В большом интервью для Sports.ru Слуцкий пояснил, какой игры ожидал от своих футболистов на турнира, как провел ночь перед матчем против сборной Ульса и что надо изменить в российском футболе. Он также признал, что ему стыдно за выступление сборной на ЕВРО-2016 во Франции (полный текст интервью — здесь) и назвал свои ошибки во время работы со сборной.

Про уровень готовности, характер и стыд

По словам Слуцкого, "когда собралась национальная сборная, понятно, что у нас был очень короткий период подготовки. С первого дня сборов до первой контрольной игры — ровно семь дней. Поэтому мне хотелось совместить, как оказалось, несовместимые вещи.

Ты понимаешь, за счет чего можешь быть конкурентоспособен на таких турнирах. Например, за счет суперзвезд — но у нас их нет. Остается: 1. тактика, 2. уровень готовности, 3. характер.

Мы начали работать над тактико — большое количество и теоретических, и практических занятий. И тут была первая ошибка. Я был уверен, что тот материал, который преподношу игрокам, они усвоят гораздо быстрее. Я думал, что какой-то совместный опыт у нас был — пусть короткий, на два-три дня, но все же. Даже когда мы выглядели более или менее системно по части оборонительных действий, какие-то зоны все равно выпадали, срывались — я объясняю это тем, что не успел донести до игроков все, что хотел. Я думал, что это пройдет быстрее.

Вторая ошибка. Мы понимали, что должны выглядеть очень хорошо двигательно — потому что каких-то других очевидных преимуществ у нас нет. Для этого был дан пятидневный период с условно тяжелым уровнем интенсивности. Как выяснилось, не все смогли на этом уровне интенсивности работать.

Когда определенная группа футболистов в этом цикле стала откровенно выпадать, я понял, что модель игры, которая была у нас в отборочных матчах и которую я планировал использовать на Евро — большое количество позиционных атак, игра центральной тройки, большой контроль мяча, высокие крайние защитники — это не работает".

"Была группа игроков, которая не выдержала нагрузку. То ли состояние изначальное было неважным — хотя мы сделали все тесты, то ли кто-то не привык работать в таком режиме, то ли кто-то эмоционально перегорел. Хотя у нас была одна из самых возрастных команд, даже у людей 88 года рождения — Смольникова, Мамаева, Дзюбы — это был первый форум. И прогнозировать, как человек себя поведет в новой ситуации, довольно сложно.

Так вот, когда по тренировочной работе и по контрольным матчам я понял, что изначальный вариант не очень получается, и родилось знаменитое КоСмоДзю. Я понял, что мы должны переформатироваться. Это должна быть очень мобильная средняя линия: Кокорин, Смолов, Шатов, Головин, которые создают высокий уровень динамики. Это большое количество отборов. Это вылетание в быстрые атаки. Это частое использование Дзюбы со сбросами, а под него должны были подстраиваться Смолов и Кокорин. Мы стали активно нарабатывать такой вариант игры.

Прогноз, что люди спокойно выдержат такой уровень нагрузки, не сработал. Такой уровень нагрузки применяется в ЦСКА, мне казалось, что он удобоварим и применим. Поэтому план не до конца удался", — сказал бывший тренер сборной России.

"После двух первых игр у меня возникла мысль, что мы переходим к более атакующему варианту; что физическое состояние точно стабилизировалось… За первые две ошибки мне не стыдно — это ошибки, но не повод для стыда. А вот изменить игру в третьем матче и получить команду, где восемь человек вообще не вступали в отбор… Где игроки не добегали в зоны, где бросали единоборства…

У нас возникли проблемы с характером, мотивацией и самоотдачей в самом важном матче жизни для ребят как для футболистов, а для меня как тренера — вот за это, собственно говоря, и стыдно.

Самая частая претензия болельщиков: "Да, не хватает мастерства, вы не играете в топ-лигах. Но вы бегайте, вы боритесь". За то, что в матче с Уэльсом не было этого "бегайте и боритесь", мне и стыдно.

