В прямой эфир "Нового радио" FM 103,2 вышла очередная программа Григория Зубарева из цикла "С властью — по-русски". Ее тема — "Булыжный вторник: в какой стране мы проснулись 14 января?". Ее гости — сопредседатель партии "Другая политика" Карина Корна и начальник рижской муниципальной полиции Янис Гедушев.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама
Люди, символы и планы

из интернета: «В состоянии ли начальник муниципальной полиции хотя бы протокол об административном нарушении составить, или умеет только руководить?».

- В советское время отслужил в морской пехоте, во время борьбы за независимость вступил в первый батальон полиции, который потом трансформировался в службу безопасности Сейма и Президента, работал в ней более 13 лет. Имею высшее военное и высшее юридическое образование. Начальником муниципальной полиции Риги стал пять лет назад, выиграв конкурс.

из интернета: «Карина Корна — кто это? Политическая бабочка-однодневка?».

- Пришло время для прихода в политику молодых. До сих пор мы видим, что власть не думает о людях. А за кризис вынуждены расплачиваться те, за чьими голосами охотятся стремящиеся во власть. Политиками не рождаются, а становятся. А для этого нельзя оставаться в тени. Выйди из тени и делай дело, тогда тебя не станут сравнивать с бабочкой-однодневкой. По образованию я — юрист, работаю в «Латвияс газе», руковожу отделом недвижимости.

Как, по-вашему,  «Другая политика» пришла к мысли о необходимости митинга 13 января? Собралась троица сопредседателей и решила чего-нибудь замутить? Или объективный ход событий привел тысячи людей на Домчик?

Гедушев: прежде всего, Старая Рига не думана для проведения таких массовых мероприятий. Который год повторяю: узкие улицы, сложности для осуществления спасательных мероприятий. Все равно, кто и что там устраивает, но это не то место, где следует допускать большое скопление народа. Но никто не слышит.

И мэр Риги Биркс не слышит, и председатель думского Комитета по вопросам безопасности и порядка Вилде тоже не слышат?

- Думаю, что они согласны со мною, но есть прецеденты, когда отказ в разрешении на проведение массовых мероприятий, как антидемократичный, отменялся в судах.

Почему для акции протеста «Другая политика» выбрала именно Домскую площадь, а не парк 1905-го года или Зиепниекалнс?

Корна: во-первых, массовые акции всегда проводятся в легко доступных для сбора людей местах.  Во-вторых, Домская площадь — символ. Конечно же, мы не предполагали, что соберется так много народа. Поэтому должна согласиться с г-ном Гедушевым: Старый город — не место для массовых мероприятий. Тем не менее, у нас были все необходимые разрешения, мы действовали абсолютно в рамках закона.

И с Полицией безопасности консультировались, и с государственной полицией, и с муниципальной?

- Конечно. Во время консультаций полиция гарантировала обеспечение безопасности при проведении митинга. Так оно и было.

При этом лидеры «Другой политики» не обязаны были прокачивать в своих головах оперативные последствия организуемой акции. Как спецслужбы, государственная и муниципальная полиции координировали развитие негативных сценариев?

Гедушев: прежде всего, замечу, что муниципальная полиция по закону не является субъектом оперативной деятельности. Соответственно, разведывательная информация ни от нас не исходит, ни к нам не приходит. Координация же отработана, каждая служба вносит свой вклад. Скажем, Полиция безопасности предоставляет информацию, государственная полиция — свои ресурсы, муниципальная — свои. По общему плану, разрабатываемому госполицией, муниципальная участвует в нем в пределах имеющихся полномочий, данных законом.

А зачем «Другая политика» собрала людей на Домской площади? На какой результат вы рассчитывали?

Корна: конечно же, не такой, какой оказался. Нам казалось, что народу необходимо дать возможность заявить о том, о чем он думает. Что он должен показать, что не желает дальше жить так, как живет. Власть должна была услышать от самого народа, что она не думает о нем.

