Недавно Kb рассказывал об истории предпринимательницы из Даугавпилса Валентины Жоджик, у которой неизвестные украли фирму. После публикации в нашу редакцию посыпались звонки и письма читателей, столкнувшихся с такой же проблемой воровства фирм, которые уводились по четкой, налаженной и самое главное — ненаказуемой схеме. Kb обратился к главному нотариусу Регистра предприятий (РП) Янису Эндзиньшу с просьбой прокомментировать ситуацию и рассказать, как противостоять мошенникам.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Как фирму увели росчерком пера

Вкратце напомним ситуацию, в которой оказалась Валентина Жоджик — владелица (вернее, бывшая владелица) фирмы Vega VN. Случайно узнав, что ее фирма сменила название и владельцев, Валентина обратилась за разъяснениями в РП, где ей предъявили новый протокол собрания учредителей. В нем было сказано, что она и ее мать (тоже совладелица фирмы) продали свое предприятие некому Улдису Нюкше — об этом свидетельствуют подписи всех сторон сделки. Однако Валентина и ее мать не только не подписывали протокол, но и понятия не имеют, кто такой Улдис Нюкша. Потерпевшая срочно обратилась с заявлением в полицию, где, по идее, должны были провести экспертизу подлинности подписей в протоколе собрания. Но через месяц Валентина получила извещение из полиции об отказе в возбуждении уголовного дела. Итог — фирма перерегистрирована, виновные так и не найдены (Kb пытался найти "захватчика" по юридическому адресу, указанному в документах, однако уперся в заколоченные двери старого сарая).

Как пояснил Kb Янис Эндзиньш, такие случаи действительно встречаются, но реальных механизмов борьбы с таким видом мошенничества по-прежнему нет. "Вины РП здесь нет,— поясняет он.— Мы действуем согласно регламенту работы РП. И если к нам поступает протокол собрания учредителей предприятия, заверенный нотариусом, в котором фиксируется смена владельцев фирмы, то мы его регистрируем". Если же выясняется, что подписи в протоколе подделаны, то вариант тут один — обратиться в полицию для возбуждения уголовного дела.

— У нас было несколько случаев, когда мы отменяли свое решение об изменении состава учредителей — если вскрывались факты подделки подписей,— говорит глава РП.— Однако сделать это можно только тогда, когда есть официальное подтверждение факта мошенничества.

И паспорт можно подделать

— Значит, вопрос с подделкой подписей в документах остается открытым. Может быть, это проблему следовало бы решить так: смена учредителей в предприятии должна производиться только в РП и только путем личного присутствия всех сторон — и продавца и покупателя? Тогда вопрос о подделке подписей отпал бы сам собой?

— Теоретически это возможно. Но практически — вряд ли. Во-первых, это потребует дополнительных финансовых ресурсов, ведь такая функция для РП до сих пор была не предусмотрена. Во-вторых, я не думаю, что тот случай, о котором вы говорите, — это система. В прошлом году РП рассмотрел 56 тысяч дел — сюда входит и смена устава предприятия, и регистрация новых обществ. Из этих 56 тысяч решений РП обжаловано менее 1%. Сюда же — в этот мизерный процент — включены, возможно, и дела, связанные с воровством фирм. Если этот процент столь мал, целесообразно ли вводить какие-то дополнительные меры, которые усложнят жизнь честным предпринимателям? Может быть, логичнее было "лишние деньги" направить на улучшение работы правоохранительных органов, которые и должны бороться с таким видом мошенничества?

— Хорошо, предложите тогда другой механизм, который если не сделал бы невозможным такого рода "сделки", то хотя бы защищал владельцев фирм от "захватчиков".

— Это сделать очень сложно. Предположим, РП мог бы сам регистрировать сделки купли-продажи предприятий или изменение долей в них — тот механизм, который вы предлагаете. Мы обязаны в таком случае проверить личность пришедших к нам людей. Сделать это можно только через регистр паспортов и жителей. Но как удостовериться в том, что паспорт, который положен нам на стол, не подделан? Практически сделать это на месте невозможно. Ведь фальшивый паспорт будет официально зарегистрирован на вас во всех базах данных, но в нем будет вклеена фотография мошенника, который и придет вместо вас совершать сделку. Ситуация получается точно такая же, как и раньше, только государство теряет дополнительные ресурсы на введение этой ненужной меры.

На месте не значится

— Тогда, возможно, РП или кому-то другому следовало бы проверять соответствие юридического адреса, указанного в документах, его реальному местонахождению? Помнится, такая идея активно обсуждалась несколько лет назад именно в целях борьбы с фиктивным предпринимательством.

— Да, такая идея обсуждалась, но больше не обсуждается. Согласно старым законам, регулирующим предпринимательскую деятельность, РП должен был получить документ, подтверждающий юридический адрес. Им могла быть копия договора об аренде помещения. Все это проверялось. Но на деле мы выяснили — большинство новых предприятий невозможно найти по тем юридическим адресам, которые указаны в документах. Сегодня, согласно Коммерческому закону, РП проверяет только наличие самого юридического адреса в Регистре адресов — то есть существует ли такой адрес вообще. Но доказывать предпринимателю, что он будет действительно находиться по этому адресу, не нужно. И по закону это никто не контролирует.

