Райвис Дзинтарс. С танками на Латвию не нападут
Foto: LETA

Конечно, ничего абсолютного не бывает. Каждый раз, когда мы садимся в машину или самолет, нужно считаться с тем, что существует вероятность аварии.

В жизни нельзя ничего исключать и поэтому следует адекватно заботиться о безопасности. Например, в зимний сезон нужно своевременно поменять покрышки. Это не гарантирует нам выживания, но все-таки снижает риски т.д. Возможно, многие с этим не согласятся, но паника из-за возможности войны вредит Латвии куда больше, чем реальная война. Продолжая это сравнение, события в Крыму показывают, что дорога становится более скользкой. Хочешь не хочешь, но надо жертвовать деньги на более безопасную резину, проверять техническое состояние машин, ездить более аккуратно.

Паника как средство политики

Связанные с политическими кругами публицисты уже сочиняют бестселлеры, рисуя апокалиптические картины войны, пробуждая дремавшую в подсознании латышей коллективную память об ужасах прошлого. Другие экс-политики уже начали рекламные кампании: "Голосуй за нас, будет национальное примирение, украинские события тут не повторятся!". Шлесерс. Кто же еще! На самом деле, в этой рекламе Шлесерс говорит много правильных вещей. Но… если бы намерения были искренними, то такую рекламу об укреплении принадлежности к Латвии нужно было бы запустить на русском языке и, возможно, без портрета Шлесерса в конце, который у многих автоматически вызывает рефлекс поступать наоборот.

Я вовсе не утверждаю, что нам нужно легкомысленно относиться к событиям в соседних странах. Напротив. Очень правильно поступает президент Литвы Даля Грибаускайте (и другие лидеры стран региона), которая активно сообщает миру, что условия требуют новых решений. Латвия также должна бросить все силы дипломатического корпуса на то, чтобы укрепить здесь военное присутствие США и НАТО (учения, военные базы и т.д.). И не для того, чтобы воевать, а хотя бы для того, чтобы дать жителям страны ощущение безопасности. Общество под "Дамокловым мечом", делающее политический выбор под влиянием страха, ничего хорошего Латвии не принесет.

Я категорически не согласен с теми, кто считает, что действия Путина иррациональны, или что он сошел с ума. Его действия опасны, безжалостны и совершенно неприемлемы для нас, но он целенаправленно реализует стратегию своей власти в глобальном соревновании за влияние в регионе и мире. Ресурс — это не только кратковременные колебания цены на нефть, акций или курса валюты. Ресурс — это также идеологический заряд и подъем нации. Путин обеспечил это очень большой части русского общества. Россия участвует в шахматной игре мировых держав. А в шахматах, как известно, делают сюрпризы, блефуют, не только воюют, но и "меняются" фигурами, жертвуют ими ради стратегических планов.

В эти дни лишь редкий житель Латвии не задавал себе вопрос, не можем ли и мы стать "фигурой", которую принесут в жертву. Хотя история показывает, что это вполне возможно, на это раз речь идет не только о маленьких странах Балтии. Не верю, что США готовы пожертвовать НАТО как организацией. Российское вторжение в страны Балтии означало бы либо Третью мировую войну, либо, в случае невмешательства НАТО, конец крупнейшего и сильнейшего военного альянса. А это означало бы конец США как доминирующей мировой державы. В нашем мире возможно все, в том числе сценарий конца света, но, по-моему, жить в ожидании конца света совершенно неадекватно.

Ответ на вызовы безопасности

Главные риски безопасности Латвии, по крайне мере, в обозримом будущем, проявляются иначе. На подъеме российской идеологической волны могут быть разыграны два вызова. С одной стороны, устраиваются различные прокремлевские протесты и провокации, которые можно по необходимости сохранить на умеренном уровне или расширить. С другой стороны, будут попытки изменить политическую сцену Латвии, фактически, сделав ее такой, как Украина Януковича (с прокремлевскими политиками во главе). Первый вызов сегодня создают останки бывшего "ЗаПЧЕЛ" и связанные с ними группы. Могут появиться и новые (между прочим, также засланные). Второе направление реализует "Центр согласия". Пока первые пытаются создать ощущение нестабильности и украинского сценария, другие хотят показать себя как "гарант мира". Не столько надеясь на 51 место в Сейме, сколько с мыслью, что избиратели латышских партий согласятся на включение "ЦС" в правительство. Обе стороны используют социально-экономические трудности, которые в большей или меньшей степени придется переживать из-за последствий украинского кризиса.

