Гламурный инопланетянин и герцог-нацист: безумные альтер-эго Дэвида Боуи
Foto: Publicitātes foto

Сценические образы музыканта с собственными мирами, костюмами и ярким гримом были всегда узнаваемы, как и его музыка.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама

Андрогинный гуманоид, мрачный кумир подполья и космонавт, пристрастившийся к наркотикам, — о главных альтер-эго Боуи в годовщину его смерти рассказывает "Газета.Ru".

Инопланетянин Зигги Стардаст из альбома "The Rise and Fall of Ziggy Stardust and the Spiders from Mars" и фигура самого Дэвида Боуи стали практически неразделимы. В свое время некоторые фанаты верили, что Зигги — настоящее имя певца.

Боуи всегда тяготел к театральности на сцене — и хотел придумать нечто масштабное, неординарное и эксцентричное. На создание Стардаста артиста подтолкнул участник группы The Playboys Винс Тейлор, поверивший после нервного срыва в то, что он инопланетный бог.

Среди прочих на персонажа Зигги повлияли техасский музыкант Legendary Stardust Cowboy, "Заводной апельсин" Стэнли Кубрика и опередивший свое время японский дизайнер Кансай Ямамото. Последний черпал вдохновение в театре кабуки, вместе с Боуи они придумали смелые образы вне гендерной идентичности. Наибольшую известность получили наряды, созданные японцем для концертного тура Ziggy Stardust: виниловый костюм и трикотажный комбинезон на одно плечо.

Зигги прилетел на Землю в качестве посланника, чтобы сообщить людям о пяти отведенных им годах. Согласно концепции, человечество столкнулось с нехваткой природных ресурсов. По ходу развития Зигги превратился в андрогинную рок-звезду, — люди вознесли инопланетянина до пророка, что он сам начал верить в свое превосходство. Но это его и погубило.

"Зигги просят написать песню о пришествии звездного человека. "Starman" — своего рода надежда, за которую люди сразу же цепляются, — рассказывал Боуи. — Он возводит себя до невероятных духовных высот и живет благодаря своим последователям".

Когда другие инопланетяне прибыли на Землю, то они разорвали Зигги на части под песню "Rock'n'Roll Suicide".

"Зигги умирает на сцене, а звездные люди, которые не могут существовать в нашем мире, потому что состоят из антиматерии, берут части его тела и делают себя видимыми", — заключил Боуи.

В течение нескольких лет певец давал интервью от имени своего альтер-эго, поэтому неудивительно, что поклонники стали воспринимать их как одно целое.

"Было очень легко день и ночь оставаться одержимым этим персонажем. Я стал Зигги Стардастом. Дэвид Боуи полностью вылетел в окно", — говорил артист. Правда, вскоре певец настолько "сроднился" с ролью, что перестал отличать реальность и вымысел:

"Этот придурок прилип ко мне на долгие годы. Это стало очень опасным. Я на самом деле сомневался в своем здравом уме".

Летом 1973 года Боуи попрощался с инопланетянином на съемках документального фильма. На лондонской сцене Hammersmith Apollo певец сообщил о своем последнем концерте в этом образе.

Foto: Zuma Press/Scanpix/LETA

Затем появился Аладдин Сейн из одноименного альбома Боуи, где он изображен с красной молнией на лице. Этот снимок принадлежит знаменитому фотографу Брайану Даффи. Макияж артиста стал крайне популярен в массовой культуре: после Боуи молнию на себя "примеряли" многие звезды от Леди Гаги до персонажа Джоан Роулинг Гарри Поттера.

Согласно одной версии, Сейн — просто американизированная версия Стардаста. По другой — это отсылка к больному шизофренией сводному брату Боуи Терри. Так, в названии композиции кроется игра слов. "Aladdin Sane" можно прочесть как "A Lad Insane" ("Безумный парень").

В 1975 году на смену эпатажу пришел Изможденный Белый Герцог, одетый в классику и не скрывающий своей симпатии к нацистской идеологии. В то время Боуи сильно увлекся запрещенными веществами и занялся оккультизмом.

В одном интервью артист даже назвал Адольфа Гитлера "одной из первых рок-звезд". "Надо, чтобы правый фронт поднялся, смел все на своем пути и навел везде порядок", — сказал однажды Боуи.

Впоследствии певец объяснил, что радикальные высказывания были частью сценического образа. Правда, к этому моменту уже никто не мог понять, где настоящий Боуи, а где — Белый Герцог.

Образ альтер-эго в первую очередь ассоциируется с альбомом "Station to Station" 1976 года, потому что упоминается в заглавном треке. Однако этот персонаж появился годом ранее — во время промокампании пластинки "Young Americans". Именно в ней зародились основные темы будущего лонгплея, а вышедшая следом "Station to Station" стала как бы подтверждением эмоциональной нестабильности Боуи.

"70-е были просто безумны! Еще немного и Белый Герцог окончательно свел бы меня в могилу. Этот персонаж, пожалуй, самый опасный из всех ранее мною созданных", — вспоминал Боуи.

В песне "Word On A Wing" артист уже буквально кричал о своей зависимости: "My prayers flies like word on a wing" ("Моя молитва летит как на крыльях"). Вскоре Боуи все-таки смог "убить" своего героя. Изможденный Белый Герцог погиб не в свете софитов, как это сделал Стардаст, а ушел тихо, став очередной страницей в истории образов певца.

Delfi в Телеграме: Свежие новости Латвии для тех, у кого мало времени
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.
Читайте также

Comment Form