"Я говорил на латышском ужасно!" 6 историй школьников, которые сменили родной язык на государственный
Foto: Shutterstock / DELFI

Уровень владения латышским языком у учеников школ нацменьшинств зачастую ощутимо ниже, чем у их сверстников из латышских школ. Сказывается отсутствие практики общения: поначалу им трудно говорить с теми, для кого госязык ― родной. Однако уже через год учебы в латышских школах разница становится почти незаметной. Даже между собой русские дети зачастую общаются на латышском, но и русский не забывают.

Серия статьей "Трудности перевода" посвящена реформе образования в школах нацменьшинств Латвии. Мы пишем о том, готовы ли школы к обучению на латышском; хватает ли учителей (спойлер: нет); не пострадает ли качество знаний от обучения не на родном языке; начался ли массовый исход из "русских" школ в "латышские" и как чувствуют себя школьники, которые на это пошли, а также о том, каковы первые впечатления от хода реформы. Кроме того, у нас есть подробные интервью с директорами русских школ.



Основной причина, по которой выпускники основной школы нацменьшинств перешли в латышскую школу ― подтянуть госязык, чтобы без проблем поступить в латвийские вузы. Впрочем, для многих перспектива получать высшее образование в Латвии ― скорее вариант "Б". После окончания средней школы часть учеников собирается учиться за границей.

"Многое зависит от человека — как он себя подает"


"Я говорил на латышском ужасно!" 6 историй школьников, которые сменили родной язык на государственный
Foto: Марис Морканс


Дмитрий Устинов (12-й класс, Рижская 3-я гимназия)

Почему? Когда заканчивал 9 класс в 40-й Рижской средней школе, понимал: мне надо готовиться к экзаменам, а мои знания латышского не на самом высоком уровне. Чтобы их улучшить, пошел на языковые курсы. Я хотел связать свое будущее с Латвией, но, чтобы свободно владеть латышским языком, нужно постоянно находиться в среде, где его используют. Значит, надо было думать о переходе в латышскую школу. У меня было два варианта: либо 3-я гимназия, либо Французский лицей. Выбрал гимназию, потому что здесь учились мои знакомые, и отзывы были очень хорошие.

Трудности. Помню, когда в первый раз пришел в латышскую школу, очень нервничал. Все молчали. Тогда я взял инициативу в свои руки и начал сам со всеми знакомиться, мы стали общаться ― одноклассники спрашивали, кто я и откуда, со временем появились друзья. В то время я говорил на латышском ужасно. То есть я знал грамматику, потому что готовился к экзаменам, но общаться не умел. Несмотря на это, я сразу пытался разговаривать. Тут многое зависит от самого человека, от того, как он себя преподносит и насколько хочет адаптироваться.

Другие дети. У меня есть знакомые русские ребята, которые тоже перешли в латышские школы, но им было очень тяжело, потому что они тихие, закрытые, не хотели ни с кем общаться, а если общались, то только на русском. Да, не скрою, поначалу мне тоже было неловко, но у меня была цель ― выучить латышский. Уже третий год я учусь по бизнес-направлению. После окончания гимназии планирую поступать либо в Стокгольмскую школу экономики, либо в Рижскую бизнес-школу при Рижском техническом университете.

Совет. Наверное, лучший совет для тех, кто думает сменить язык обучения: когда вы придете в латышскую школу и увидите русских, не идите к ним (смеется). Звучит смешно и странно, но так и есть. В противном случае за вас будут цепляться, и вы никогда не заговорите по-латышски. Сейчас в моем классе пять русских ребят. Первый год я со всеми разговаривал только на латышском. Сейчас в школе мы общаемся на латышском, а за ее пределами уже на русском.

"В русских школах постоянно интриги, споры, ссоры"

"Я говорил на латышском ужасно!" 6 историй школьников, которые сменили родной язык на государственный
Foto: Марис Морканс



Диана Пуриня (12-й класс, Рижская 3-я гимназия)

Почему? Я училась в двух русских школах, а в середине 6 класса перешла в латышскую (Бабитскую среднюю школу), чтобы адаптироваться к языку и потом поступать в гимназию. В русских школах, где я училась, недостаточно преподавали латышский язык. Поскольку я из билингвальной семьи, учителя постоянно просили меня что-то перевести с латышского на русский и наоборот. Тогда уже началась реформа по переходу на билингвальное обучение, но по факту перехода не было.

