Пандемия во время пандемии. Разговор с руководителем общества поддержки пациентов с ВИЧ Андрисом Вейкениексом
Foto: DELFI

Статистика неумолима – Латвия уже третий год подряд лидирует в Евросоюзе по уровню распространения ВИЧ, на 100 тысяч жителей в среднем приходятся 18,5 случаев. Для сравнения – средний показатель в ЕС составляет 5,6 случаев на 100 тысяч жителей. Почему этот коэффициент в Латвии настолько высокий и с чем каждый день приходится сталкиваться людям, которые живут с ВИЧ, мы выяснили в беседе с Андрисом Вейкениексом, руководителем общества поддержки пациентов с ВИЧ AGIHAS.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама

1 января 2020 года в Латвии официально было зарегистрировано почти восемь тысяч ВИЧ-положительных людей, большая часть которых — это жители Риги и ее окрестностей — 82%. Данные за 2020 год еще не известны даже в форме прогнозов, однако Вейкениекс опасается, что с распространением пандемии Covid-19 увеличится число инфицированных ВИЧ. Лаборатории очень загружены, поэтому не проводятся особые кампании с призывом провериться, к тому же, не секрет, что в условиях любого кризиса обостряются разные отклонения от привычных норм поведения — в том числе эмоциональное и сексуальное насилие и употребление внутривенных наркотиков.

Именно профилактические мероприятия (точнее — их недостаточное количество) — это главная причина, почему ВИЧ в Латвии имеет такие высокие показатели распространения. "Информирование общественности о рисках проходит редко и спорадически, а нужно было бы вести постоянную и регулярную работу. Если мы не будем серьезного бороться с распространением этого инфекционного заболевания, то рано или поздно оно станет серьезной угрозой выживанию нации", — поясняет Вейкениекс.

AGIHAS — это первая организация поддержки пациентов в Латвии, которая была основана в 1993 году. В начале это было место, где собирались ВИЧ-положительные люди и получали эмоциональную поддержку, потому что предрассудки в связи с инфекцией в обществе были огромными. В публичном пространстве ВИЧ удостоился звания чумы 20 века, открыто об этом никто не решался говорить, однако людям нужно было место, где можно снять "маску" и узнать больше о своей болезни. Поэтому одно из существенных направлений деятельности AGIHAS — это консультации "От равного — равному", которые доступны по бесплатному телефону, а также очно. Консультации проводит ВИЧ-положительный человек.

"Почему это так важно? Только ВИЧ-положительный человек знает, что чувствует ВИЧ-положительный человек, поэтому может оказать полноценную эмоциональную поддержку. Это особенно важно для тех, кто только что узнал о своем статусе. Проблематика понятна и зачастую повторяется, есть ключевые вопросы, которые люди хотят обсудить, в ходе лет это обрисовалось довольно четко, потому что все проходят более или менее через одно и то же", — рассказывает Вейкениекс.

Пандемия во время пандемии. Разговор с руководителем общества поддержки пациентов с ВИЧ Андрисом Вейкениексом
Foto: DELFI

Правда, если в начале главным образом организация работала над информированием пациентов и их поддержкой, то сейчас будни AGIHAS состоят из профилактических мероприятий, а именно, информирование общественности, подготовка образовательных материалов, проведение информационных кампаний. В конце прошлого года перед Всемирным днем борьбы со СПИДом, который каждый год проходит 1 декабря, была начата масштабная кампания "Опасно не знать".

Есть очень много вещей, которые опасно не знать. Опасно не знать свой статус, опасно не знать, что ВИЧ можно лечить, опасно не знать, что человек больше не опасен для своих партнеров, опасно не знать, что все еще рожаются ВИЧ-положительные дети. Андрис Вейкениекс

В последние годы активная работа проходит в области образования молодежи — особенно в детских домах и школах-интернатах, где представители AGIHAS рассказывают о сексуальном и репродуктивном здоровье, гигиене и безопасности в интернете.

