Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: Pēteris Vīksna no Dvēseļu putenis filmēšanas

Бывший рижанин, ныне живущий в США режиссер и педагог Борис Фрумин выступил соавтором сценария киносаги про латышских стрелков "Души в снежном вихре" (Dvēseļu putenis). Премьера этого фильма в Риге намечена на 8 ноября. Другой кинопроект Фрумина, связанный с Латвией, был снят 44 года назад - фильм "Семейная мелодрама" с Людмилой Гурченко и будущим банкиром Валерием Каргиным в главных ролях. В интервью Delfi Фрумин объяснил, чем важны фильмы про латышских стрелков — белых, красных и красно-бело-красных.

"Вот увидишь, я сниму только правду, и это будет замечательный фильм" - говорил режиссер Борис Фрумин писателю Эдуарду Тополю, по сценарию которого собирался снять картину "Ошибки юности" (в ней поднималась тема "дедовщины" в советской армии). Этот разговор состоялся в 1977 году.

"В таком случае, зачем нам терять год жизни? — ответил Эдуард Тополь. — Давай сейчас пойдем и подадим документы на эмиграцию". Фрумин все же фильм снял, но публика его увидела лишь десять лет спустя, когда в СССР началась перестройка. К тому времени, и Тополь, и Фрумин уже давно и прочно осели в США. Думали, дверь за ними захлопнулась окончательно. Но судьба рассудила по-своему...

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: LETA

Советская закалка: от цензуры до цензуры

Родители Бориса Фрумина приехали в Ригу в 1945 году. Отец работал редактором кинохроники на Рижской киностудии, где позже начал свой кинопуть Борис - дольщиком в цехе съемочной техники, ассистентом оператора. Во ВГИК Фрумин попал в мастерскую легендарного Сергея Герасимова.

Практику проходил на съемках фильма "Король Лир" другого патриарха советского кино Григория Козинцева. Первая самостоятельная режиссерская работа Фрумина "Дневник директора школы" про "заигравшегося в либерализм" педагога с трудом получила поддержку в Госкино СССР, зато получила положительные отзывы критиков, и ее посмотрело 10 миллионов зрителей.

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: Kadrs no filmas

Будущий президент Parex Bank в фильме Бориса Фрумина "Семейная мелодрама".

Сценарий второй картины - "Семейная мелодрама" - "Ленфильм" отказался запускать в производство. "Тогда не было принято снимать кино о неудавшейся жизни, о сложных отношениях матери с сыном-подростком", - пояснил Фрумин. По счастью, Рижская киностудия оказалась не столь категорична — там проект поддержали.

Фрумин сам подбирал актеров: "Валеру (Каргина) я сразу выделил среди учеников 40-й школы — живой подросток, независимый, непредсказуемый". В Госкино картину Фрумина защищал его мастер Сергей Герасимов, с чьим авторитетом чиновникам поспорить было трудно. И все же прокат разрешили в очень ограниченном количестве кинотеатров.

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: Kadrs no filmas

На третьем фильме - "Ошибки юности" по сценарию Эдуарда Тополя - "везение" закончилось. Снимать то, что хочется видеть чиновникам Фрумин категорически не умел. Фильм отправился "на полку", а режиссер — за рубеж. Лишь через десять лет в 1988 году он получил предложение от "Ленфильма", где тогда царили Алексей Герман и Игорь Масленников, восстановить "Ошибки юности" и продолжить работу на студии. К тому моменту Фрумин уже успешно укоренился в Нью-Йорке — преподавал в одной из лучших киношкол Америки.

Покорить Америку, не зная английского

- Как вам удалось так быстро вписаться в Америку и работать фактически по профессии?

- Это было непросто. В школе я учил немецкий - английским занялся "по карточкам", уже собираясь в эмиграцию. В Нью-Йорк прибыл с семьей, практически без языка. Там пошел на курсы, где в одной комнате сидели 40-50 взрослых эмигрантов - толку от такой учебы было мало. Мне надо было срочно искать работу, чтобы содержать семью. Помню, я пришел в банк, где висело объявление "требуются кассиры", но мне сказали: у вас в резюме написано, что вы — кинорежиссер, какой из вас кассир?

На первом интервью в Нью-Йоркском технологическом институте, где требовался кино-педагог на факультете Сommunication Arts, я почти не понимал, о чем со мной говорят. Мне повезло, что киноведение там преподавал человек, на которого произвело большое впечатление, что я работал практикантом у Козинцева на съемках "Короля Лира". Меня взяли на работу. Двухчасовые занятия с группой англоязычных студентов давались неимоверными усилиями. Я решил сделать свой курс практическим — снимать упражнения на восьмимиллиметровой пленке: показывать проще, чем говорить.

