Школа злословия. 'Никто маски снимать не хочет, а может они уже приросли к лицу — не отодрать'

Татьяна Толстая
Foto: Publicitātes foto

- Ваша передача "Школа злословия" отучилась полноценных 12 классов с лучшими русскими "лекторами" — физиками, лириками, творческими и политическими деятелями. К "выпускному" у вас, как у ведущей, наверняка сложилась полная и разноплановая картина русского мира. И вот в 2014 году, когда передачу закрыли, что-то явно пошло не так — картина и сам мир начали трещать по швам…

- Концепция у вас красивая, но все было не так. Картина, наоборот, принципиально менялась все 12 лет. Пусть не очень быстро, но заметно. Мы начинали в относительно свободной ситуации: отношения между СМИ и властью были более гибкими.

Каждый сидит в своей квартире, он может высунуться в окно и крикнуть все, что думает, но не более того — ни выйти, ни войти, ни в гости. Изоляция. Татьяна Толстая

Задачей нашей передачи было снять маски: показать, что человек представляет собой что-то одно в общественном пространстве, а на самом деле, он совсем не такой или не совсем такой… Это работало первые года два. Высокопоставленные люди легко могли прийти к нам в гости и достаточно свободно выразить свою позицию по разным вопросам. Конечно, у нас не могли появиться президент или глава президентской администрации — это из серии, как королева Елизавета не дает интервью почем зря — зато у нас бывали руководители партий и всякие министры, налаживались человеческие взаимоотношения и беседы.

А потом оказалось, что никто маски снимать не хочет, а может, эти маски уже так приросли к лицу, что и не отодрать. Все стало засыхать, политика, в живом смысле этого слова, исчезла, а выборы стали на бумажке писаным фарсом… В общем, у нас на глазах все развернулось, и мы получили свой пакет сухарей: люди не только перестали к нам приходить, но и мы перестали их звать — это было совершенно бессмысленно: либо их нам не разрешат, либо они ничего не скажут.

- К вам же ходили не только политики, но и весь цвет российской интеллигенции — что с ними-то стало?

- Произошла изоляция всех индивидуумов. Каждый из них вынужденно закапсулировался в какой-то своей сфере и дальше этой капсулы не может посылать сигналы. Если раньше чувствовалось некое общее поле, в котором происходило броуновское, а иногда и слабонаправленное движение "молекул", то теперь они, оставаясь на местах и вроде теми же, совершенно потеряли контакты и связи между собой.

- Что создает оболочку этих капсул? Страх?

- Никакого страха нет! Я его не чувствую даже в тех, кто утверждает, что страх есть. Происходит другое — бессилие. Исчезли соединяющие механизмы, обессмыслились все работавшие связи. Представьте себе: был дом, ходили лифты, вода текла по водопроводу, газ бежал по трубам… И тут все отключили: каждый сидит в своей квартире, он может высунуться в окно и крикнуть все, что думает, но не более того — ни выйти, ни войти, ни в гости. Изоляция.

- Похоже, что изоляция и бессилие как-то изменили и сознание интеллигенции. Тот же Андрей Кончаловский, долгое время исповедовавший идеи "западничества", сегодня говорит о крестьянском сознании России, о том, что русским не нужны свобода слова и права человека…

При том что я не шибко поклонница Кончаловского, он очень умный человек. Я читала его недавнее интервью. Очевидно, что Кончаловский проделал большой путь от своей холодности и надменности в сторону попыток понять народ и потеплеть умом. И сразу наши "либералы" привычно затрубили в свои трубы: мол, але, этот человек зачем-то проявляет русский патриотизм.

Кончаловского стоит послушать и подумать, а не закидывать гнилыми яйцами — он озвучивает очень правдивые, горькие и глубокие мысли, которые наши так называемые либералы понять не хотят. Он рассуждает о России и ее путях на уровне интеллигенции (ее думающей, а не богемно-танцующей части) вокруг революционного периода, когда перед кошмаром 1917 года случился кошмар 1905 года. Даже великий так называемый гуманист Горький говорил о бессмысленной, темной и деструктивной силе толпы, идущей жечь культуру. Некрепостной крестьянин, поджигающий барские дома, это совершенно другое явление, нежели попытка освободительного движения. Но почему-то у нас все пребывают в стандартной парадигме, что народ страдает, а когда его освободишь, он перестанет страдать и полетит в космос навстречу солнцу и всяким прочим незабудкам. Это не так!

Кончаловский находится в русле этой мысли — непопулистской, холодной, отстраненной, основанной на наблюдениях, которые он видит, знает и пропускает через себя. Этого не хотят понять те, кто живет в стандартной парадигме. Он говорит, что русский народ к свободе не готов, а ему кричат "готов-готов!", при этом сами потрясают своими цепями! Смешно! У них совсем другое понимание свободы…

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!

Tags

Алвис Херманис Александр Вешняков Александр Сокуров Анастасия Волочкова Андрей Кончаловский Борис Акунин Виктор Пелевин Владимир Жириновский Дональд Трамп Иван Охлобыстин Ксения Собчак Татьяна Толстая
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form