Вейкениекс объясняет, что это делается потому, что с этими молодыми людьми углубленно никто не говорит на подобные темы, хотя они находятся в группе риска: "Это не упрек в сторону педагогов. Эти темы поднимать нелегко, но эта молодежь уже достаточно травмирована, поэтому может проще "попасть". Именно поэтому важно говорить о теневых сторонах сексуального контакта, а также о рисках в интернете — о видах шантажа, порталах знакомств и порнографии. Чтобы защитить их в будущем, нужно говорить с ними на эти неудобные темы, о которых общество говорить не хочет".

Стоит отметить, что вопросы сексуального и репродуктивного здоровья — это неловкая тема не только для подростков.

Секс — это нормальная часть жизни человека. Способность открыть говорить об этом свидетельствует о зрелости общества. Если мы можем это делать, не краснея и не опуская глаз, то это значит, что наше общество зрелое. Впрочем, каждый день нам приходится убеждаться в том, что никакие мы не взрослые, не зрелые. Я думаю, что в этом виновато советское наследие и общение в семье. Отсутствие разговоров, отсутствие просвещения подростков приводит к тому, что мы сейчас на первом месте в ЕС по заболеваемости ВИЧ. Общество не разговаривает. Если так и будет продолжаться, то куда мы придем? Андрис Вейкениекс

Основная причина, почему с начала девяностых годов и по сей день стигматизация ВИЧ не уменьшается, кроется в том, что большая часть общества не признает, что заразиться может любой, и считает, что это заболевание касается только маргиналов. Это доказывает и исследование "ВИЧ. Мифы и факты", которое AGIHAS провела в 2019 году, — большая часть населения считает, что вероятность заразиться очень мала (33%) и скорее мала (40,7%).

Согласно данным достаточными знаниями о ВИЧ инфекции обладают 51,7% респондентов, из которых наиболее знающие (69,8%) проживают в Риге. В свою очередь наименее информированные проживают в регионах и деревнях (26,6%). По словам Вейкениекса, именно регионы обычно отличаются особо сильными предрассудками и стигматизацией — не только в обществе, но и среди социальных работников и медперсонала.

"В действительности стигма огромная. Это подтверждает наш опрос "Индекс стигматизации людей, которые живут с ВИЧ 2.0". На вопрос "Был ли у вас негативный опыт при раскрытии своего ВИЧ статуса?" 60% респондентов ответили утвердительно", — рассказывает Вейкениекс.

Самые распространенные стереотипы о ВИЧ инфицированных, что это пользователи внутривенных наркотиков, мужчины, у которых был секс с мужчинами (не только гомосексуальные мужчины, но и, например, проживающие в местах заключения, у которых есть сексуальные отношения с представителями своего пола только потому, что иначе в этот момент невозможно), а также люди обоих полов, оказывающие сексуальные услуги.

Однако статистика свидетельствует, что среди всех ВИЧ-положительных людей в Латвии только 15% пользователей внутривенных наркотиков, а мужчин, у которых был секс с мужчинами, — только 6%. У большей части заболевших источник инфекции неясен (не хотят раскрывать, где и каким образом заразились), часть — бисексуальные мужчины, но большую часть — примерно 45% — стабильно составляют гетеросексуальные контакты.

В тех случаях, когда источник инфекции не известен, очень наглядно проявляется вышеупомянутая стигма — предрассудки и стыд так велики, что даже медперсоналу человек не может называть возможный источник заражения. Вейкениекс рассказывает, что зачастую люди придумывают разные социально приемлемые способы, как человек мог бы заразиться — у зубного, на маникюре или в тату-салоне.

На самом деле, заразиться ВИЧ можно только тремя способами — через кровь (необходимо количество крови, которое можно увидеть невооруженным глазом), через половой контакт, в рамках которого выделилась сперма или вагинальный секрет, а также путем вертикальной трансмиссии, когда мать передает инфекцию ребенку. До нынешнего момента в Латвии не было констатировано ни одного случая передачи ВИЧ путем переливания крови.