Впрочем, я убежден: даже если все получилось бы так, как мы планировали, даже если бы не было травм, максимум, на который мы могли рассчитывать, это быть Словакией. Вышли бы с третьего места и проиграли бы Германии. Никто не снимает с себя ответственности, я признаю, что виноват. Признаю, что между выходом из группы и невыходом есть огромная разница.

Но даже не собираясь отмазываться, я задаюсь вопросом, почему же этого характера и самоотдачи не было в самой важной игре.

Эти вещи формирует среда. Ты не можешь лежать сутками на диване, а потом выйти и сказать: вот щас я проявлю характер! Это каждодневная борьба за место в основном составе. Это ежедневная борьба через тренировки за выход на футбольное поле. Это высочайший уровень конкуренции в клубах. Это игры на самом высоком уровне напряжения, которые ты должен проводить каждую неделю, а лучше — два раза. К сожалению, этого не происходит", — отметил Леонид Слуцкий.

Тренер привел такой пример: "Если у тебя полный погреб картошки, зачем тебе ее идти копать? Причем она у тебя есть с первого дня, ты родился — и сразу полный погреб. Все вспоминают про поколение Евро-2008. Но как раз оно воспитывалось без лимита, в условиях жесточайшей конкуренции. Когда у тебя не было картошки, ты ее выкопал, она у тебя сегодня есть, но ты знаешь процесс и автоматически продолжаешь ее копать — просто потому что ты к этому привык. Человек, который рождается при полном погребе, никогда не будет ее копать…

Есть целая плеяда выращенных лимитом игроков, которые настолько гарантировано имеют место в основном составе, настолько гарантированно имеют все жизненные блага, что им не надо копать картошку. И когда вдруг в ней появляется нужда, они думают: если надо — я пойду и выкопаю. Нет. Только через борьбу и ежедневную работу. Все искусственное хуже натурального. Оно не такое качественное, не такое полезное".

"Большая часть игроков сборной испытывает те же чувства. Ощущения стыда и невыполненной работы у них гораздо больше, чем то отношение к болельщикам, которое показали отдельные игроки.

Обвинять в чем-то футболистов я не хочу. Я говорю не про них, а про систему. Вот если вы можете каждый день работать на 30 процентов, но получать при этом 100 процентов зарплаты — вы будете работать хотя бы на 50 процентов?

Хотя естественно, есть исключения. Есть поколение футболистов — да, оно чуть старше — которое копает картошку, даже если она не копается, даже если там — бетон. Как Вася Березуцкий, который выходит с вот таким голеностопом, с разрывом трех связок, но все равно играет", — сказал Слуцкий.

Специалист расказал, как он провел ночь c 20 на 21 июня — перед решающим поединком с Ульсом.

"Ко мне в номер постучала группа игроков. До девяти утра мы обсуждали то, что произошло. Те, кто там был, то есть футболисты и я, четко осознавали свой уровень. Мы все в один голос произнесли фразу: "Мы г…". Эту данность надо принять, потому что это важная точка отсчета.

Как у алкоголиков. Признать: да, я алкоголик — это самое основное, чтобы началось лечение… К сожалению, не у всех игроков сборной случилось такое признание. Хотя признание важно — мне кажется, оно может позволить двигаться, пусть не очень быстро, но вперед", — полагает он.

На вопрос, стыдно ли ему за выступление сборной России на ЕВРО, тренер ответил положительно.

Про выбор состава на ЕВРО

На вопрос, почему в каждом матче в стартовом составе в нападении неизменно выходили Кокорин, Смолов и Дзюба, Слуцкий ответил, что "тренер должен выбирать на игру сразу оптимальный вариант. Потому что усиление может не понадобиться — ты можешь вести в счете. Потому что может понадобиться усиление в обороне. Потому что кто-то может получить травму".