Привычный ответ политиков на эти вызовы — "интеграция". Это нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть. Вроде бы — да. Но остается вопрос — какого черта кому-то здесь интегрироваться?! С одной стороны, есть империя, которая демонстрирует силу, уверенность, идеологию, создает видение будущего, с другой — лишь попытки отсидеться, принижение собственных солдат, какие-то чиновничьи речи о мистической интеграции. То, что сегодня многие латыши еще верят в идею сильной Латвии, — это заслуга прежних поколений и отдельных современных энтузиастов.

Позвольте небольшую историю из личной жизни! Думаю, я довольно хорошо понимаю русский менталитет. Человек, которого я мог бы называть своим отчимом, и который по-прежнему очень близок моей семье, является полковником советской армии, негражданином, который, к тому же, не говорит по-латышски. Сколько я себя помню, мы с ним спорили и были непримиримы из-за политики. Но при этом близки. Он научил меня плавать, ездить на велосипеде, водить автомобиль. Нас объединяют взаимоуважение, возможно, даже более глубокое, чем с некоторыми единомышленниками. Почему? Потому что мы в состоянии быть искренними друг с другом и держимся каждый своих убеждений. Ничто не вызывает у русских такого презрения как люди без принципов и лицемеры. Да, люди с другими мнением могут их разозлить, может произойти большая ссора. Но разговор и любая договоренность возможны только на основании открытости и большой уверенности.

Чтобы русские и люди других национальностей в перспективе поверили в идею Латвии, государственная идея должна увлекать самих латышей. Мы должны быть готовы бороться и защищать то, во что верим. Тогда можно говорить, что кто-то оценит то, что нам принадлежит, и обдумает возможность с этим идентифицироваться или хотя бы уживаться и договариваться.

Конечно, для безопасности и благополучия Латвии важно, чтобы подавляющее большинство русских, украинцев, поляков или евреев были союзниками Латвии как латышского национального государства. Но этого трудно добиться, если государство целенаправленно не работает над популяризацией национальной государственной идеологии, истории, видения нации. Россия говорит о сильных семейных ценностях, а наши политики предлагают переделывать Карлисов в Карлин. Российское ТВ говорит об исторической миссии русской нации, а наше общественное телевидение стыдит людей, которые хотят чествовать своих воинов у памятника Свободы.

Самая ценная инвестиция

Роль государственных лидеров в том, чтобы вдохновлять и давать своим людям видение будущего нации. Например. Латвийское государство могло бы объявить и подтвердить на деле, что долгосрочная цель — удвоить число латышей, и в условиях любого кризиса для этого будет обеспечиваться особая поддержка. Разумеется, это значит, что поддержкой будут пользоваться семьи любой национальности. Увеличение материнских зарплат, которого добилось Национальное объединение, затронуло и латышские, и нелатышские семьи. У людей должно возникнуть обоснованное ощущение, что развитие государства направлено к большим идеалам, даже если по разным причинам сейчас приходится затягивать пояса, а плоды появятся в отдаленном будущем. Но люди должны чувствовать это направление. Чтобы на вопрос, почему Латвия лучше, любой человек мог ответить: Латвия стремится быть более дружественной для семей с детьми.

Важный вызов для латвийского общества — создать особенно сильную Яунсардзе и Земессардзе, где не только учат защищать страну, но и преподают культуру, историю, занимаются благотворительностью. Если мы увеличиваем финансирование обороны и тратим его на разные проекты интеграции, то, по-моему, это очень полезное вложение. Жители Латвии не раз доказывали, что способны быть активными при наличии четкой цели ("Балтийский путь" или современная символичная мелочь — включение Риги в игру "Монополия"). Почему, например, латвийская Яунсардзе не могла бы стать одним из ярчайших в мире примеров патриотической молодежной организации? Одна из задач — организация с максимальным числом участников по отношению к общему населению. Сильная Яунсардзе и Земессардзе — это хороший ответ на риск провокаций извне, раскол в обществе, нездоровый образ жизни.

Идею Латвии нельзя сделать сильной за один день. К сожалению, это вопрос поколений, но наступил последний момент, чтобы сделать целенаправленные шаги. Больше детей, спортивная и патриотичная молодежь — по-моему, это подходящее направление для инвестиций.

Перевод DELFI. Оригинал здесь

Tags

Даля Грибаускайте Райвис Дзинтарс Украина

Comment Form