Трудности. Первый день в латышской школе я помню отлично. Было непривычно, но приняли меня абсолютно нормально ― ни у кого не было претензий. Может быть, кто-то посмеивался над некоторыми словами, которые я говорила с акцентом (например, названия магазинов, которые я привыкла говорить на русском), но в целом латышский у меня был на хорошем уровне.

Общий язык я нашла легко, а некоторые учителя не подозревали, что я из русской школы.

Другие дети. Сейчас в моем классе около 10 русских. Несколько человек пришли из русских школ, несколько просто из русских семей. Я с двумя одноклассницами общаюсь на русском, со всеми остальными на латышском.

Сравнение. Если сравнивать латышскую школу с русской, то тут люди спокойнее. В русских школах постоянно были какие-то интриги, ссоры, споры. Может быть, сейчас одноклассники повзрослели, но насколько я знаю, все продолжается.

Планы. После окончания средней школы я планирую уехать в Германию и учиться по специальности бизнес-администрация.

"Средний балл по латышскому — 4, но я не расстроилcя"

"Я говорил на латышском ужасно!" 6 историй школьников, которые сменили родной язык на государственный
Foto: Māris Morkāns


Михаил Шац (в этом году окончил 2-ю гимназию, учится на медика в RSU)

Почему. Девятый класс я закончил в Рижской 22-й средней школе, но был недоволен некоторыми преподавателями. Мои друзья-одноклассники почти все разошлись по другим школам и колледжам. Учился я очень хорошо, причем не напрягаясь. Решил сделать вызов самому себе ― поменять школу. В 40-ю сразу не хотел. Из сильных центральных оставались лишь гимназии. В 1-ю я не прошел по конкурсу, попал во 2-ю.

До того с латышами общался мало, но уровень языка меня не тревожил. В 22-й у меня были "восьмерки", экзамен сдал на B2 ― до С1 не хватило совсем немного. Думал, выкручусь как-то.

Опыт. За все время, что я учился в гимназии, ни разу не сталкивался с национальной дискриминацией. Даже наоборот. Была ситуация, когда я выучил к конкурсу стихотворение, рассказал и меня выдвинули на школьный конкурс. Позже подошла учительница и предложила еще годик поработать над произношением. Я согласился, потому что и сам не горел желанием выступать. Когда учительница сообщила об этом классу — там возмутились: какого черта, это дискриминация! Страсти улеглись лишь, когда я подтвердил, что не рвусь.

Со стороны учителей тоже дискриминации не было. Только преподаватель латышской литературы не видел во мне человека, к которому стоит прислушаться. На уроках, если я не знал термина или не мог подобрать нужного слова, мог спокойно сказать по-русски. Как-то писал математическое доказательство и боялся, что спутаю термины — учитель предложил дублировать на русском, он это понимал. Оказалось, что по-латышски у меня получилось даже лучше.

Одноклассники. Русских ребят у нас училось по 3-4 человека в классе — ни от кого не слышал о национальных проблемах. В школе мы с ними общались по-русски — тоже никто не возражал. Ко мне не раз обращались за помощью с "домашкой" по-русскому — не написать за них, а объяснить. Иногда я и объяснить не мог — учебники по русскому у латышей ужасные, если честно. Они явно не сделаны так, чтобы по ним можно было выучить русский язык.

Вторым иностранным языком я взял русский, чтобы отдохнуть или поспать. Можно было выбрать немецкий, но я решил, что в гимназии и так будет "ужас-ужас", но тут я ошибся — спокойно потянул бы еще язык. В итоге я договорился с учителями не ходить на уроки — так сделало большинство русских. Если в 22-й у меня была не то восьмерка, не то девятка, то тут — твердая десятка.

Подружиться с кем-то я не особо старался, но в итоге друзья и хорошие отношения сохранились со многими до сих пор. Поначалу общение на латышском отнимало у меня больше сил, но не криминально. Не скажу, что я часто не понимал культурный контекст в разговоре, в целом, латышская культура — не основа коммуникации современной латышской молодежи. Куда чаще они ориентируются на то же, что и русская молодежь — западное кино и музыку, да и на российское тоже.

Сравнение. В народных танцах и хорах я не участвовал, но не сказал бы, чтобы это было повальным увлечением моих одноклассников — этим занималась примерно треть учеников. Также мне показалось, что латышские одноклассники более равнодушны к политике, чем я.

Например, как-то мы изучали на латышской литературе книжку "Sola" — история про балтийских беженцев (тримдниеков) в послевоенной Англии: там человек настолько ожесточился, что плюется ядом на всех вокруг, объясняя это любовью к родине. В какой-то момент он преступает грань между патриотизмом и уродским национализмом.