"Ты никогда не знаешь, как ты перестроишь игру. Поэтому если у тебя есть безальтернативная группа атаки, которая выглядела лучше остальных, ты ставишь их с первых минут, а варианты рассматриваешь другие. Например, в центральную зону выходит футболист: Мамаев, Широков или Иванов => Шатов сваливается налево => если с игры снимаем Дзюбу, на его место идет Смолов; если снимаем Кокорина — на его место переходит Смолов. Это тоже вариант усиления игры. Необязательно менять нападающего на нападающего".

"Увидев состояние определенной группы игроков, приняв решение, за счет чего мы играем — за счет высокого уровня мобильности игроков — я и определил такой состав. Кокорин, Смолов, Шатов, Головин как раз и давали эту мобильность. Когда ты строишь принципиально другую модель — из-за травм Дзагоева и Денисова, из-за не лучшего физического состояния игроков — ты не можешь выбирать какие-то полуварианты. Шатов с его объемом работы мог легко сваливаться во фланговые зоны, помогать во взаимодействии с крайними защитниками.

Плюс в матчах высокого уровня в чистом виде получить мяч между зонами сейчас практически невозможно — это надо подобрать, вступить в отбор, отобрать, прочитать. За счет своего невероятного уровня мобильности Шатов это может делать. Поэтому он и был выбран на эту позицию", — отметил он.

"Ты смотришь футбол и видишь: тут зона перекрыта, тут — перекрыта, тут — тоже, тут — вроде тоже, но вдруг туда вбегает соперник. И твой компьютер начинает дымиться: как это вообще возможно?! Потерю концентрации, даже работая над этим, нельзя отработать до конца. Так что первый гол для меня более фундаментален. Он больше бьет по ценностям, о которых я говорю", — добавил он.

В первоначальном списке на ЕВРО вместо Широкова должен был быть Юсупов, но в последний момент игрок ЦСКА все же оказался в заявке.

"Я долго думал над окончательным списком, в том числе о включении или невключении Романа Широкова. После матча в Казани я подошел к нему и предложил определенный формат, принимая который он мог быть максимально полезен сборной: ты будешь запасным, но ты можешь выйти и решить эпизод. Ты капитан команды. Атмосфера. Раздевалка. Если ты готов к такому формату — едем. Он взял время на размышления. Но уже через 10 минут дал ответ: готов", — рассказал он.

Слуцкий сказал, что Юрий Жирков не поехал на ЕВРО из-за травмы ахилла, хотя и признает, что с игроком у него был разговор по тактике.

"Да, у нас был с ним неприятный разговор после товарищеского матча с Францией. Один на один, за автобусом. Он немного вспылил, я был максимально спокоен. Потом мы с ним действительно не контактировали, но в этом не было необходимости. Я готовился его вызывать, он был во всех списках. В мае мне звонит доктор и говорит: у Жиркова ахилл, он не может. Уже после чемпионского матча в Казани я перезваниваю Жиркову: "Юра, через два часа мы публикуем список тех, кто едет на Евро. Ты — в списке". "Викторыч, пожалуйста, меня не вызывайте. У меня реально болит ахилл, помочь я не смогу".

"За выступление на Евро нам очень стыдно. Но меня удивляет ситуация, когда мы говорим о каких-то оценках, о надеждах, о, важное слово, ожиданиях. Я понимаю, когда есть серьезные надежды у сборной Англии. Которая в 10 отборочных матчах одерживает 10 побед. Которая в товарищеском матче — я был на "Уэмбли" — отвозила Португалию; да, счет только 1:0, но там было в одну кассу. У которой наконец-то выросло поколение, где футболисты — суперключевые игроки топ-клубов, где широчайший выбор людей. Надежды англичан небезосновательны. И когда они проигрывают в 1/8 финала, общая реакция — блин, могли намного лучше — логична.

Россия, когда стала Россией, принимала участие в отборочных турнирах 15 форумов. На 10 из них мы попали, на 5 — нет. Когда попали, только один раз вышли из группы, то есть от 15 это 6,5 процентов. Хотеть, желать, стремиться при такой статистике — правильно. Но рассчитывать?", — задается вопросом тренер.

