Uz saturu

Менялы. Parex как российское "окно в Европу"

ФИЛИПС ЛАСТОВСКИС

В XVII веке Петр I "прорубил окно" в Европу. Следующие поколения не забыли о его стратегии. Для современной России Parex стал окном не только в Европу, но и в другие регионы мира: Азию, Океанию и множество других мест, где скрываются офшорные фирмы.

Шведский экономист Андерс Ослунд, сотрудник американского аналитического центра Atlantic Council, рассказал порталу Delfi о том, как крах банка Parex выглядел с противоположного берега Балтийского моря. Он полагает, что Латвии по-прежнему нужно сделать немало для того, чтобы страна больше не ассоциировалась с грязными деньгами из России и их отмыванием. Вице-президент Еврокомиссии Валдис Домбровскис, который во время краха Parex занимался "тушением пожара", сегодня уверен в том, что финансовой репутации Латвии был нанесен ущерб, но страна сумела показать себя с лучшей стороны.
  

Андерс Ослунд. Фото: LETA

"Да, Латвия сделала правильный выбор. Главная причина финансового кризиса во всех трех странах Балтии была в существенном сокращении ликвидности. Европейский Центральный банк мог бы достаточно легко разрешить этот кризис, выдав кредит в евро — с такой же легкостью, как это произошло с другими странами еврозоны, которые находились в значительно худшем фискальном положении. Например, Греция. Латвии нужно было существенно восстановить ликвидность, и в этом случае Международный валютный фонд и Евросоюз были единственными доступными резервами, где взять кредит. Именно МВФ в значительной мере определял правила игры и поддерживал спасение банка. Маловероятно, что у правительства Латвии был выбор", — вспоминает Ослунд. Поэтому, по его словам, дискуссия о том, была ли национализация банка правильным решением, не совсем корректна.

Он отмечает, что в значительной мере именно крах Parex и экономический кризис определили выбор Латвии в пользу присоединения к зоне евро. "Parex был национализирован за гроши. Латвийские власти поняли: для того, чтобы избежать угрозы такой же значительной потери ликвидности, стране нужно как можно скорее присоединиться к еврозоне. Для этого надо предотвратить девальвацию, и Латвия при помощи строгой фискальной политики этого добилась. В начале 1990-х, когда тяжелый финансовый кризис был в Швеции, наша страна действовала так же. Два ведущих банка обанкротились. Владельцы потеряли весь свой капитал, и государство национализировало остатки. Похоже на то, как Латвия действовала с Parex. Другое дело, что Швеции не потребовалась программа внешней помощи", — говорит Ослунд.

МЕНЯЛЫ

Ослунд полагает, что Parex, который работал под условным лозунгом начала 90-х "Мы работаем со всеми валютами и не задаем вопросов" символизировал проблемы латвийской банковской системы.

"В основе бизнеса банка была идея обеспечить поток денег из России в другие страны. И, поскольку деньги из России были не самыми чистыми, банк, у которого был хороший потенциал, ассоциировался с отмыванием. Из-за политики США отмывание денег стало заметной проблемой в 2001 году, и в это время репутация латвийских банков заметно ухудшилась. Я надеялся на то, что крах Parex очистит систему, но эта надежда оказалась ложной", — вспоминает Ослунд.

Почему ложной? Все внимание было направлено на то, чтобы ужесточить фискальную политику. Поскольку силы были сфокусированы на одном направлении, мощности для борьбы с отмыванием денег не хватило, считает аналитик. "На самом деле после краха Parex бизнес продолжался. Ту же модель использовали другие банки", — добавляет Ослунд.

Роль России в крахе Parex экономист оценивает так: "Не могу утверждать, что у России как страны было большое влияние. Но все маленькие страны по соседству с Россией находятся в зоне крайне высокого риска — такого, на который может влиять большой поток денег из России. Самая лучшая защита — это прозрачность. На втором месте — жесткая власть закона. На третьем — сильная демократия и свободные СМИ".