Мои одноклассники этой разницы не видели — они сочли книжку патриотичной. Мне "Sola" показалась уродливой, о чем я и написал в своем сочинении. Причем не особо подбирая слова, и со злости написав вдвое больше положенного. Сделал кучу ошибок.

Были еще некоторые латышские авторы, от которых моим одноклассникам не было так плохо, как мне. По-моему, нельзя заставлять детей читать литературу, которая не стоит того. Но учитель считал свой предмет непогрешимым. В итоге контрольные я писал нормально, а сочинения — ужасно. Я не расстраивался низким оценкам, но злило, что могу не получить аттестат, и что эта ситуация, как назойливая муха, отвлекает меня от более важного предмета — химии.

В итоге по латышскому я к 12 классу все же вышел на средний балл "четыре", а экзамен сдал на 69% ― этого было достаточно, чтобы потом поступить в RSU на бюджет. К слову, я — единственный русский, который получил четверку. Но не единственный ученик в классе — у латышей тоже были с этим проблемы.

Совет. Сложности, если есть, связаны с другим устройством образования в гимназии, а с языком ― ничего мучительно больного. И национальных проблем я не обнаружил. Хотя, возможно, в других школах не так все просто, о чем я слышал от знакомых. Но все же советовал бы не бояться перехода. Я всеми руками либо за полноценные школы нацменьшинств, либо за общие школы. Как я вижу, если бы русские и латыши учились вместе ― общались, дрались, дружили и перемешивались, это решило бы многие проблемы в стране.

В нынешнем варианте школы нацменьшинств, не давая полноценного образования на родном (не по вине преподавателей, а по вине идиотского законодательства), сохраняют барьер, который дает повод для дискриминации. И сегодня там еще меньше возможностей дать качественное образование: учителям, которые не говорят на латышском как на родном, придется все время выкручиваться.

После школы. Я сразу хотел учиться на медика, а в Латвии это поставлено неплохо и котируется. Для учебы в RSU латышского мне хватает — я думаю на обоих языках примерно одинаково. Может, пишу похуже. Впрочем, ребятам из русских школ знания госязыка тоже вполне достаточно. Может, немного сложнее делать презентации… Большой плюс в том, что в гимназии меня научили учиться.

Поначалу учителя делали "скидку"

"Я говорил на латышском ужасно!" 6 историй школьников, которые сменили родной язык на государственный
Foto: Марис Морканс


Марк Кадек (11-й класс, Рижская 3-я гимназия)

Почему? Девять классов я закончил в 40-й школе и перешел в гимназию. Здесь хорошо развито коммерческое направление плюс получается совмещать учебу со своим прибыльным хобби — фотография и видеосъемка.

Трудности. Класс был абсолютно новый ― никто друг друга не знал. Первые дни были посвящены тимбилдингу, что позволило намного легче влиться в коллектив и найти друзей. Поначалу мой латышский был на плохом уровне ― я все понимал, но не хватало разговорной практики. Поначалу учителя делали на это "скидку". Иногда на уроках латышского языка были менее строгие требования к сочинениям и текстам. Но на остальных предметах никаких поблажек. Через год я уже говорил отлично.

Другие дети. В моем классе есть русские ребята, мы в основном общаемся с ними на латышском.

Сравнение. В гимназии делается акцент на самостоятельность и самодисциплину. Никто за тобой не бегает и не проверяет, сделал ты задание или нет. То же самое с явкой на уроки ― можно спокойно выйти из школы в любое время. Тут к нам относятся как к взрослым людям ― ты сюда пришел по собственному желанию с целью учиться. Это твой выбор.

Планы. Многие мои одноклассники собираются учиться за границей. В основном в Великобритании. Я планирую уехать в Германию и поступить в университет по специальности видеооператор, скорее всего, это будет Мюнхен. В Германии бесплатное высшее образование при должной категории языка. В гимназии в моем учебном модуле уроков немецкого языка нет, поэтому я его учу отдельно. Латышский язык для меня план "Б". Если не получится за границей, то всегда можно поступить в Латвии. К тому же после учебы в Германии планирую вернуться.

Совет. Переходить или не переходить в латышскую школу ― личный выбор каждого. Смотря, чего ты хочешь в жизни добиться. Не могу сказать, что русская школа ― это плохо, а латышская ― хорошо, или наоборот. Я могу только за себя говорить. Я перешел, чтобы подтянуть латышский язык.