Как принималось решение о смене состава на матч против Уэльса

По словам Слуцкого, решение принималось очень тяжело.

"Я все понимал: те варианты, которые мы выбрали на матчи против Словакии и Англии, были, наверное, оптимальными. Мы играли достаточно строго, у нас не было особых провалов — если не считать индивидуальную ошибку, когда Словакия забивала первый гол. Но…

Давайте вопрос вам. Вы видите, что на матч с Уэльсом выходит такой же состав, как и на первые две игры. Матч с Уэльсом заканчивается со счетом 0:0. Мы набираем два очка и занимаем четвертое место в группе.

Я понимал риск, понимал, к чему может привести такая игровая модель — хотя и не до такой степени. Я надеялся: свежие игроки в атаку, Уэльс будет обороняться. У них пять защитников, у нас Комбаров вместо Щенникова, он будет подавать и подавать, у нас — тройка нападающих, под ними — креативная тройка полузащитников…

Я понимал, что возможны различные варианты того, чем это обернется, но надо было пробовать. Если бы к Уэльсу мы готовили тот же состав, что и на первые матчи, я не знаю, как команда вела бы себя внутри. Ты можешь поставить любой состав, ты тренер, никто тебе и слова не скажет. Но тогда многие процессы нарушаются — и все, ты вряд ли сможешь усилить игру теми людьми, которые вышли на второй тайм против Словакии и изменили игру. Не потому что они устроят демарш и не выйдут на поле — просто они не помогут ментально", — рассказал он.

Слуцкий сказал, что теми игроками, к кому у него было меньше всего претензий на Евро-2016, были Акинфеев, Василий Березуцкий, Игнашевич и Дзюба. Также он назвал тех, кто мог бы играть в большом европейском клубе — это Акинфеев, Дзагоев, Шатов и Дзюба (при определенных обстоятельствах).

Почему во время матчей носит спортивный костюм

"Мне так удобнее. Не знаю, влияет это на имидж команды или нет, но я не посчитал нужным что-то менять и выходить из зоны комфорта в столь стрессовой ситуации. Возможно, неправильно. Но думаю, что внешний вид — это не основная составляющая успеха. Лагербеку (шведский тренер исландцев) спортивный костюм не помешал дойти с Исландией до четвертьфинала".

О поведении Широкова, Мамаева и Кокорина

"Такого не было", — ответил Слуцкий.

На вопрос, откуда у Мамаева появились швы на брови, тренер заметил: "давайте придерживаться классической версии — в тренажерном зале. Я могу разочаровать любителей жареного — избиений не было.

Журналист привел версию, что дрались Широков и Глушаков, Мамаев пошел их разнимать и по касательной получил по лицу.

"Чуть-чуть не так. Это не драка. Это бытовое повреждение, не связанное с проявлением недовольства, бунта или межличностного конфликта. Тупо бытовая неурядица", — ответил тренер.

Слуцкий сказал, что ему было стыдно, когда он узнал о вечеринке Кокорина и Мамаева в Монте-Карло.

"Во-первых, я тоже имею отношение к этим людям. Во-вторых, возвращаясь к началу интервью, за то, что не все могут сказать фразу: "Я алкоголик". Потому что если бы такая оценка была, не было бы поста в инстаграме и не было бы истории с клубом. Вы бы сильно удивились, если бы на этом видео увидели Акинфеева, Игнашевича или Березуцких? Я бы тоже удивился. Хотя они тоже ездили в отпуск, они не сидели дома.

У меня часто возникает ощущение: я не говорю людям какие-то вещи, потому что они банальные. Ты проиграл 0:3, 0 единоборств, 0 отборов — вроде же и говорить нечего. Но часто самые простые, самые лежащие на поверхности вещи людям все-таки надо произносить.