"Для того, чтобы очистить банки, в период с 2014 по 2016 годы Латвия сделала очень много. Существенно изменилось законодательство, власть закона укрепилась. Но похоже, что этого было недостаточно. Сейчас у меня ощущение, что латвийские монетарные и банковские структуры недостаточно жестко контролировали платежи из сомнительных постсоветских стран, и цена, которую Латвия платит за обвинения в отмывании денег, точно выше, чем экономическая выгода. Я бы порекомендовал вести очень жесткую политику надзора. Намного более жесткую, чем я — сторонник глобализации — советовал бы раньше", — говорит Ослунд.

ИСЛАНДИЯ — 25, ЛАТВИЯ — 0

Газета Financial Times подсчитала, что в Исландии 25 банкриров за свою роль в финансовом кризисе получили реальные тюремные сроки. В Латвии это количество равно нулю. Ослунд предполагает, что латвийской судебной системе не хватает мускулов для того, чтобы довести такие дела до реальных наказаний.

"Айвара Лембергса судят за коррупцию с 2006 года. Но результатов нет. Очевидно, что латвийское государство слишком слабо, чтобы справиться с судебными делами такого масштаба", — говорит Ослунд.

Неудивительно, что задержанных такого уровня просто нет. Я помню, как бывшие акционеры Parex почти купили большинство голосов Сейма в 2010 и 2011 годах. В тот момент они пытались убрать министра экономики, чтобы сохранить большую часть акций банка (летом 2010 года в Сейме прошло голосование по поводу выражения доверия министру экономики Артису Кампарсу. Политик голосование выдержал. Среди причин, по которым этот вопрос был вынесен на голосование, упоминали и дело Parex — ред.). Это выглядело совсем не хорошо. Глядя с моих позиций, латвийским правоохранительным органам и политикам нужно стать чище".

Вместе с премьер-министром Латвии Валдисом Домбровскисом Ослунд в 2011 году написал книгу "How Latvia Came Through The Financial Crisis". В ней экономист ожидаемо поддерживает режим экономии, который ввел Домбровскис. С тех пор Ослунд не изменил своей позиции. То, как Латвии удалось стабилизировать свою экономику, он называет великолепным достижением. Десять лет назад Ослунд был, возможно, самым известным экономистом, хвалившим то, как Латвия преодолела финансовый кризис. На другой стороне фронта неожиданно оказался лауреат Нобелевской премии Пол Кругман. Продолжает ли он пророчить Латвии статус следующей Аргентины и обещать девальвацию валюты? На вопросы Delfi Кругман предпочел не отвечать.


СОСЕДЕЙ НЕ КОСНУЛОСЬ

Симонас Крепшта. Фото: Delfi.lt

Директор департамента финансовой стабильности Банка Литвы Симонас Крепшта:

"В то время, когда рухнул Parex, литовская экономика пострадала от последствий мирового финансового кризиса и несбалансированных экономических решений. Поэтому очень трудно сказать, повлиял ли конкретный случай Parex на литовскую экономику. Как бы то ни было, учитывая то, что Parex занимал крайне небольшую часть финансовой системы Литвы того времени, а также то, что латвийские власти обеспечили работу банка, маловероятно, что в долгосрочной перспективе это оказало какой-либо заметный эффект на стабильность финансовой системы Литвы".


ДОМБРОВСКИС: РЕПУТАЦИЮ СОЗДАЕТ И ОЭСР

Валдис Домбровскис и Ивар Годманис в 2009 году. Фото: LETA

Валдис Домбровскис, который в 2009 году перенял пост премьер-министра Латвии у Ивара Годманиса, стал практически символом преодоления кризиса — как в позитивном, так и в негативном смысле. Десять лет спустя он получил один из самых престижных постов в Еврокомиссии: стал заместителем председателя ЕК по вопросам евро и социального диалога.

