Uz saturu
Какие тренды задал 2021-й год и как нам с этим жить дальше
Данута Дембовская
журналист
Нам слишком часто приходилось слышать слова "мир уже никогда не будет прежним". Конечно, не будет: все вокруг меняется, трудно придумать что-то более банальное. Но мы не можем отделаться от ощущения, что в 2021-м году мы узнали много нового – о себе, о близких, об обществе в целом. И не всегда эти знания были приятными.
Delfi подводит итоги уходящего 2021 года. Мы пытаемся осмыслить, как все мы изменились и как нам с этим жить дальше.
Вас здесь не стояло
Мы вспомнили, что такое стоять в очереди. Кажется, теперь нам с этим жить.
В мире, где слишком многое зависит от потребления и качества услуг, очередям нет места. Казалось, они остались в далеком советском прошлом: нам нужно все и прямо сейчас, иначе мы найдем другое место, где потратить деньги. Но вот начинается 2022-й год, и мы морально готовы стоять и ждать. Для целого поколения это довольно новое ощущение.

Зимой мы стояли в очередях на входе в магазины – привыкали к ограничениям на количество посетителей. Весной очереди выстроились у центров вакцинации. Здесь стояли те, кто мечтал получить волшебный укол, который вновь откроет границы, офисы, торговые центры и сделает жизнь прежней. Вышло иначе, но это уже другая история. Сейчас мы стоим в очередях в магазины и аптеки в «красной зоне»: поток посетителей регулируется выдачей корзинок. В «зеленой зоне» ждем, чтобы показать QR-код. Месяцами ждем получения нового паспорта. Остановка плановых медицинских услуг удлинила очереди к врачам. Наконец, очереди в Lidl на пике третьей Covid-19 совершенно точно станут одним из символов этого года.
На расстоянии клика
Мы вспомнили, что такое стоять в очереди. Кажется, теперь нам с этим жить.
Профессия года – курьер, человек с огромным кубом Wolt или Bolt за спиной. Новое правило хорошего тона – забрать посылку из пакомата как можно быстрее: ячейки ждут следующих заказов. Если доходы позволяют, очереди не для вас: все привезут на дом, можно и бесконтактно. Офисные работники поняли, что удаленка с ними всерьез и надолго, и кто как может оборудовали себе рабочие места на дому.

У повсеместной удаленки далеко идущие экономические последствия. Кто не готов в доставку, кто плох в интернете и соцсетях – скорее мертв, чем жив. Меняются требования к офисам, покупка загородного дома после двух лет пандемии кажется более привлекательной инвестицией, чем приобретение городской квартиры… Социальное расслоение все жестче. Те, кто зарабатывает движением компьютерной мыши, кроме всего прочего подвергают себя меньшему риску заражения (или увольнения, или простоя). Те, кто не может работать из дома – врачи, полицейские, социальные работники, водители общественного транспорта – в группе риска.

Мир расширился и сузился одновременно. Виртуально тебе принадлежит безграничная вселенная (были б деньги на счету!). В реальности ты все чаще повелитель собственной квартиры. И все. О том, как это отразится на нашем здоровье, расскажут социологи и психологи. У них сейчас безграничный простор для работы.
Гарри Поттер и Кубок слюны
Уже второй учебный год потерян – полностью или частично, кому как повезет. Оптимисты надеются, что дети приспособятся, пессимисты говорят о потерянном поколении.
Школьники трижды уходили на вынужденную "удаленку", и дважды – только в 2021 году. Когда пандемия только начиналась, многие даже видели в ней бонусы. Во-первых, можно было получить финансирование из Европы под переоснащение школ. Во-вторых, удаленная учеба решает проблему дефицита педагогов: пусть каждый учитель математики вещает на десятки классов сразу нескольких школ! В-третьих, наконец-то новые технологии по-настоящему пришли в учебный процесс. Идея, что после пандемии "удаленка" останется с нами, продвигалась в массы. Однако очень скоро стало ясно: со школой не все так просто.