— Может быть, зря? В нашем случае, кстати, как раз такая ситуация: на месте юридического адреса — заброшенный сарай, который по определению не может быть ни офисом, ни чем-то другим…

— Мы проанализировали опыт других стран, в частности наших российских коллег, и сделали вывод — такая мера не приносит результатов. В России, например, Регистрационная палата имеет право запрашивать у предприятия всю документацию, которая смогла бы подтвердить соответствие юридического адреса реальному. Более того — они имеют право проверить, находится ли действительно там предприятие. Мы поинтересовались, дает ли это какие-либо результаты? Оказалось, что нет: только одно из четырех предприятий находится именно по тому адресу, который указан в документах. Предположим, и мы будем требовать от предпринимателей нотариально заверенную копию с Земельной книги или нотариальную заверенную копию договора об аренде. Но что мешает предпринимателю на следующий день после регистрации фирмы разорвать все заключенные ранее договоры? И потом, такие проверки — дополнительный административный барьер для бизнеса.

— Кстати, о барьерах. РП с каждым годом упрощает процедуру регистрации фирм. Может быть, в этом тоже отчасти кроется причина того, что случаи мошенничества и фиктивного предпринимательства на практике не так редки?

— Я так не думаю. У нас в РП есть свои ценности, которые мы ставим на первые места. Это, во-первых, законность. Во-вторых, это наши клиенты — РП делает все, чтобы им было удобно. Конечно, нужно искать золотую середину: как обеспечить максимальное удобство для честных предпринимателей — а таковых все же большинство — и поставить заслоны для мошенников. И мы должны принять все необходимые меры, чтобы не мешать жить первым и ставить палки в колеса вторым.

— Что это за "палки"?

— РП проверяет предприятие и его учредителей по всем базам данных МВД. И если еще пару лет назад предприятие можно было зарегистрировать на человека, который умер, то сейчас это невозможно. Даже если предприниматель неумышленно спутает хотя бы одну цифру в паспорте, то фирму не зарегистрируют. Также идет сверка по базе данных недействительных паспортов. Теперь подпись учредителей фирмы и должностных лиц на заявлении заверяется присяжным нотариусом — этой нормы не было до 2002 года. РП сотрудничает с правоохранительными органами — когда мы видим, что что-то нечисто, то даем им всю информацию. Были случаи, когда аресты предпринимателей-мошенников происходили прямо в здании РП.

Бомжей нужно судить

— Но ведь остается нерешенной проблема регистрации фирм на бомжей, услугами которых пользуются и для воровства фирм, и для регистрации фиктивных предприятий?

— Что касается этой проблемы, то мое личное мнение таково: здесь можно применять те механизмы, которые сейчас не применяются. Если есть доказательства, что такой человек задействован в незаконных схемах предпринимательства, то не нужно его отпускать — а нужно судить. Но не в том смысле, что посадить его в тюрьму — такому повороту он может даже обрадоваться, а лишить его права заниматься предпринимательской деятельностью. Эти меры по закону уже есть, но их используют слабо.

— В некоторых странах таким подозрительным лицам перед регистрацией фирмы устраивают форменный допрос, в ходе которого часто выясняется, что человек — подставной. В Латвии вроде бы тоже хотели проводить предварительное собеседование, чтобы хоть как-то решить проблему "зиц-председателей"…

— Были такие идеи, но я не считаю их хорошими. Ведь получается, что мы можем отказать в регистрации предпринимателю только потому, что сомневаемся в его намерениях. Но это же очень субъективный вопрос. И потом, где мы возьмем столько людских резервов для таких проверок? Каждый год у нас регистрируется около 10 тысяч новых предприятий — а это несколько тысяч учредителей. Представьте, какую нужно иметь армию сотрудников, чтобы выслушать каждого! Это опять же вопрос денег. И самое главное — эта мера не будет иметь смысла: людей легко подучить, натаскать, чтобы они отвечали то, что от них хотят услышать.

— А не проще ли создать некий регистр бомжей, наверняка у полиции есть такие сведения? Он помог бы вам в работе с фиктивным предпринимательством?

— Это очень хорошая идея, только пока я ничего об этом не слышал. Если бы такой регистр существовал, он облегчил бы нам работу, и у нас не было бы проблем установить, что в РП пришел бомж.

— У РП есть свой "черный список"?

— Есть список предпринимателей — физических лиц, которые лишены права заниматься коммерческой деятельностью. Сегодня в нем значится примерно тысяча человек, и среди них могут быть и бомжи. Самые главные причины занесения в этот список связаны в основном с уголовными нарушениями экономического характера.

Украли фирму — что делать?

— После разговора у меня лично сложилось такое впечатление, что защитить свою фирму от воровства невозможно. Дайте хотя бы совет, как правильно действовать, чтобы вернуть украденную фирму назад?

— Я считаю, что воровство фирм не является в Латвии такой уж большой проблемой — мы можем говорить только о некоторых частных случаях. Поэтому выстраивать сложную административную систему из-за нескольких историй вряд ли правильно. Если же у вас украли фирму, то действовать нужно срочно. Сначала надо обратиться в РП с заявлением о приостановке решения РП об изменении состава учредителей предприятия. Тогда РП пошлет такую информацию правоохранительным органам, где будет решаться вопрос о возбуждении уголовного дела. Также нужно срочно обратиться в научно-исследовательскую лабораторию при Министерстве юстиции, где работают эксперты, которые смогут провести анализ подписей на документах. Если есть документ, подтверждающий подделку подписи, с ним надо обращаться в РП, который отменит свое решение об изменении состава учредителей. Но это еще полдела. Могут быть ситуации, когда за время разбирательства имущество и деньги уже исчезли со счетов фирмы. Нужно проследить, куда переходили активы предприятия. Такие сделки можно оспорить в судебном порядке. Ну и второй путь — воспользоваться услугами профессионального юриста, который лучше знает, что надо делать в таких случаях.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form