Вспоминая события того времени, Домбровскис в разговоре с Delfi заявил, что Parex был системообразующим банком, и с этих позиций решение спасать его было концептуально верным. В противоположном случае, крах банка оказал бы большое влияние на другие банки и экономику Латвии в целом.

"Вопрос в том, насколько точно оценивались условия спасения банка, чтобы это не превратилось в спасение его акционеров, — говорит он.

"Нужно отметить, что при перенятии банка произошла непонятная заминка с определением ограничений, и уже после перенятия из банка ушли значительные суммы денег. В итоге правительство Латвии было вынуждено вложить в спасение Parex более миллиарда латов", — вспоминает экс-премьер Латвии.

"Самый главный вызов был в том, чтобы преодолеть кризис: перенять у правительства Ивара Годманиса начатую в декабре 2008 года международную программу по кредитованию на сумму 7,5 млрд евро. Договоренность с международными кредиторами предполагала, что общий дефицит бюджета в 2009 году не должен был превышать 5% от ВВП, в 2010-м году — тоже 5%, в 2011-м — 3%. В начале 2009 года стало ясно, что экономическая ситуация стремительно ухудшалась, и изначальные обязательства перед кредиторами выполнить будет трудно. К экономическому кризису добавился политический. В качестве главного вызова в первой половине 2009 года я вспоминаю принятие фискальных решений. Нужно было договориться о продолжении программы международного кредитования, чтобы государство могло финансировать выполнение своих функций. В то же время, надо было договориться в кредиторами об увеличении допустимого дефицита бюджета, стабилизировать экономику и решать социальные проблемы, связанные, в основном, с быстрым ростом безработицы", — говорит Домбровскис.

Он вспоминает, как по итогам переговоров удалось увеличить допустимый дефицит бюджета (в 2009 году — до 10% от ВВП): "И все же для того, чтобы уложиться в рамки этого дефицита, в 2009 году были нужны меры фискальной консолидации в размере 500 млн латов. Из-за многих непопулярных решений, которых требовала такая консолидация, переговоры о поправках к бюджету на 2009 год были крайне сложными. Договоренность была достигнута 11 июня 2009 года после долгих переговоров, в которых участвовали президент Валдис Затлерс, представители партий, социальные партнеры и представители негосударственного сектора".

"Если говорить о Parex, то в марте 2009 года, когда я начал исполнять обязанности премьера, правительство под руководством Годманиса уже приняло решение о перенятии банка. Нужно было обеспечить его жизнеспособность, и шла работа над привлечением новых акционеров. Привлечение Европейского банка реконструкции и развития помогла стабилизировать банк и постепенно вернуть доверие клиентов", — говорит Домбровскис.

В отличие от Ослунда и многих других экономистов, Домбровскис призывает взглянуть на репутацию финансовой системы Латвии с позитивной точки зрения.

"Проблемы Parex существенно усилили влияние глобального финансового и экономического кризиса в Латвии. Они стали прямой причиной, по которой Латвия была вынуждена обращаться за международной помощью. Однако репутацию финансовой системы Латвии формирует и то, как мы преодолели кризис, насколько быстро сумели вернуться на международные финансовые рынки, а затем вступить в еврозону и ОЭСР. Можно сказать, что влияние кризиса Parex на репутацию Латвии на финансовых рынках осталось в прошлом. Как известно, сейчас Латвия сталкивается с новыми проблемами в финансовом секторе", — говорит Домбровскис.


КАК ЭТО БЫЛО КОНЕЦ 2008 ГОДА: "МЫ В АДУ"

22 октября

Правление Parex banka обращается в Министерство финансов и просит Госкассу разместить в банке депозит на сумму 300 млн евро сроком на год. Министерство эту просьбу отвергает.

3-4 ноября

Правительство проводит два секретных совещания по поводу оказания помощи Parex banka.