Крайний не найден

То есть, до Домчика то ли власть не знала, что народ о ней думает, то ли народ не знал, что он думает о власти?

- Власть должна была увидеть, насколько она далеко от народа.

Хорошо, увидела, и что дальше? Что должно было последовать затем?

- Мы хотели увидеть реакцию власти, чем она ответит на недовольство людей действием власти во время кризиса, что она станет делать для выхода из кризиса.

Понятно: правительство — в отставку, Сейм — распустить, воров и негодяев — долой! Какие сценарии ответа власти вы рассматривали?

- Надо понимать, что власть в один день не уйдет, это — процесс. А процесс включает в себя и переговоры, и инициирование Президентом референдума о роспуске Сейма, а затем обсуждение ситуации в поисках наилучшего плана для выхода из тяжелого положения.

А то, что предыдущий референдум провалился, вас ничему не научило?

- Думаю, что референдум не провалился.

Спрошу с большевистской прямотой: кто виноват во втором действии акции в Старой Риге?

Корна: однозначного ответа на этот вопрос нет. Необходимо отделить собственно митинг на Домской площади от беспорядков вне ее. На площади люди хотели лишь показать свое отношение к власти.

Карина, вы не поверите: люди с булыжниками в руках тоже показывали свое отношение к власти. Разве не так?

- Надо иметь в виду методы протеста. То, что случилось у Сейма, в нормальной стране не может происходить.

Спикер Сейма Даудзе и министр внутренних дел Сеглиньш напрямую указывают, что ответственность за погром должна взять на себя «Другая политика». А вы, похоже, умываете руки, когда речь заходит о беспорядках, имевших место быть после завершения порядочного митинга?

- Мы официально завершили проведение митинга выражением благодарности тем, кто пришел, и призывом разойтись по домам. Никто никого ни к какой революции не призывал. Ведь всем ясно, что мы не можем контролировать толпу. Мы не ответственны за то, что произошло вне Домской площади.

А что на сей счет думает муниципальная полиция?

Гедушев: не берусь судить, в чем и насколько виноваты организаторы митинга. Но, в любом случае, если заявлено 2000 участников митинга, то под это количество и планируется использование сил и средств правопорядка. Но приходит 10000. Логично, чтобы в этом случае, к обеспечению порядка привлекались бы и активисты со стороны организаторов. Но этого не было. Считаю, что все мы получили урок: закон о проведении собраний, митингов и шествий должен быть более конкретным — организаторы обязаны нести ответственность за то, что заявленное количество участников значительно меньше фактического. А когда так случается, то организаторы должны собственными силами участвовать в поддержании порядка или переносить мероприятие во времени и пространстве. А когда этого нет, то мы получили ночь с 13 на 14 января.

Стало быть, «булыжный вторник» случился из-за того, что Штокенбергс, Пабрикс и Корна считать не умеют?

- Скорее, не умеют прогнозировать, выбирать наиболее соответствующее для митинга место.

Закон не обязывает политиков заниматься прогнозированием. Да есть ли правовые механизмы, позволяющие очистить площадь от «лишних» пяти пяти-семи тысяч человек?

- Вы правы, поэтому мы и находимся там, где находимся. Но живем мы не на облаке, есть европейский опыт. Скажем, в Голландии организаторы митинга заключают договор с полицией, где конкретно расписано, где, когда и сколько народа будет находиться, как будет осуществляться охрана и поддержание общественного порядка. И если этот договор нарушается, в силу вступают конкретные санкции. И речи о пробелах в действиях полиции уже не идет.

Жертвы тактики

Видит ли «Другая политика» пробелы в действиях нашей полиции 13 января?

Корна: совершенно понятно, что полицейские не могут действовать, руководствуясь собственными желаниями. И государственная полиция, и муниципальная, и «Альфа» действовали в соответствии с тем, какие приказы получали.

Какие приказы отдавал Гедушев свои сотрудникам?