Когда освоился с английским, увидел в New York Times объявление о вакансии в New York University (любая вакансия, даже если кандидаты уже есть, должна быть объявлена). Долго не раздумывал — ведь это одна из лучших киношкол в США. В то время профессионалов с производственным опытом в киношколах почти не было, а я к тому времени снял три полнометражных картины. Правда, в Америке их никто не видел, у меня не было возможности вывезти из СССР копии своих фильмов. Меня спрашивали, почему вы не работаете по профессии? Мне трудно было им это объяснить.

- Кому вы там преподавали?

- Многие мои бывшие студенты сегодня успешны в американском кино. Скажем, Кэри Фукунага заканчивает нового Бонда. Первые серии нового хита HBO Watchmen (Хранители) снимали Николь Кассель и Андрий Парех. Кирилл Михановский снял фильм "Гив ми Либерти", презентовал его в этом году в Каннах (и в Риге - прим. Ред.). Дебра Граник номинировалась на "Оскар"… Вспомнить всех за более, чем 30 лет работы трудно.

- У вас самого снять кино в Америке не получилось. Почему?

- Когда я эмигрировал у меня не было имени на Западе. Никто сценарии не предлагал, а мои сценарии не нашли поддержки. Зато статус пожизненного профессора в Нью-Йоркском университете давал возможность брать творческий отпуск и снимать в России — сперва на студии "Ленфильм", потом в Москве (в период с 1991 по 2007 год Фрумин снял четыре картины, - прим. ред.). Но и там все складывалось непросто.

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: no "Nelegala" filmēšanas laukuma

На картине "Нелегал" (про войну спецслужб в 70-х годах, с Алексеем Серебряковым в главной роли, - прим. Ред.) начались разногласия с продюсерами — их удалось преодолеть. А вот на следующей картине "Преступление и погода" (с юным Данилой Козловским, - прим.ред.) конфликт дошел до того, что продюсеры забрали отснятый материал, перемонтировали фильм с людьми, которых я не знаю, и выпустили под моим именем — такая безобразная цензурная история современного образца.

После этого в Россию я долго не ездил. Лишь три года назад по приглашению грузинского режиссера Резо Гигинеишвили взялся писать сценарий к фильму "Заложники" - о том как в 80-х грузины угоняли советский самолет. Фильм был показан на Берлинском фестивале… В целом, с учетом того, что происходит в России, я считаю неправильным туда ездить.

- К Латвии, как я поняла, это не относится?

- Рига — родной город, очень для меня важный. Мое профессиональное возвращение в Ригу произошло благодаря приглашению документалиста Ансиса Эпнерса - после чего я регулярно приезжал, читал лекции и семинары для молодых режиссеров. Лет десять назад пытался запустить свой проект - экранизацию книги Евгении Гинзбург "Крутой маршрут". Нам с продюсером Гунтисом Тректерисом удалось заручиться финансированием в Москве, но этого было недостаточно, а в Риге денег не нашлось.

(Английская экранизация "Крутого маршрута" с Эмили Уотсон в главной роли называется "Внутри вихря" (Within the Whirlwind — под таким названием книга вышла на Западе.)

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: Maksis Kotovičs

"Души в снежном вихре" - это латышский "Тихий Дон"


- Как получилось, что именно к вам обратился Дзинтарс Дрейбергс за сценарием фильма "Души в снежном вихре" ("Dvēseļu putenis")?

- Дзинтарс был моим студентом в Baltic Film and Media school – программе Таллинского университета. Туда поступали люди с высшим образованием, чтобы за два года пройти киношколу. Это было похоже на то, чем я занимался в Нью-Йорке. Книжку Dvēseļu putenis несколько раз неудачно пытались экранизировать. Дзинтарс прислал написанный кем-то сценарий, плохой. Я сразу сказал, что с таким запускаться нельзя - мы начали работать.

- Для подавляющего большинства русскоязычных Латвии Александр Грин — это "Алые паруса" и "Бегущая по волнам". Про то, что есть латышский Александрс Гринс, в лучшем случае, что-то слышали. Сами вы давно знакомы с этим автором и этой книгой?

- Латышского писателя Александрса Гринса я не знал, книжку не читал. Перевода Dvēseļu putenis на русский или английский нет.

- Как же вы работали?

- Дзинтарс законспектировал для меня роман по главам. И я выбирал, что можно использовать в сценарии. Здесь важны действие и ситуации, в меньшей степени "объясняющий" диалог. Я просил Дзинтарса не упускать детали — именно они делают фильм. Так мы и шли вперед.