8 ноября

Премьер Ивар Годманис говорит журналистам, что из латвийских банков утекает капитал. По его словам, правительство должно сделать все для того, чтобы не допустить еще более серьезных проблем. В 21.50 на чрезвычайном заседании правительство принимает решение: для того, чтобы обеспечить стабильность финансовой системы, госбанк Latvijas Hipotēku un zemes banka (Нipotēku banka) перенимает контроль над Parex banka, приобретая 51% акций. Несколько министров того правительства позже будут вспоминать, что во время заседания премьер Ивар Годманис неоднократно произнес: "Мы в аду!"

9 ноября

Официально подтверждено: за короткий срок из Parex "утекли" вклады на 100 млн латов. Госкасса вкладывает на депозит в Parex 200 млн латов. Срок — год, ставка — 20,27%. На эти средства банк покупает у Госкассы государственные долговые облигации со сроком погашения в один год. На тот момент процентная ставка для облигаций на рынке составляет 9,52% в год. Имущество Каргина и Красовицкого будет заложено, сообщает председатель правления Hipotēku banka Инесис Фейферис. Имущество стало обеспечением для сделки, в рамках которой в Parex banka закачивают как минимум 200 млн латов.

10 ноября

В 21:05 министр финансов Атис Слактерис, Фейферис, Каргин и Красовицкий подписывают договор о передаче акций Parex в собственность Hipotēku banka. За 51% акций Каргин и Красовицкий получают по 1 лату каждый.

11 ноября

Международное рейтинговое агентство Fitch снижает кредитный рейтинг Латвии до самого низкого и предупреждает, что Латвию ждет "тяжелый финансовый и экономический кризис".

14 ноября

Комиссия по рынку финансов и капитала (FKTK) сообщает, что в октябре со счетов в латвийских банках были "утекли" вклады в размере 461 млн латов.

20 ноября

Латвия начинает официальные консультации с МВФ и Еврокомиссией по поводу возможностей взять кредит для обеспечения стабильности финансовой системы.

25 ноября

Усиливаются слухи о девальвации лата. Банк Латвии предупреждает: девальвация лата существенно увеличит нагрузку на получателей кредитов. На тот момент около 80% выданных латвийским домохозяйствам кредитов были выданы в евро.

28 ноября

Parex сообщает, что урезает расходы на 20%. Начинаются увольнения работников.

1 декабря

Из-за утечки вкладов на Parex накладываются ограничения по выполнению обязательств. Ограничены дебетные операции.

3 декабря

Ситуация ухудшается. Правительство принимает решение перенять 84,83% акций Parex banka, добавив к своему пакету 34%, которые принадлежали Каргину и Красовицкому. С конца сентября со счетов в Parex "уплыло" около 500 млн латов, сообщает FKTK.

4 декабря

Правительство предлагает урезание госбюджета на 2009 год на 600 млн латов.

5 декабря

Новым председателем правления Parex становится бывший глава Lattelecom Нил Мелнгайлис.

8 декабря

В Parex вложены очередные 50 млн латов. В целом к этому моменту Госкасса вложила в банк уже 406 526 270 латов.

15 декабря

Ситуация продолжает ухудшаться. Для обеспечения ликвидности Госкасса вкладывает в Parex еще 30 млн евро.

18 декабря

Сейм принимает закон о перенятии банков. Он определяет условия и порядок этой процедуры. В Parex вложены еще 43,4 млн латов. Общая сумма вложения Госкассы в банк достигает почти 500 млн латов.

20 декабря

Прекращает свое существование лидер латвийского баскетбола — клуб ASK Rīga. Одним из главных его спонсоров был Parex banka.

23 декабря

Государство размещает в Parex banka еще около 287 млн евро, которые предназначны для покупки деноминированных государственных ценных бумаг.

29 декабря

Министерство финансов сообщает, что в обеспечение стабильности Parex вложено уже 673,915 млн латов.

DELFI использует cookie-файлы. Если вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете DELFI разрешение на сбор и хранение cookie-файлов на вашем устройстве.