Оказалось, что "удаленка" приносит множество проблем школьникам. Кто-то не умеет учиться самостоятельно, у кого-то проблемы с социализацией, кто-то страдает от рост нагрузки… Итог: демотивация, психологические проблемы и падение уровня знаний. Во-вторых, удаленная учеба приводит к выгоранию педагогов. Их к такому тоже не готовили. В-третьих, она бьет по родителям: они превращаются в репетиторов для своих детей и часто теряют возможность полноценно работать. Наконец, "удаленка" усугубляет социальное неравенство уже в самом юном возрасте. Если вам повезло родиться у обеспеченных и образованных родителей, то у них, скорее всего, найдется время на ваши занятия и деньги на репетитора и быстрый ноутбук. Если нет – то учебный процесс это ваша личная проблема. Когда придется сдавать экзамены, все это сыграет свою роль. И, наконец, никто не отменял масштабные реформы в сфере образования: "компетентностный подход" и перевод школ нацменьшинств на латышский язык обучения.

Теперь концепция поменялась: мы хотим вернуть детей в школы любой ценой. Пусть плюют в пробирки, пусть сдают тесты – только бы учились очно.
Кадры действительно решают все
Мы живем в стране, где формула "я начальник, ты дурак" работает все хуже. Если ты хороший специалист в дефицитной профессии, ты диктуешь правила.
Мы и раньше знали, что в Латвии нехватка медиков. Но пандемия наглядно показала: цена дефицита кадров – человеческие жизни. Что толку оборудовать полевой госпиталь, если нет медперсонала?

В Риге не хватает сотен дворников, отложивших в сторону метлы и лопаты из-за нежелания вакцинироваться. Школы нуждаются в педагогах (в дефиците – учителя топовых предметов: математика, английский, латышский). Не хватает "дальнобойщиков": в Европе сотни тысяч вакансий, а Латвии приходится спасаться гастарбайтерами. Служба госдоходов жалуется, что ей не хватает программистов. Проекты запаздывают, поскольку у исполнителей заказов не хватает свободных рабочих рук. Социальные работники трудятся на износ. Система госуправления предупреждает: из-за неконкурентных зарплат специалисты уходят в частную сферу.

Требование к обязательной вакцинации (пока) не пробило невосполнимую кадровую дыру, но еще раз подсветило старый тренд: рабочей силы в стране не хватает. С учетом низкой рождаемости решать кадровые проблемы за счет местного населения с каждым годом все сложнее.
На границе люди ходят хмуро
Нелегальные мигранты пытаются прорваться из Беларуси в Евросоюз, но это не те люди, которых мы хотели бы принять. А те, кто нам нужен – например, IT-специалисты из той же Беларуси – в Латвию не спешат.
То, что происходит на границе с Беларусью, западный мир (и Латвия в том числе) называет гибридной атакой: режим Лукашенко нарочно ввозит к себе потенциальных нелегальных мигрантов, а потом сплавляет их к границе с Польшей, Литвой и Латвией. В итоге мы в спешном порядке отгородилась от Беларуси временной оградой из колючей проволоки. Прочный забор на подходе.

Но нелегалы приходят и уходят, а проблемы рынка труда остаются. Пока латвийская миграционная политика основана на принципе "не пускать" (или, по крайней мере, "не облегчать"). Но если мы нуждаемся в притоке рабочей силы, то пора сформулировать требования и вступить наконец в борьбу за конкурентоспособных и близких культурно экспатов и гастарбайтеров.
Очень. Много. Денег
Рекордная инфляция, жизнь взаймы и европейские вливания. Мы прожили полтора года с "ковидом" – экономика не умерла, но кто за это будет платить, большой вопрос.
Это немного напоминает "жирные годы". Да, очень многие проходят этот период с потерями: частному бизнесу грустно в мире постоянно меняющихся запретов, людям на низкоквалифицированной работе все труднее сводить концы с концами, а получатели зарплат "в конвертах" лишились поддержки государства. Но в целом этот кризис заливают деньгами. Накопления у тех, кто и раньше копил, выросли. Спрос на недвижимость стабильно высок. Новые машины раскуплены на месяцы вперед. Банк Латвии сообщает, что до пандемии 20 тысяч жителей страны зарабатывали в месяц от 3000 евро. Сейчас их уже 30 тысяч.