Мне понятно, почему для Латвии "Dvēseļu putenis" имеет большое значение — по сути, это латышский "Тихий Дон": человек проходит войну, через сложный запутанный исторический период, жизнь его бросает из стороны в сторону, из белых в красные, из Латвии в Россию, из России в Латвию…

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: SanitaIevaSparane no Dvēselu putenis filmāšanas

Кадр из фильма "Души в снежном вихре" - Артур и Марта.

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: Kadrs no filmas

Кадр из фильма "Долгая дорога в дюнах" - Артур и Марта.

- Мне этот фильм скорей напомнил про латвийскую киносагу о другом сложном историческом периоде - с конца 30-х по 70-е. В "Долгой дороге в дюнах" главных героев тоже зовут Артур и Марта. Не параллель ли это со "снежными вихрями"?

- Не могу комментировать — не знаю. В 40-е годы уходит судьба самого писателя Александрса Гринса, который служил в царской армии, был стрелком в Советской России, вернулся в Латвию, стал латвийским офицером, а в 1941 году был арестован в Риге и расстрелян в Астрахани. Когда в 30-х годах он писал книгу "Души в снежном вихре" (отчасти автобиографическую), он не мог предположить, как трагически оборвется его собственная жизнь. Роман силен именно благодаря тому, что за ним стоит личный опыт.

Во время работы над сценарием я все время обращался и к выдающейся книге английского писателя Роберта Грейвса, которая называется "С этим покончено" ("Good bye to all that"). Автобиографическая книга человека, покалеченного страшной войной. Он описывает применение отравляющих газов — там есть ужасающие описания их действия. Мы сознательно включили газовую атаку в наш фильм.

Я просил Дзинтарса внимательно посмотреть фильмы про Первую Мировую. В частности, "Большой парад" Кинга Видора (The Big Parade, 1925) и "Окраина" Бориса Барнета (1933). Кроме того, в Латвии издана замечательная книга о латышских стрелках, где собран богатейший документальный фотоматериал — он дает серьезное представление о лицах, деталях одежды, о быте стрелков. Мы консультировались со специалистами…

- Дзинтарс рассказал, что к работе привлекли аж восемь историков!

- Дзинтарс сделал всё возможное. Получилось правдивое кино о войне. Патриотизм в этой картине играет особую роль. В начале Первой мировой войны - в Латвии и повсюду в Европе патриотизм был очень силен. Латышский батальон - это было первое регулярное военное подразделение, созданное по национальному признаку в царской армии. Репутация латышей, как солдат, была очень высока. В своей депеше командующий Северо-Западным фронтом генерал Николай Рузский очень положительно отзывался о латышских стрелках.

Для латышей тот факт, что они вместе, плечом к плечу сражались и умирали, сыграл важную роль. Фильм очень скромен по бюджету (2 105 295 евро, 63 процента от которых покрыло государство, - прим. ред.). Обычно на такие "батальные" проекты тратится гораздо больше денег. Это самоотверженная работа людей (в том числе огромного количества волонтеров), которые во время съёмок проводили часы и дни в снегу и в болотах.

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: Ivars Trautmanis

- Как оцениваете выбор на главную роль непрофессионального актера?

- По-моему, Ото Брантевицс замечателен — он держит на себе весь фильм. С ним не устаешь, на экране — он честен. "Души в снежном вихре" - это история молодых людей, почти мальчишек, которые идут умирать. И очень хороша исполнительница роли Марты — Грета Трушиня. На мой взгляд, плохих актерских работ в фильме нет. Сильны Вилис Даудзиньш, Гатис Гага, Мартиньш Вилсонс… Очень хорошая операторская работа Валдиса Целминьша, который до этого работал, как документалист.

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: Jānis Konons

Вилис Даудзиньш в роли красного латышского стрелка.

Фильм про красных стрелков — тоже очень нужен!

- Конечно, говоря о стрелках, трудно не вспомнить о красных стрелках, которые охраняли Ленина и были "мотором" ЧК.

- Агитация социал-демократов в рядах латышских стрелков царской армии была очень сильной. По призыву Ленина, латышские стрелки сознательно ушли в Россию, потом с Иоакимом Вациетисом вернулась в Латвию, потом снова ушли в Россию. Часть из них осталась воевать на родине, где в тот момент сложилась конфликтная ситуация у Карлиса Улманиса с Андриевом Ниедре. Время требовало жестко выбирать, с кем ты…

Эти люди искренне верили в идеи, за которые они сражались. Приток латышей в ряды красных стрелков Вацетиса шел и за счет латышей, которые оказались в России и в результате Первой Мировой — туда был эвакуирована большая часть индустриальной Риги. Очень сложная история.

