Ивар Иябс. Про плохих и хороших
Foto: stock.xchng

Задача каждого добропорядочного демократа — пасти и дискредитировать элиту, взяв на себя отеческую заботу о добродушном, но наивном "обществе".

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама

Повседневные проблемы приходят и уходят, но есть и непреходящие ценности. Скажем, демократия. С этим у нас все более-менее в порядке, ведь на страже демократии у нас стоят влиятельные силы в политике и СМИ. Эти люди, вынесшие на своих плечах жесткую борьбу с олигархами, наконец обрели заслуженное место в латвийской политике и общественной мысли. Пожелаем же нашим главным демократам всяческих успехов. Но все-таки возникает вопрос: а как они понимают демократию?

Несмотря на все плюсы и достижения, это понимание все же преследуют странные идеи. Одна из них — теория вины элиты. Если коротко, то теория гласит, что все беды в политике — от политических должностных лиц. Любое событие следует рассматривать, исходя из дурных намерений должностных лиц. На них всегда надо смотреть с подозрением. Желательно также оказывать на них непрерывное давление через ручные СМИ. Зато "общество" само по себе = хорошее, честное и демократичное. Поэтому всех надо любой ценой приучать к "участию", даже если само "общество" этого не хочет. Общество в глубине души всегда стремится к западной демократии и капитализму, даже если само этого не осознает. А если иногда кажется, что общество — расистское и хочет авторитарного социализма, то кто же в этом виноват? Правильно, дети, это плохая элита, которая промыла честному "обществу" мозги и ведет его к реализации собственных целей.

Но еще Мефистофель заметил, что вся теория — серая. Поэтому стоит взглянуть, как такой ход мысли работает на практике. К счастью, в последнее время латвийская политика дала нам целых три примера такого подхода со всеми вытекающими. Прошу заметить — я здесь не хочу морализировать и осуждать. Я лишь надеюсь показать, что это странный ход мыслей. И я вовсе не отрицаю, что мой ум слабоват для осознания правильности такого подхода.

Путин и бэк-вокал

Первый случай касается не столько самой Латвии, сколько поддержки зарубежных событий в Латвии. Конечно, речь о скандале Pussy Riot и судебном деле. Описывать сам эксцесс здесь неуместно. Ясно, что в цивилизованном мире за такие нарушения не дают такие наказания, и что российские должностные лица, которые позволили скандалу набрать такие обороты, очевидно, просто неисправимо тупы. Сухой остаток дела: три глорифицированные девицы, которые уже обеспечили себе дальнейшую жизнь, и основательно подмоченная репутация России в мире, которая и без того не очень хороша. За это несут ответственность политические координаторы дела в Кремле, судах и Русской Православной церкви. Кажется, Талейран сказал — "это было хуже, чем преступление. Это была ошибка".

Зато резонанс дела Pussy Riot в Латвии позволил смотреть и радоваться. То, что любой, выкрикнувший "Долой Путина!", обретет симпатии нашей аудитории, было ясно заранее. Но этот случай позволил развернуть именно теорию вины элиты. Скандал у нас изображают как конфликт между властью и обществом — мол, страшный деспот расправился с невинными девушками. Но это в большой мере социальный конфикт, где сторонников жесткого наказания Pussy Riot гораздо больше, чем тех, кто за их оправдание. Вопрос о репрезентативности интернета и глобальных СМИ, где однозначно доминирует либеральное мнение. Зато недавний опрос общественного мнения говорит, что 44% жителей России считают приговор справедливым, и только 17% полагают, что он слишком суров. Разумеется, этим 44% Путин "промыл мозги", зато 17% — это чистые сердцем либералы. Ведь это очевидно: если кому-то не нравится, что в его церкви буянят, то виноваты НТВ и Сурков. Зато если кто-то считает, что такие действия заслуживают одобрения, он — любитель свободы и очень рациональный демократ. Вот она, теория вины элиты во всей красе!

Внесу ясность: у меня нет никаких иллюзий насчет путинского режима, и именно поэтому такое отношение мне показалось как минимум странным. Прежде всего, в российских тюрьмах сидит масса людей, которые гораздо больше заслуживают защиты. Они находятся в тюрьмах более строго режима и в течение большего времени. Но рядом с ними я как-то не замечал ни Стинга, ни Пола Маккартни. Просто эти люди не надевали балаклавы и не устраивали погромы в чужой церкви. Но сейчас дамочки станут главными политзаключенными России, что тривиализирует все мероприятие. В будущем выступать за русских политзеков будет означать выступать за право заниматься эксгибиционизмом на алтарях чужих церквей.