В-третьих, теперь вся страна думает, что все наши футболисты такие. Хотя на самом деле большая часть игроков сборной находилась в состоянии глубокой депрессии. Такое видео не отражает суть", — отметил Слуцкий.

"Расскажу на своем примере. Несколько дней назад мне вручали приз "Банка на Красных воротах". Приехало руководство банка, мы играли в футбол, с ними приехал один журналист — журналист уважаемый, который много лет в профессии. После игры мы стояли и в приватной беседе обсуждали какие-то текущие вещи. "Уезжает ли Муса?". "Велика вероятность, может быть, на следующей неделе будет информация". "А почему со сборной не вышло?". "Знаете, мне больше нравится другой формат".

На следующий день в одной из газет я читаю искаженную и дополненную версию нашего разговора в виде интервью, которого я не давал, и у меня волосы поднимаются дыбом. Моя первая реакция: звонить в клуб, давать опровержение.

Но потом я понимаю: это я м***. Моя профессия такова, что мне с незнакомыми или малознакомыми людьми вообще нельзя разговаривать. И виноват я. Если это видео появилось — неважно как и где снятое — виноваты вы. Потому что вы не должны были оказаться в такой ситуации, чтобы вас на видео сняли", — заявил Слуцкий.

Какие три вещи надо поменять в российском футболе?

Первое — убрал бы лимит на легионеров.

Второе — сделал бы потолок зарплат для российских футболистов. Два потолка: до 23 лет и старше 23 лет. Старше 23 лет — условно 1 млн евро в год. Хочешь получать больше — езжай в Англию, Испанию, Италию. В конкурентную среду, где у тебя нет паспорта, где надо работать каждый день, где на 40 процентов не прокатит, а только на 100. До 23 лет — зарплата еще ниже.

В ЦСКА я ни разу и ни с кем не разговаривал о своей заработной плате. Клуб мне всегда назначал ее сам, клуб сам, когда считал нужным, ее поднимал. Я ни разу даже не задавал про это вопросы. Тренер здесь находится в такой же ситуации, как и футболисты, если не в худшей.

Ну и третье — четко прописал бы траты клубов, которые находятся на государственном финансировании, на зарплату футболистов и на детский футбол. Прописал так, чтобы эти статьи расходов не отличались в тысячу раз друг от друга. Простой пример: в моем родном Волгограде даже в послевоенные годы проводился чемпионат города среди юношей. Всегда, даже после войны. 2016 год — первый, когда его не провели! Потому что не нашли на это полмиллиона рублей.

Евро-2016 — это серьезный удар, очень болезненный. Я постараюсь превратить это в положительный опыт, я сделал огромное количество выводов. Кто-то из футболистов после последнего матча сидел и говорил: "Блин, зачем вообще сюда приезжали?". Это неверный подход. Я все равно здесь был. Я вывел сборную на чемпионат Европы — это достижение. У меня были матчи как у тренера в финальной части чемпионата Европы — это не достижение, но это опыт", — сказал он.

"В футболе все очень просто: если ты выигрываешь, ты можешь работать хоть 28 часов в сутки. Когда мы обыграли шведов, это совпало с периодом, когда ЦСКА прошел два раунда в квалификации Лиги чемпионов. Я сейчас вспоминаю — это что-то немыслимое, как мы там отыгрывались. Частично это было связано и с моим новым импульсом, с куражом.

Когда проигрываешь, все иначе. Когда я возвращаюсь в клуб после товарищеского матча с Францией, это, конечно, мешало. И очень сложно совмещать, когда ты заканчиваешь невероятно эмоциональный клубный сезон.

Последний месяц чемпионата России я практически не спал: в последние 6 туров мы не имели права оступиться ни в одной игре. И когда ты приезжаешь в сборную уже через два дня, даже несмотря на новые, совершенно невероятные эмоции чемпионата Европы, это не может не сказаться. Все-таки люди не роботы.

Но это был форс-мажор. В первую очередь для руководства РФС, которое делало предложение об этой работе", — подвел итог Леонид Слуцкий.