Нельзя забывать, что благодаря большевистской революции в России, Латвия стала независимой — именно Ленин признал то, о чем латыши мечтали и за что отдавали жизни. И среди красных стрелков было очень много достойных людей, которые отдали свои жизни за Латвию, при этом веря в коммунистические идеалы.

Многие латыши-идеалисты из красных стрелков погибли в советских лагерях. Они заслуживают того, чтобы о них сняли фильм. Не ругань, а понимание их пути. Это было множество трагедий. Выдающиеся латыши погибли: Алкснис, Эйхе, Вациетис, Берзинь и другие. Судьба того же Рудзутака. Аресты "националистов" в Москве, включая художника Густава Клуциса. В советское время снять такого рода фильм было нереально, а реально ли сегодня? Кто напишет такой сценарий? Такой книги, как у Гринса о латышских красных стрелках, нет.

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: Jānis Deinats

- Кстати, в Новом Рижском театре идет спектакль "Последняя елочка Ильича" с Вилисом Даудзиньшем (в Dvēseļu putenis он играет командира красных стрелков) в главной роли Ленина.

- В кино судьба латышских коммунистов не отражена. Я считаю, что это белое пятно.

Почему фильм Dvēseļu putenis важен не только для латышей

- Насколько для вас вся сложность исторических перипетий вокруг Латвии стала открытием? Знали ли вы об этом в советское время?

- Мне книжку Евгении Гинзбург о сталинских лагерях "Крутой маршрут" переводили с французского, когда я учился во ВГИКе — в СССР она не была издана. Советским людям не был знаком и великий писатель Варлам Шаламов…

Конечно, латыши знали об этой теме гораздо больше — это было скрытой трагедией народа. Мы знали, что люди были в Сибири, но всей правды не знали. Роланд Калниньш снял фильм "Камень и осколки" ("Es visu atceros, Ričard!", 1967 год) по сценарию Виктора Лоренца. Я в это время был ассистентом на студии, и помню, с каким трудом картина пробивалась на экран. Это был сдавленный, но очень смелый поступок, начало разговора о том, через что прошли латыши, которые ушли воевать с немцами. Для развернутого отражения этой темы в то время не было возможности.

Перестройка открыла поток информации про трагедии советского времени. Советская власть искалечила многие народы, не только латышский. Такого самоуничтожения не знала ни одна страна.

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: Kārlis Dambrāns, DELFI

- Отдельная благодарность вам и Дзинтарсу Дрейбергсу за очень достойный образ русской сестры милосердия, которая буквально материнским теплом готова отогреть раненого главного героя. И вообще, за то, что хоть речь идет о латышских стрелках, но русские в этой картине не стерты подчистую — то тут, то там слышна речь, все, как по-настоящему, а не в выдуманном мире, который в латвийском кино последних лет превалирует.

- Уверен, что этот фильм должны смотреть не только латыши. Для русской аудитории в Латвии важно понимать сложность латышского исторического пути. Фильм вызывает уважение к тем, кто живет рядом. Фильм снят с сочувствием к людям, которые прошли через жернова времени и остались людьми. Мы хорошо знаем, что тему войны и патриотизма можно эксплуатировать в политических целях. А можно с их помощью поддерживать в людях человеческое.

Должен заметить, то. что в современном латвийском кино почти не учитывается присутствие русского населения в Латвии — это большая ошибка. Эта ситуация не отражает жизнь в полном объеме. Фильм Дзинтарса Дрейбергса надо смотреть всем. Если он будет в Европе или Америке — за него не стыдно. Это сильное и современное латышское кино о Первой мировой войне. Его важно поддержать приходом в кинозал, потому что фильмы должны окупаться в прокате, а такие режиссеры, как Дрейбергс, должны получать возможность снимать следующий фильм.

Рижская кинолегенда из Америки. Борис Фрумин: Русским очень важно понять латышский "Тихий Дон"!
Foto: Raimonds Birkenfelds

- Каким вам из-за океана видится будущее Латвии, которая сегодня снова находится под влиянием снежных вихрей со всех сторон?

- Я недостаточно разбираюсь в современной политической ситуации в Латвии. Но очень хочу надеяться, что в Латвии есть серьезные и талантливые люди, которые честно трудятся. Сегодня очень непросто сопротивляться огромному потоку информации оттуда и отсюда. И тут важно, какое образование и воспитание получает молодое поколение в школе, семье, насколько ответственно ведут себя СМИ. Главное же — не "говорить", а честно работать.

Source

rus.DELFI.lv

Tags

Dvēseļu putenis Валерий Каргин Карлис Улманис премьера
Заметили ошибку?
Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter!

Comment Form