С точки зрения политической теории, этот эксцесс можно рассматривать двояко — как акцию гражданского неповиновения или как протест против чрезмерного и политизированного наказания. Если бы это была акция гражданского неповиновения против режима Путина, то дамочкам, которые вполне осознанно преступили закон, сейчас следовало бы с высоко поднятой головой пойти в тюрьму, громко взывая к чувству справедливости у большинства. Но дамочки вину не признают и хотят оправдательного приговора. Очевидно, это не акция гражданского неповиновения, а нечто иное. Это может быть протест против слишком сурового и политизированного судебного процесса, каким он на самом деле и был. Но ведь такой сценарий не предусматривает невиновности девушек. В принципе, они заслуживают наказания, как минимум административного, хотя и не двух лет реального лишения свободы. Также желательно, чтобы в приговоре суд не ссылался на церковные документы VII века как источник современного российского права. Более-менее конструктивные голоса рассматривают ситуацию именно так. Но это не наши демократы. Они очень своеобразно пытаются превратить очевидное хулиганство в морально положительный поступок. Утверждается, что дамочки не только не сделали ничего плохого, но и совершили доброе дело, а российские власти должны их не наказать, а на коленях просить прощения. И тут начинается настоящая шизофрения. Не говоря о том, каково наше собственное понимание правового государства, которому мы как бы пытаемся научить Россию. Еще одно любопытное утверждение: если кому-то очень не нравится политическая власть, он получает право устраивать выходки в священных местах. Это как минимум странно. Конечно, если мы не считаем, что все, что вредит Путину, включая наводнение на Кубани и глобальное потепление, автоматически идет на пользу свободному миру.

Vox diaboli

Второй прекрасный пример теории вины элиты связан с затихнувшим вопросом о референдумах. Здесь, несмотря на 50 лет дискуссий в политологии, без оговорок принимается идея, что светлое будущее демократии надо искать во всенародных голосованиях. А тот, кто пытается усомниться в этом почти религиозном представлении, автоматически становится защитником авторитаризма и заслуживает места на свалке истории.

Тут снова отлично разворачивается теория вины элиты. Для начала, большинство наших демократов понимает референдум как инструмент торпедирования работы элиты. Если уж в обществе появляются прогрессивные законопроекты, то их может инициировать только народ и только прямым путем, а не через депутатов Сейма или президента, которые по определению не столь прогрессивны. Поэтому надо максимально упростить право инициировать референдумы. Чем больше референдумов, тем лучше. Это в комплекте с правом роспуска Сейма позволит держать сволочей-депутатов на коротком поводке и каждый день подвергать их тирании общественного мнения, не позволяя работать как уполномоченным лицам, которые способны ради долгосрочных интересов общества принимать и непопулярные решения. По сути защищается императивный мандат, которым в свое время так восхищались Маркс, Ленин и другие ненавистники парламентской демократии.

Зато добродушное, но доверчивое общество получает атрибуты, о которых раньше и не догадывалось. Оказывается, оно — гражданское и ответственное, а также намного более честное, чем элита. В случае необходимости общество можно побудить к "участию" через формат референдума. И здесь главное для энтузиастов демократии — уподобиться Орфею, выходящему из подземелья, — не оглядываться. Иначе, Боже упаси, можно увидеть, как эти прекрасные нормы использовались раньше. Это делали, в основном, мелкие группы, которые априори относятся к политической элите, в целях демагогии и рекламы. Вечный памятник тому — два последних случая (пенсионный и языковой референдумы). Ну что ж, вперед сыны отчизны! Еще мгновенье, и Латвией наконец-то можно будет управлять при помощи общественных опросов! И тогда мы наконец дождемся референдумов о нулевом варианте гражданства, выходе из противного Евросоюза, сносе памятника Победы в Задвинье и других конструктивных идеях. Народ же всегда лучше знает, как правильно поступать.