Гедушев: когда начались массовые нарушения порядка, был отдан приказ всем свободным от работы явиться на рабочие места, экипироваться и прибыть на усиление в Старый город.

В отличие от государственной полиции, ваши ребята, Янис, не служат, а работают, даже званий не имеют. И что вы можете сделать, если ваш приказ игнорируется?

- Общий сбор осуществляется по схеме оповещения. И если некий сотрудник может аргументировать, почему он не явился по команде на общий сбор, эта аргументация будет рассматриваться в соответствии с Законом о труде. В нашем же случае я хочу поблагодарить всех 115 сотрудников муниципальной полиции, прибывших на места сбора. Более того, многие, находящиеся в отпусках, прибыли на работу, услышав информацию о событиях в Старой Риге по радио и телевидению. Но проблема в другом: мы не предназначены для борьбы с уличными беспорядками. Поэтому и соответствующее обучение не проводится, нет касок, щитов. 

Это бросилось в глаза. «Альфа» свой транспорт оставила на прилегающих к Старой Риге улицах, муниципалы же подогнали свои машины к погромщикам, и отморозки этим воспользовались — уничтожили ваш транспорт. Был ли по этому поводу разбор полетов?

- Естественно.  Желание скорейшего прибытия на место беспорядков реализовано в ущерб тактике. И хватило на несколько минут оставить транспорт без необходимой охраны на улице Смилшу, чтобы погромщики их перевернули. Сами понимаете, что для инструктажа по тактике времени не было.

из эфира: «Официально утверждается, что полиция не стреляла. Но я общался с полицейскими, и многие из них говорят, что стреляли. Как это можете прокомментировать?».

Корна: это противоречие комментировать трудно. Ответ даст только служебное расследование.

Гедушев: к расследованию фактов стрельбы я не привлечен. Но закон не только допускает, но и обязывает применять все возможные меры, чтобы не допускать угрозы жизни и здоровью полицейских. А то, что было массовое нападение на сотрудников полиции, четко отражено в телевизионных репортажах. Более того, нападали не ради самого нападения, а чтобы проникнуть на охраняемый объект — в Сейм.

Давайте пофантазируем: правительство сменилось, к власти пришла «Другая политика». Кого вы назначите министром внутренних дел?

Корна: сразу и не отвечу. Мы не можем обладать единоличной властью, без коалиции не обойтись. И специалиста, способного возглавить МВД, будем искать вместе с партнерами.

Не услышал того, чего хотел. О возвращении к вопросу о целесообразности существования двух полиций — государственной и муниципальной. В свое время, мы автоматически приняли западную модель поддержания общественного порядка. И вот теперь куча народа смотрит, чтобы туристы не писали около Милды, автоводители не ставили машины ближе пяти метров от «зебр», а иностранцы не получали по голове в Старом городе.  Что по этому поводу думает «Другая политика»?

- Народное собрание на Домской площади высветило много проблем, существующих в стране. Это только полиций две, а субъектов оперативной деятельности — под полтора десятка, фактически они занимаются одним и тем же без какой-либо эффективной координации. Мы убеждены, что срочно необходим функциональный аудит в структурах правопорядка. А муниципальная полиция свои функции выполняет, практика у нее очень хорошая.

Чего не хватает муниципальной полиции, чтобы в общественном сознании не бытовало мнение, будто вы даром едите хлеб налогоплательщиков?

- О том, нужна ли муниципальная полиция: ежедневно в Риге мы выезжаем порядка на 100 тревожных вызовов от населения. С каждым годом работы прибавляется. А чего не хватает? Объективной информации о том, что мы делаем. Пока же старые легенды об автомобиле «Navigator» действуют сильнее, чем сведения об эффективности нашей работы. Труднее сего переломить старую дурную славу.

На президента — равняйсь!

Митинг прошел, погромы пресечены. Но до сих пор Президент Затлерс не может договориться ни с правительственной коалицией, ни с оппозицией. Какие из странных ультиматумов Затлерса «Другая политика» поддерживает, с какими не согласна?