Кабинет министров демонстрирует небывалый оптимизм, утверждая, что экономика после Covid-19 восстанавливается быстрее, чем предполагалось. Рост ВВП в 2021 году может составить 3,7%, главный риск нестабильность с Covid-19. Средствами государство распоряжается весьма вольно: расходы госбюджета-2021 почти на 2 миллиарда евро превысят доходы. Погашать дефицит будет за счет займов. В период с 2021 по 2027 год Латвия получит 1,8 млрд евро из Европейского фонда восстановления и устойчивости, созданного специально для преодоления последствий пандемии. Ожидаются и большие вложения в инфраструктуру. В 2021 году в Латвии уже началось возведение железнодорожной ветки Rail Baltica.

Тем временем инфляция в стране превысила уровень кризисного 2009-го года (во всем Европейском союзе она достигла максимума за 25 лет). Подорожали фактически все коммунальные услуги, в октябре был побит рекорд стоимости бензина десятилетней давности. Выросли цены практически все продукты питания, включая самые необходимые: цена на картофель взлетела на 50%. Дорожает недвижимость, как новая, так и на вторичном рынке. В общем, оставайтесь с нами, будет интересно.
Столбики по имени "стакиши"
Мир велосипедам и пешеходам, война машинам: девиз года для Рижской думы. Одним из символов года стали столбики, которые в честь мэра получили название "стакиши".
Сначала – две велодорожки на улице Чака за счет проезжей части и реконструкция улицы Бруниниеку, затеянная еще Нилом Ушаковым и отчаянно раскритикованная его же партией. Потом "стакиши" разных видов расплодились по всей столице, вызывая ненависть у автоводителей и потоки мемов и шуток в соцсетях. Попутно выяснилось, что на мытье каждого столбика выделено более 16 евро. Осенью о чистоте новых дорожных украшений все забыли, тем более, что в конце ноября столбики, а вместе с ними и всю Ригу накрыл толстый слой снега. К такому Рижскую думу жизнь не готовила. В итоге о велодорожках позаботились в первую очередь, устроив фигурную чистку с препятствиями, а пешеходам пришлось ломать ноги до полного таяния ледяных завалов…

Смогут ли прогрессивные руководители Рижской думы вернуть доверие изнуренных локдауном, инфляцией и ледяными улицами рижан? Это мы узнаем в следующем году.
Хочу увидеть прадедушку
Оказывается, коммуникация с русскоязычным населением все-таки нужна. Но государство разучилось ее вести.
"Я вакцинируюсь, потому что хочу увидеться с прадедушкой и прабабушкой", – утверждал весной с плаката в рамках кампании вакцинации Каспарс Горкшс, мужчина средних лет, в недавнем прошлом – капитан сборной Латвии по футболу. Неудачный перевод стал причиной мемов и издевательств в соцсетях, а рекламное агентство, пославшее Горкшса к праотцам, принесло извинения русскоязычной аудитории.

Но эта история стала лишь одним комическим эпизодом в весьма трагической истории. Пандемия доказала, что «русский вопрос» в Латвии никуда не исчез. Да, страсти стихли: пожилые русскоязычные, среди которых много неграждан, доживают свой век в российском информационном пространстве. Без бурных протестов принято решение о дальнейшем переводе школ нацменьшинств на латышский язык обучения. Однако социальная отчужденность проявилась именно тогда, когда общество столкнулось с реальной угрозой. Как выяснилось, вирус не видит "красных линий", прочерченных политиками.

Коммуникация с русскоязычным населением была провалена. Идея Министерства здравоохранения разослать именные письма с призывом вакцинироваться русскоязычным пенсионерам на их родном языке не получила поддержку в правящей коалиции. Несмотря даже на то, что премьер Кришьянис Кариньш изо всех сил пытался пробить это решение.

Еще в 2020-м году из эфира Первого Балтийского канала – третьего на тот момент по аудитории в Латвии – исчезли латвийские новости на русском языке. 2021-й стал годом полной неопределенности для общественного телеканала LTV-7 (по новому плану, он уйдет из телеэфира в 2022-м). Внезапно выяснилось, что инструментов коммуникации с населением, которое не доверяет прививкам, почти не осталось. А те, что остались, по сути не могут рассчитывать на господдержку. Итогом стали шокирующие репортажи из Даугавпилсской больницы и неполиткорректные предположения, сколько пациентов с Covid-19 в реанимации – русскоязычные.