Либерало-русофобы

Не я первый, не я последний, кто с весны заметил перемену политического климата в нашей стране. Причины далеко искать не надо. В феврале был референдум о двух языках, который показал отношение четверти граждан к основным ценностям государства. А в марте на президентский пост вернулся фактически лидер РФ, который не замедлил продемонстрировать "жесткую линию" по отношению к Западу. Это вызвало в общественной мысли Латвии ощущение угрозы, которое все еще остается определяющим. Несколько лет назад было принято сотрясать воздух речами о Латвии как "мосте" между Западом и Востоком. Сегодня политики говорят в категориях "окруженной крепости", для защиты которой требуются чрезвычайные меры. Это своеобразная "израилизация" латвийской политики. К тому же, этим давно уже не занимаются великие мастера темы безопасности. Напротив, внешнюю угрозу в качестве главного внутриполитического аргумента используют люди, которые пять лет назад что-то бубнили о "либерализме", "мультикультурности" и "открытом обществе". Что ж, времена меняются, и "израилизация", похоже, пришла к нам надолго. К ней надо только привыкнуть: выдворение, обыски у "журналистов" и призывы что-то "закрыть", видимо, станут для нас привычными. Кстати, братья-эстонцы здесь нас сильно обогнали.

У меня нет данных, позволяющих отделить зерна от плевелов — сколько из этого действительно создает угрозу безопасности страны, а сколько — просто политические "пойнты" ради славы спасителя нации. Наверняка присутствуют оба элемента. И мы не первые, для кого тема национальной безопасности важнее всего. Возвращаясь к перманентной вине элиты, стоит взглянуть, как поднимается эта тема безопасности, и как она влияет на интеграцию общества. Ни у кого не должно быть иллюзий по поводу прежней интеграции. Часть постоянных жителей Латвии существую в российском информационном поле, страдают от имперских галлюцинаций и охотно слушают реваншистскую демагогию про "апартеид" и "гетто". С другой стороны, латышская элита никогда серьезно не обращалась к этой аудитории. Она просто боялась этих людей и охотнее дискутировала со своими "братьями" о "пятой колонне".

Нынешняя ситуация, когда соображения безопасности выходят на первый план в политике, теоретически должна мобилизовать все общество и отделить заботу о безопасности от банальной русофобии. Видно, наши демократы на это не способны. Их преследует уверенность, что народ, по крайней мере, его латышская часть, настроен либерально и демократически. Поэтому он сам поймет, что у политиков на самом деле ничего нет против русских. Их просто заботит безопасность страны. В конце концов, зло исходит от элиты, а не от простого, очень демократичного и толерантного, гражданина. Но со стороны иногда кажется, что народ все больше мобилизуется на базе латентной русофобии. Мол, у нас ничего нет против русских. Мы просто ненавидим Россию, латвийскую русскую прессу, русскую попсу и "Новую волну", 9 мая, Ушакова, православное Рождество, Петра Первого и Барклая-де-Толли, а против русских мы совершенно ничего не имеем! В книге "Письма Баламута" Клайва Стейплза Льюиса один из советов беса звучит так: делайте все, чтобы кого-то обидеть, но будьте очень удивлены, когда он наконец действительно обидится. Зато русским, которые, быть может, не готовы стать фанатами всех проявлений "интеллигентной русофобии", Кремль "промыл мозги". А как же иначе? Когда я ругаю Ушакова, на самом деле я не ругаю русского Ушакова, с которым из-за "промытых мозгов" ассоциирует себя множество латвийских русских, а я ругаю имперского и плохого хозяина Риги Ушакова. Когда я возмущаюсь по поводу 9 мая, я не возмущаюсь из-за русской традиции, а лишь скорблю о своих депортированных родных в годы советской оккупации. Народ ведь это обязательно поймет и сумеет отличить, поэтому давайте возмущаться и дальше! И тогда мы снова сможем удивляться, почему число лояльных русских не растет.

Все сказанное вовсе не относится только к "латышским" политикам и СМИ. Напротив, надежный фундамент для этого своей февральской авантюрой заложили Линдерман и уже упомянутый Ушаков. К тому же, теоретически можно представить случаи, когда во имя безопасности государства можно использовать самые дурные качества своих граждан. Тот ли это случай? Не знаю. Но люди, которые несмотря на все веяния истории, все-таки хотят сохранить звание "демократа", в своей заботе о безопасности страны должны дистанцироваться от обычной русофобии. Даже если в политическом плане это не слишком доходно. Dixi.

Перевод DELFI. Оригинал здесь

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!

Tags

Pussy Riot Пол Маккартни
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form