Как объединить наказание с ресоциализацией, или можно ли выбить из бьющего битье битьем?
Foto: Publicitātes foto

Говоря о человеческой психологии, мотивации преступления, ресоциализации, как добиться того, чтобы у нас вообще не было преступников? Об этом мы говорим с Артуром Утинансом, доцентом кафедры психосоматической медицины и психотерапии Рижского университета имени Страдиня.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама

Начнем с совсем простого, но в то же время довольно сложного вопроса. Почему человек может совершать и совершает тяжкие преступления?

Вкратце ответ может звучать так: "Почему нет?" Если точнее, то, по мнению науки, человек — это продукт природы, а не созданный богом идеал, человек развивался по законам эволюции. Наши ближайшие сородичи — обезьяны — дерутся, убивают, обманывают, воруют, но и помогают друг другу. Животным также свойственен альтруизм, у них наблюдаются даже признаки эмпатии. В то же время им присущ эгоизм, нарциссизм и забота исключительно о себе. Мы, люди, получили все эти свойства в наследство. Поэтому мы можем сделать вывод, что совершить преступление — это просто естественно.

Люди путают законы природы и морали

Законы морали, например о справедливости, взаимопомощи, сотрудничестве, во Вселенной нигде не прописаны. Мораль — это просто алгоритм, или программа в человеческом мозгу, к тому же у каждого человека она индивидуальна. Мораль неоднородна, она включает в себя также лояльность вожаку толпы, в том числе криминальному авторитету. В морали также присутствует характерное для всех разделение. А именно, между людьми своей и чужой группы, точно так же, как это наблюдается у обезьян, волков, муравьев и т. п., регулярно возникают конфликтные ситуации.

Поэтому люди совершают преступления. Люди — разные, и у каждого есть свое выраженное качество. У кого-то это эгоизм и корысть, для других же больше характерны сотрудничество, взаимодействие, поясняет Артур Утинанс.

Что такое, на Ваш взгляд, идеальная ресоциализация?

Она еще не изобретена. Если под идеальной ресоциализацией мы понимаем то, что абсолютно все индивиды, преступившие закон, вернувшись в общество после ресоциализации, готовы сотрудничать, соблюдать принципы справедливости и законы, то такой ресоциализации не существует.

Есть несколько программ, одна из которых — лишение свободы, и она также относится к программам ресоциализации. Одна из фрустраций для человека — это как раз ограничение свободы. Иван Петрович Павлов однажды разработал теорию рефлексов, которая включала в себя также "рефлекс свободы". У всех животных и людей есть такой рефлекс, или инстинкт свободы. Если мы ограничиваем этот инстинкт, то это становится неприятным опытом. Люди в основном учатся на негативных эмоциях и ощущениях. Так учится наш мозг. Например, родители объясняют ребенку, что не нужно дотрагиваться до чайника, так как он горячий и будет больно, но ребенок не понимает, что такое горячо и что такое боль, так как он этого еще не испытал. Ребенок один раз прикасается к чайнику, обжигается, и теперь готов жить дальше без родительских объяснений, так как урок с горячим чайником он уже усвоил.

Так вот, условия заключения мы также можем сравнить с горячим чайником. Большинство из тех, кто столкнулся с этим и побывал в тюрьме, туда больше не возвращаются и стараются делать все для того, чтобы не вернуться, и никакая другая программа ресоциализации им не требуется.

Также есть те, кто провел в тюрьме больше времени и утратил различные навыки — и профессиональные, и социальные, например, навыки общения с людьми. Если человек провел 15 лет в местах лишения свободы, то это значит, что утрачено почти все. Все, о чем может говорить и рассказать этот человек, это тюремные будни, это может показаться интересным, но только в первое время. Эти люди не понимают, как общаться, как просить помощи, как и где искать работу. Без работы человек рано или поздно встанет на антисоциальный путь, возможно, совершит преступление и вернется в место лишения свободы. Таким образом, мы должны уметь помочь этим людям советом, предоставить информацию, помочь найти работу и т. п.

Третий тип ресоциализации — это изменение мышления, т. е. психотерапевтическая реабилитация, которую сейчас старается проводить служба пробации.

Человек попадает на этот путь из-за различных ошибок мышления. Одна из них, которую мне нравиться подчеркивать, это ошибка синдрома "Неуловимого Джо", когда человек уверен, что настолько умен, что его никогда не поймают. Классический пример — это совершившие половые преступления, которые думают, что полиция не настолько умна, но оказывается — они ошибаются. Тогда он понимает, что попался и полиция будет следить за каждым его движением, но вот в интернете у него полная свобода и он может, сколько захочет, посещать запрещенные сайты, после посещения которых его, разумеется, ловят и наказание становится еще более строгим. Если раньше ему грозило условное наказание, то теперь это будет реальный длительный срок. Это классическая ошибка мышления, требующая длительной реабилитационной работы.

Это значит, что человек должен научиться контролировать свои импульсы, а также развивать такие когнитивные процессы, как прогнозирование. Проблемы с прогнозированием существуют также у людей с зависимостью от алкоголя, наркотиков и азартных игр. У них больше нет ни чувства стыда, ни чувства тревоги. Проблема в том, что они прогнозируют только выгоду. Если сравнить их с нами, то, хотя этот человек и потерял 10 тысяч, у него в мозгу выделяется допамин — вещество, заставляющее прогнозировать выгоды. У нас же уже после потери 20 евро включается тревога и выделятся такое вещество, как кортизол, которое отвечает за прогнозирование неприятностей.

Это различия в мышлении, или ошибки, которые этот человек должен исправить, а это требует огромной работы.

Эту статью мы озаглавили "Можно ли выбить из бьющего битье битьем?". Как бы Вы прокомментировали этот тезис?