Скорее всего, мы никогда не узнаем, правда ли то, что заболеваемость и смертность от Covid-19 отличалась среди представителей разных национальностей. Такую статистику – по крайней мере, официально – в Латвии не собирают.
Провал кризисного менеджмента
Кариньш уже не нравится никому – его правительство самое непопулярное в истории страны.
Весной 2020 года Латвия проскочила первую волну "ковида" чуть ли не легче всех в Европе. Настроение "можем, когда захотим" витало в воздухе, но к ноябрю от него не осталось и следа. А 2021-й превратился в урок того, как не нужно управлять кризисом.

Бардак с введением "ковидных" ограничений и закупка больших объемов вакцины AstraZeneca, которой жители прививаться не захотели. Создание Бюро вакцинации с грандиозными зарплатами (сам процесс вакцинации оно наладить так и не смогло). Потерянное лето: правительство медлило, хотя весь мир уже знал и о «дельта»-штамме, и о неизбежном росте заболеваемости и смертности. Страх перед введением жестких мер за год до выборов. На этом фоне – повышение зарплат всем высшим государственным должностным лицам: президенту, премьеру, министрам, депутатам Сейма.

Все мы дорого заплатили за летнюю нерешительность: рекордная в ЕС смертность, коллапс в больницах и локдаун с комендантским часом на четыре недели. Кабинет министров продолжает "мотать" до сих пор: сначала обещают, потом отменяют раздачу бесплатных тестов населению. Сначала анонсируют обязательное тестирование на работе, потом делают его добровольным... Растерянностью пользуются популисты. Алдису Гобземсу, создавшему партию "Закон и порядок", 18 августа удалось вывести на улицы Риги тысячи противников вакцинации. Это была самая массовая акция протеста за последние годы. Под выборы создана и партия "Латвия на первом месте" Айнара Шлесерса: она тоже борется за все хорошее против плохого кабинета министров.

До 11 января руки правительства развязаны: режим чрезвычайной ситуации дает ему более широкие полномочия, а Сейм поражен в правах. Но так будет не всегда. В парламенте коалиция вынуждена опираться на индивидуальные договоренности с "независимыми" депутатами. До выборов меньше года. скучно не будет.
Не хотите – заставим. Где заканчивается свобода?
Вакцины есть, они бесплатны и работают. Осталось только всем дружно привиться! Но "дружно" не получилось, и за год на смену рекомендациям пришло принуждение.
Отчаявшись убедить большинство населения сделать прививку, правящие элиты самых разных стран к осени приступили к принуждению. Где-то создавали для непривитых бытовые неудобства, где-то требовали от госслужащих обязательной вакцинации, к концу года заговорили о штрафах и обязательной вакцинации всего населения Евросоюза.

Интересно, что в вопросе подхода к вакцинации мир не разделяется на «хороших» и «плохих» парней: к одинаковым методам, разве что с местным колоритом, прибегают и Европейский союз, и США, и Россия. Латвия – в общем тренде.

Где заканчивается и начинается свобода каждого человека? Мое тело – мое дело? Может ли государство ограничивать права конкретного индивида ради блага общества в целом? Не идем ли мы к элитаризму, когда просвещенный правящий класс знает, как народу лучше, не считаясь с мнением менее образованного большинства? Означает ли это, что одна из жертв Covid-19 – демократия? Но разве мы готовы платить за демократию человеческими жизнями?

Ответы на эти вопросы только предстоит искать и Латвии, и миру. Covid-19 рано или поздно отступит, выдохнется, собрав свои жертвы. Но удивительно как быстро, всего-то за год, то, что кажется неприемлемым, невозможным, даже атавизмом прошлого – стало рядовым явлением нашей повседневной жизни. И нам с этим жить уже в постковидную эпоху.
DELFI использует cookie-файлы. Если вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете DELFI разрешение на сбор и хранение cookie-файлов на вашем устройстве.