"Сначала успеваемость упала. Зато по русскому — отличники"


Светлана Прокопенко, мама двух дочек, обучающихся в латышской школе

Почему? Наша старшая дочка Саша училась в школе нацменьшинств, но, оценив ее успехи, решили, что подготовка там слабовата. Сначала хотели перевести ее в одну из русских школ Пурвциемса или Плявниеков, но оказалось, что своим ходом от дома должна добираться на занятия минут 40. А через дорогу от дома ― латышская школа. Посидели, подумали и решили, что в русской школе все равно обучение скоро переведут на латышский, только вести будут преподаватели, которые не владеют госязыком на 100%, в итоге качество образования может хромать.

Поговорили с дочкой ― она согласилась, хоть и не сразу. Еще одним доводом в плюс было и то, что в начальных классах русской школы у младшей дочери предполагалась учительница, которую я считаю слабой. Да и возить девчонок по разным школам ― тоже не вариант.

Трудности. Поначалу Саше было очень тяжело, но повезло, что дети приняли хорошо и ее, и ее одноклассницу. Помогло также и то, что некоторые дети знали русский. Но все уроки шли на латышском, поэтому изначально очень ощущалась нехватка именно владения языком. Приблизительно через месяц Саша уже где-то на 60% лучше знала язык, поэтому и понимать стало проще.

Классный руководитель уделяла дочке больше времени, но на русский не переходила. Если было что-то непонятно, просто говорила более простым языком, а учитель латышского языка на консультациях больше выделяла знаки долготы. Плюс почти сразу классный руководитель предложила посещать логопеда, которая помогала слышать знаки долготы и правильно произносить слова. Остальные учителя каких-то видимых поблажек Саше не давали, требования были такие же, как ко всем в классе.

Конечно, поначалу успеваемость упала. Невысокие оценки были по латышскому языку и литературе. Зато по русскому мы — отличники. В этой школе он преподается как второй иностранный, с 5- класса. Можно было выбрать немецкий, но не стали, решив, что учить сразу три языка почти с нуля ― это слишком много.

Планы. Саша учится в новой школе второй год, и мы видим, что латышский язык она знает намного лучше. Теперь мы меньше переживаем по поводу ее дальнейшего образования после школы.

"Кто-то мог смеяться над тем, как я формулирую мысли"


Кристина Соколова, переехала с родителями из России в Латвию на ПМЖ

Почему? Я знала, что латышские школы находятся в топе, а большая часть школ нацменьшинств ― в конце рейтингов. Моей целью изначально была Рижская 1-я гимназия, но для поступления мне не хватило знания латышского, несмотря на занятия с репетитором (Кристина учила латышский с нуля — прим. Ред.).

Трудности. Трудности, конечно, были ― часто приходилось переходить на английский. Конечно, это совсем иной уровень коммуникации и проблемы самовыражения. Можно знать ответ на вопрос, но трудно точно сформулировать его на латышском. При этом меня окружали отличные и понимающие люди, которые всегда делали шаг навстречу. Но кто-то мог и смеяться над тем, как я формулирую мысли и допускаю неточности.

В итоге я поступила в Рижскую 2-ю гимназию, но позже все-таки перешла в Рижскую 40-ю школу, поскольку на учебу в гимназии уходило слишком много ресурсов. К этому надо добавить высокий уровень стресса, нагрузка и так огромная, плюс очень много дополнительных усилий на работу на латышском ― во всех процессах. На мой взгляд, специфика 2-й гимназии ― исключительные и не всегда обоснованные перегрузки. Получается, что ты находишься в школе с 8.00 до 16.00, т.к. утренние факультативы, по факту почти обязательные, начинаются именно в 8.00.

Сравнение. Еще я до 2-й гимназии училась в Рижской Пурвциемской средней школе: там были просто замечательные учителя ― все, почти без исключений. И очень человечное отношение к ученикам. От них у меня остались наиболее теплые воспоминания.

Но в гимназии были и сильные стороны: отбор учеников с высоким уровнем знаний и амбиций. Очень круто, что там есть IB (международный бакалавриат). Правда, я там не училась. Но тех, кто учится на IB, жалели даже учителя. Сильные стороны 40-й школы ― выдающиеся учителя, на высоком уровне здесь и внеучебные традиции: ЧГК и прекрасный театр. А еще классные ученики: очень порядочные и мотивированные.



Серия статей "Трудности перевода" подготовлена при поддержке программы малых грантов Re:Baltica.

Над проектом работали: Диана Чучкова, Ольга Петрова, Кристина Худенко, Марис Морканс, Алина Семенихина, Наталия Шиндикова и Анатолий Голубов.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!

Tags

Трудности перевода
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form