Если вы только не отобьете ему молотком обе руки так, что он больше не сможет пускать в ход кулаки, то нет, нельзя. Чаще всего такие люди подвергаются насилию в детстве и именно из-за битья превращаются в бьющего.

Это может быть также связано с определенными генами. Имеются исследования о гене MAOA (моноаминооксидазе А). Если у ребенка есть этот ген, но родители воспитывают его нормально, то он никак не проявляется. Да, ребенок может быть более активным, стать спортсменом, например, боксером, но он не будет угрожать другим членам общества. Если же родители будут подвергать ребенка насилию, то у него активизируется эта часть гена и он станет насильником в физическом смысле.

Если у человека нет этого гена, то, даже подвергнувшись жестокому обращению, насильником он не станет. Скорее всего в жизни он будет страдать от депрессии и держаться подальше от любых конфликтов.

В рамках предыдущего проекта у меня состоялись беседы с заключенными, осужденными на пожизненный срок, и все как один утверждали, что в первые дни они просто сидели и обдумывали жизнь. За помощью, общением — ни за чем не обращались. И только через года три-четыре поняли, что им необходимо общение с другими, помощь, поддержка. Есть ли в психотерапии сроки и границы, после которых человека вообще начинает интересовать помощь?

Мужчины, которые агрессивны, живут в антисоциальной среде, дерутся, воруют, это мачо, которые считают тревогу, тоску и просьбу о помощи проявлением слабости. Так же как обращение к врачам, особенно психотерапевтам, так как считают себя совершенно здоровыми. В тюрьме они начинают думать о том, чего они достигли в жизни и что сделали другим. Часто у них начинается депрессия, и мышление мачо начинает отступать. Правда, чаще они обращаются к религии, так как в тюрьме есть капеллан и религия также говорит о жизни и совершенных грехах. Нередко они наблюдают за тем, что делают другие, и, если другие обращаются за помощью, то и они могут начать это делать.

Есть люди, которые совершают преступление спонтанно. Возможно, под воздействием алкоголя или в пылу ссоры. Есть люди, которые осознают проблему — желание и тягу к преступлению. Если человек, осознающий свою проблематику, обращается к психотерапевту, можно ли устранить потенциальное преступление?

Да, но, как я уже упомянул, не существует идеальных методов. В таких случаях нет никаких гарантий. Например, психотерапевтов регулярно посещают люди, которые думают о самоубийстве, но, к сожалению, иногда они совершают суицид.

Есть люди, которые находятся в местах лишения свободы. Выходят на свободу. Снова возвращаются. Это рецидив. Преступления — кражи, эпизоды, не связанные с насилием. Как говорится — не научились жизни. Однако есть люди с маниакальными наклонностями, назовем их людьми с диагнозом. Может ли ресоциализация вообще здесь что-то исправить?

Если мы говорим, например, о серийных убийцах, у которых, как правило, психопатический характер, то здесь большую роль играют гены. В этом случае люди слабо чувствуют или совсем не чувствуют негативные эмоции. Они могут не испытывать грусть, депрессию, тревогу или даже страх смерти. У них повышен болевой порог, поэтому родительский ремень не заставит их отказаться от неправильного поведения. У них также снижена способность к эмпатии — они не способны почувствовать себя в шкуре другого человека. У них не развились или не развиваются такие качества, как сочувствие, сопереживание. Не развито также чувство вины. Поэтому реабилитировать его очень трудно, иногда даже невозможно.

Некоторые психотерапевты утверждают, что таких людей невозможно лечить ни в группе, ни индивидуально, другие уже умеют установить контакт с такой асоциальной личностью, возможно, благодаря своей харизме, но часть психотерапевтов вообще не хотят работать с такими индивидами, так как их боятся и поэтому не могут им никак помочь.

Я бы сказал, что скорее да, чем нет.

С ними нельзя работать с юношеского возраста до примерно 40 лет. Только после 40 лет снижается уровень тестостерона в крови, а вместе с ним — агрессия и сексуальность. В жизни уже получено достаточно травм, и, как говорится, уже хватит отстреливаться от полицейских и пора начинать жить более спокойной жизнью. Может стоит поработать, но и здесь нужно смотреть очень индивидуально.

Большая часть преступников становится таковыми еще в детстве. Из-за родителей, окружающей среды. В идеальном мире — что нужно делать для того, чтобы уже в самом корне решить эту проблему?

В идеальном мире — это идеальные, здоровые отношения между родителями и детьми.

Что это значит? Это чрезвычайно высокие требования, а именно, родители должны уделять ребенку очень много времени. С ним нужно заниматься. У ребенка должен быть кто-то, с кем он себя идентифицирует, у кого он учится жить правильно, учится, как получать положительные эмоции приемлемым для общества способом.

В том, насколько сильно родители влияют на эмоции ребенка, можно убедиться в ходе "Эксперимента с застывшим лицом".

Мать общается со своим ребенком, ребенок реагирует, играет, радуется. Затем мать на 2 минуты "замораживает" своим эмоции и не обращает на ребенка никакого внимания. Ребенок это моментально чувствует и вначале старается напомнить о себе. Затем у ребенка начинается тревога, беспокойство, он начинает дрыгать ножками и плакать. Эксперимент длится всего 2 минуты.

Теперь представьте, что у родителей такое выражение лица сохраняется месяцами, а может быть годами. По разным причинам — возможно, у родителей депрессия, возможно, они все время агрессивны по отношению друг к другу, возможно, они алкоголики. Все это формирует и меняет структуру мозга у ребенка. Общение влияет на структуру мозга. Оно может активизировать одни гены и деактивировать другие. Особенности характера формируются из общения ребенка с родителями.

Delfi в Телеграме: Свежие новости Латвии для тех, у кого мало времени
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form