Корна: не думаю, что предложения Президента Затлерса — ультиматум. И не думаю, что его требования невозможны к выполнению. То, о чем он говорит, целесообразно. Не может же Президент сегодня проснуться и назначить дату, к которой политики должны принять ожидаемые им решения.

 

А разве не так? Затлерс проснулся и сказал: «Ребята, если до 31 марта  не согласитесь с тем, что я хочу, разгоню Сейм к чертовой матери».

 

- Нет, не так. Понимаете, политика — это процесс. Чтобы принять решение, Президенту необходимо понять, хочет ли работать Сейм, что намерено делать правительство. Мне кажется, что Президент поступил совершенно правильно.

Мы, все трое, юристы, Основной закон знаем. Так, на основании какой статьи Сатверсме выдвинул г-н Затлерс пусть не ультиматум, но предложения? Есть ли соответствующая конституционная норма?

- Нет, и не будет.

Стало быть, глава государства превысил полномочия, данные ему Конституцией?

- Понимаете, Конституцию мало читать, ее надо еще и интерпретировать. У Сатверсме есть не только буква, но и дух. Во исполнение Конституции имеется целый свод законов, решения Конституционного суда, большое количество подзаконных актов.

Прекрасно. Вот, и, держа булыжник в руке, я интерпретирую Сатверсме таким образом, что государство мне гарантирует кучу прав. А Гедушев, стоя передо мною без каски и щита, интерпретирует Конституцию по-своему. Самое время спросить, как «Другая политика» относится к идее Союза зеленых и крестьян сформировать «правительство национального примирения»?

- Мы с этой идеей не согласны. Считаем, что посредством этого проекта СЗК ныне действующая коалиция хочет переложить ответственность за то, что она натворила, на оппозицию. Альтернативу мы видим в новом составе Сейма. То, что нам не нравится, как работает парламентское большинство, это одно, но правящая коалиция показала, что эффективно действовать она не способна.

«Другая политика» провела совместную пресс-конференцию с «Гражданским союзом» и «Новым временем». На ней обещано создать распорядительный комитет, который начнет работу над меморандумом с предложениями по выходу из кризиса. С другой стороны, по вопросу о роспуске Сейма вы согласны с «народниками».  При этом на официальном уровне «Другая политика» видит себя в "правительстве национального примирения", но без Сеглиньша, Слактериса и  Шлесерса, «Центра согласия» и ЗаПЧЕЛ. Впечатление такое: вы сами еще четко не определились, чего же хотите после 13 января?

- Вполне определились. Новые выборы в Сейм. В отличие от нас, Народная партия боится, что, если выборы пройдут в августе, она не преодолеет 5-процентный барьер. А упомянутые вами министры показали, как они способны работать. Если Сеглиньш вместо того, чтобы руководить полицией 13 января, посылает какие-то SMS-ки, то о чем можно говорить!

Какие уроки из событий «булыжного вторника» вынес начальник муниципальной полиции Риги, защищая демократию от разгула той же демократии?

Гедушев: находясь в Евросоюзе, мы имеем то же, что и в ЕС, где выступления, аналогичные «булыжному вторнику» у нас, происходят регулярно. И к нам пришло то, что многие из нас считали возможным лишь где-то во Франции или в Греции. Иллюзии, будто у нас не может на улицах твориться то же,  что и в других странах ЕС, развеялись.

В какой стране мы проснулись 14 января?

Корна: в той же самой. Просто мы поняли, что помимо всех прочих проблем, есть еще проблемы с проведением митингов. «Другая политика» хочет, чтобы за всем тем, что сделала или не сделала полиция, мы не забывали того, чего желает народ. Эти 10-12 тысяч не на прогулку пришли. Давайте, не забудем об этом.

  • Программа «С властью — по-русски» выходит в прямом эфире «Нового радио» FM 103,2 каждую среду в 18:05.
  • Газетный вариант беседы публикуется в еженедельнике «Вести».
Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form