![](https://images.delfi.lv/media-api-image-cropper/v1/a5325c32-ed76-4721-99c6-f0a2c423d1a1.jpg?w=576&h=313)
В середине июня польско-британская эмбриолог и профессор по изучению стволовых клеток Кембриджского университета Магдалена Жерницкая-Гетц представила результаты своей научной работы на ежегодной конференции Международного общества исследований стволовых клеток в Бостоне. Речь шла об успешном создании эмбрионов из стволовых клеток человека. Вскоре эти материалы появились в виде препринта. Причем почти одновременно с публикацией аналогичных данных конкурирующей группы ученых из Израиля. "Наша цель не в том, чтобы создать жизнь", — заявила прессе 60-летняя польско-британская биолог после того, как о ее достижениях сообщил авторитетный британский научный журнал Nature. И все же то, что ей удалось создать вместе с коллегами из университета, очень близко к тому, что могло бы вырасти в живого человека. Многие СМИ подхватили тему "людей из пробирки" и начали описывать всевозможные сценарии ближайшего будущего в стиле Франкенштейна.
Вместе с тем стало очевидно, что обе исследовательские группы серьезно преуспели в создании и выращивании моделей эмбрионов из стволовых клеток человека вплоть до достижения ими характеристик, схожих с характеристиками 14-дневного человеческого эмбриона.
Этическая дилемма
Современный человек научился летать на Луну и опускаться в морские глубины, но о ранних моментах нашего существования известно на удивление мало. Потому что этот период невозможно исследовать, не подвергая риску растущую жизнь. Поэтому ученым приходится идти в обход, используя эмбрионы животных или искусственно выращенные в пробирке.
![](https://images.delfi.lv/media-api-image-cropper/v1/cf6a66e2-6618-4352-bf87-4decd1f3af07.jpg?w=876)
Ученые полагают, что эксперименты с созданием эмбрионоподобных моделей могут стать важным источником информации, например, о биологических причинах непроизвольного прерывания беременности и повторяющихся выкидышей, о генетических нарушениях и врожденных дефектах органов.
По словам Жерницкой-Гетц, цель ее научной работы заключалась в том, чтобы открыть "черный ящик" самого раннего развития человека. В то же время у многих это вызвало страх. Проблема заключается в том, что действительно хорошей моделью считается максимальное приближение к оригиналу. Но "чем ближе подходишь к оригиналу, тем выше вероятность снова столкнуться с этическими вопросами, которые сдерживали изначально", — сказал в одном из интервью Хэнк Грили, профессор по праву и эксперт по этике в Стэнфордском университете. Если коротко — очень хочется подойти поближе. Но не слишком близко. Потому что от этого становится жутко, резюмирует он.
Исследователи предпочитают термин "эмбрионоподобные модели"
В общепринятой интерпретации термин "человеческий эмбрион" применяется к развивающемуся в утробе матери организму до конца восьмой недели с момента зачатия (с девятой недели он называется плодом).
Йессе Венвлит (Jesse Veenvliet) из Института молекулярной клеточной биологии и генетики Макса Планка в Дрездене говорит, что, когда он впервые увидел работу израильской группы ученых с участием Якоба Ханны, то у него возникло странное чувство. Обычно Венвлит ничего подобного не испытывал, когда смотрел на структуры, похожие на эмбрионы. Как специалист в этой области, он сразу определял, что это не настоящие эмбрионы. Однако новосозданные структуры невозможно оценить с первого взгляда. "Они выглядят фантастически," — заключает Венвлит. Тем не менее, как и многие другие исследователи стволовых клеток, Венвлит указывает, что "все же эти модели нельзя называть эмбрионами". Лучше использовать термин "эмбрионоподобные модели". Важность подобной дифференции подчеркнута и в пресс-релизе, опубликованном в конце июня Международным обществом исследований стволовых клеток.
Здесь уместно вспомнить шутку про утку, в конце которой биолог и этик сделают разные выводы. Птица, которая ходит как утка, плавает как утка и крякает как утка — для ученого-биолога не будет автоматически являться уткой. А для специалиста по этике, наоборот, то, что идет, плавает и крякает как утка — в конце концов и есть просто утка. То, что в результате может развиться в человека, и есть эмбрион. По мнению Хэнка Грили, ученым с каждым днем становится все труднее говорить: "Это — не эмбрион". Но их цель — продолжать исследования.
