по разным банкам, окажется непросто узнать очень любопытные сведения. Например, сколько бумаг лежит на отдельном интересующем счете, какую цену назвал держатель большого пакета и т.д. А сегодня доступ к счету открыт практически круглосуточно.

Церковный сарай в придачу

В целом приватизационный порядок не может пожаловаться на отсутствие новизны. Буквально на днях Конституционный суд закрыл дело, начатое против правительственных правил об использовании приватизационных сертификатов. Кабинет министров отменил ограничение № 49, не позволявшее продать сертификатов больше двойного количества от на- численного государством. Много лет подряд было так: тебе начислили 20 сертификатов, продавай не больше 40. Если на руках вдруг оказалось несколько сотен, крутись как хочешь, хоть приватизируй что-нибудь. Но никаких живых денег.

Выкручивались как умели: переводили сертификаты на разные фирмы, а те уже продавали. Правда, бывало, нарывались и на мошенников. Другой вариант — приносили документы о том, что, мол, собирался приватизировать объект, да не выдержал конкурс. А в этом случае сертификаты обналичивались. Взглянуть в эти бумаги — так чего только не пробовали получить в свою собственность: церковные сараи, пристройку к зданию местного самоуправления и др.

Теперь можно быть проще — лимита отныне нет. Благодарить надо бабушку по имени Эрна Бригита-Силаспроге. После смерти матери пожилая жительница Салдуса осталась с большим количеством сертификатов, чем могла продать. Не разглядев в этом ограничении никакой логики, она пожаловалась в суд. И добилась своего.

Впрочем, некоторым экспертам это показалось подозрительным. И небезосновательно: сие первый случай, когда правительство с такой легкостью, в ответ на одну только просьбу суда дать комментарий, сразу же отменило правила. Обычно дело доводится до судебного заседания, где государственные адвокаты защищают каждую букву закона. В противном случае все увидят, что законы и правила можно менять. Вредный пример. А тут — письмо из далекого Салдуса, и тут же победа. В разговорах с "Телеграфом" звучало мнение, будто на самом деле нет и не было никогда никакой бабушки: "У нее даже телефона нет, только съездить можно в такую даль! Говорю вам, это театральная постановка. И бабушка в ней — реквизит. В действительности это олигархи, которым нужно получить остатки сертификатов, которые еще на руках", — уверял один депутат. "Телеграф" поехал в Салдус.

Правозащитница с улицы Слимницас

Уже в пути созвонились с местным самоуправлением, попросили найти старушку, которая в столице заварила такую кашу. На подъезде к городу нам перезвонили, сказали, что нашу героиню вчера отвезли в больницу — давление. Адрес больницы: ул. Слимницас…

Фрукты, йогурт купили в магазине поблизости, как выяснилось, очень кстати. Г-жа Бригита-Силаспроге осталась одна, навещать ее некому. О том, что Конституционный суд согласился с ее иском, она узнала от "Телеграфа". "А вы точно ничего не напутали? Вот и правильно. Я сама даже не сразу поверила, что такие правила есть. Пришла в Cбербанк, мне говорят, что не могу продать мамины сертификаты. Подумала, что они вообще там ничего не знают", — рассказала бабушка. В поисках внятного объяснения она попала к юристу местного суда, которая и посоветовала писать в Ригу, помогла оформить иск: "Я уже руки опустила. Думаю, повешу эти проклятые бумажки на гвоздь".

Теперь Бригита-Силаспроге, как только выйдет из больницы, собирается тут же продать сертификаты. Правда, она уже не получит тех денег, когда их стоимость доходила до 5 латов. "Я бы огромные получила деньги. Где-то сто латов. А теперь едва хватит на то, чтобы расплатиться за квартиру", — говорит она. Так салдусская бабушка добилась решения, одновременно выгодного простым людям и олигархам. Случается, видимо, что их интересы совпадают.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form