![](https://images.delfi.lv/media-api-image-cropper/v1/d09f3f1c-b58c-4e0c-9cb5-3cd43c087220.jpg?w=876)
Модели (пока) нежизнеспособны
При ближайшем рассмотрении видно, что модели имеют много отличий от человеческих эмбрионов, подчеркивает Венвлит. Например, они "перепрыгивают" этап прикрепления к матке. Они нежизнеспособны. Но это и не было целью.
Если говорить о подобных моделях в связи с животными, то там этот процесс продвинулся вперед чуть больше. В начале апреля ученые из Шанхая создали из стволовых клеток обезьяны бластоиды и подсадили их в матки приматов. Бластоиды представляют собой скопления клеток, которые напоминают эмбрион до прикрепления к матке. У животных появились признаки беременности, однако через несколько дней все самопроизвольно прервалось. Это показывает, что и в исследованиях с животными еще далеко до искусственного создания жизни.
Что говорит закон?
Если говорить о правовых нормах, то здесь нет единой линии. Большинство стран, среди которых Китай, Великобритания и Канада, разрешают исследования человеческих эмбрионов до 14-го дня. Бразилия и Франция не устанавливают ограничения по времени. В США все зависит от штата. В Германии, России и Турции подобные эксперименты запрещены.
Предельный 14-дневный срок был рекомендован в докладе от 1984 года Комитета Мэри Уорнок о репродукции человека. Почему этот срок? Согласно исследованиям, через две недели в эмбриональном развитии начинается гаструляция, то есть образование различных слоев, из которых в дальнейшем развиваются ткани и органы. Кроме того, через две недели эмбрион уже может делиться на однояйцевых близнецов. А это уже начало становления индивидуума. Тогда, в 1980-е годы, 14-дневный срок казался хорошим компромиссом: можно было успокоить опасающееся общество и в то же время дать ученым возможность продолжить свои исследования. При этом стоит отметить, что долгое время было технически невозможно культивировать эмбрионы в лаборатории более пяти-шести дней.
![](https://images.delfi.lv/media-api-image-cropper/v1/ff278a0c-64c8-4243-bc5b-c1c63a3e81bf.jpg?w=876)
Сегодня, как показывают результаты исследований Магдалены Жерницкой-Гетц и Якоба Ханны, ситуация сильно изменилась и развивается быстрыми темпами. Однако возможность уже сегодня вырастить человека из эмбрионоподобной модели исключена. Правило 14 дней в отношении создания эмбрионоподобных моделей многие ученые считают устаревшим. В 2021 году Международное общество исследований стволовых клеток призвало пересмотреть эту норму.
Биолог Йессе Венвлит тоже считает, что для этого сейчас самое время. Ведь впервые исследователи смогли создать модели без яйцеклетки и сперматозоидов и поддерживать их развитие в пробирке две недели. Это происходит ровно через 30 лет после принятия правила 14 дней. Если продлить срок до 21 дня (это момент, когда начинают развиваться сердечные структуры), то, возможно, пройдет еще 30 лет, прежде чем ученые смогут добраться до следующего научного рубежа.
Защита эмбрионов в Германии
В Германии юридическая ситуация вдвойне сложная. С одной стороны, исследования эмбрионов запрещены. Так называемый Закон о защите эмбрионов, который не разрешает врачебные действия, способные повлечь за собой "неправомерное" обращение с зарождающейся человеческой жизнью, был принят в декабре 1990 года. Он запрещает донорство яйцеклеток и суррогатное материнство, а также исследования эмбрионов. "Тот, кто искусственно изменяет генетическую информацию клеток человеческого зародыша, наказывается лишением свободы на срок до пяти лет или штрафом. Тот, кто использует для оплодотворения клетку человека с искусственно измененной генетической информацией, также подлежит наказанию", — написано в законе.
С другой стороны, вокруг есть тысячи и тысячи эмбрионов, оставшихся после искусственного оплодотворения пар. Их можно убить, криоконсервировать, выбросить… Но провести простое исследование — невозможно, комментирует ситуацию юрист Йохен Таупиц (Jochen Taupitz). В то же время в Германию можно совершенно законно импортировать эмбриональные стволовые клетки из-за границы. Их, в свою очередь, исследовать можно. Тут явно проглядываются двойные стандарты, считает Таупиц. Он хотел бы, чтобы кто-нибудь в Германии, наконец, подал иск на запрет проведения исследований с эмбрионами. Это нужно сделать в Федеральном конституционном суде. Но там можно оказаться только после того, как суд нижестоящей инстанции уже осудит за проведение запрещенных исследований. В случае положительного решения Федерального конституционного суда законодательство сможет получить новый импульс. Но пока никто так не рисковал.