Пандемия во время пандемии. Разговор с руководителем общества поддержки пациентов с ВИЧ Андрисом Вейкениексом
Foto: DELFI

Еще одна проблема на пути обуздания инфекции, по словам Вейкениекса, это "исторические пациенты", которые пропали из поля зрения медицинских работников. Из-за ограничений госбюджета до 1 октября 2018 года лечили только тех людей, у которых был определенный уровень клеток CD4 (иммунные клетки), а не всех ВИЧ-инфицированных. "Мы очень медленно шли к всеобъемлющему лечению, поэтому сейчас часть больных по разным причинам не на связи. Это те люди, которые, например, заразились в 2015 году и не получили лечения, а так как жалоб на самочувствие нет, то они к врачу больше не обращались. Однако симптомы могут не проявляться вплоть до 10 лет, и этот человек продолжает быть угрозой для себя и своих сексуальных партнеров".

Проблема наблюдается и в случае усыновления. С одной стороны, есть ВИЧ-положительные малыши, от которых зачастую матери отказываются, а усыновлять их никто не хочет из-за стигмы. С другой стороны, есть ВИЧ-положительные люди, которым запрещено усыновлять детей из-за наличия инфекции. Если разрешить ВИЧ-положительным людям усыновлять ВИЧ-положительных малышей, то от этого все бы выиграли.

Надо отметить, что есть и позитивные изменения в жизни пациентов с ВИЧ. В 2020 году AGIHAS при участии Латвийского общества врачей провела цикл из 10 лекций
"ВИЧ-пациент в практике семейного врача в Латвии". В качестве лекторов были приглашены преподаватели Рижского университета имени Страдиня — доцент Анда Кивите-Уртане, ассоциированный профессор и руководитель 6-го отделения Латвийского центра инфектологии Гунта Стуре, а также лектор Латвийского университета, семейный врач и педиатр Евгений Бондин. Лекции в том числе проходили в регионах.

"Семейные врачи — это неиспользованный ресурс в диагностике и лечении ВИЧ, к тому же, и у них тоже бывают предрассудки. Например, бывают ситуации, когда пациент стыдится сообщить своему семейному врачу, что он ВИЧ-положительный. Это опасно, если у пациента есть еще какое-нибудь заболевание, из-за которого нужно принимать медикаменты. Семейный врач должен знать о всех лекарствах, которые принимает человек, потому что у них может быть несовместимость, в результате чего наносится дополнительный вред здоровью", — поясняет Вейкениекс.

Кроме этого, был успешно проведен проект "Малыш не виноват", который был реализован при поддержке АО Latvijas valsts meži. Когда к сотрудничеству подключилось министерство здравоохранения ЛР, проект включили в государственную бюджетную программу. Проект направлен на поддержку ВИЧ-положительных матерей (в Латвии каждый год рожают 60-70 ВИЧ-положительных женщин) и обеспечение бесплатных молочных смесей. ВИЧ-положительные женщины не могут кормить грудью, чтобы избежать вертикального переноса инфекции. Правда, смесь можно получить только в Латвийском центре инфектологии, что затруднительно для матерей, которые живут в регионах и деревнях.

"Нет ничего черно-белого. Есть много слепых зон, много нюансов, над которыми нужно работать сообща — министерствам, инфектологам, общине и обществу. Главное — это уменьшить осуждение в обществе, потому что ВИЧ все еще считают поведенческим заболеванием. Например, к больным сердечно-сосудистыми заболеваниями мы испытываем сочувствие — мы же не упрекаем их в том, что они едят жирное, не двигаются и курят. Разве это не поведенческое заболевание? Почему же мне нужно стыдиться того, что я был сексуально активен? В случае инфекционных заболеваний не может идти речи о вине — просто так случилось! Осуждать и говорить, что это какие-то маргиналы… Это мы все! У всех нас есть сексуальные отношения, и мы все ошибаемся. Если мы допускаем, что это может случиться с каждым из нас, то сможем совершенно иначе посмотреть на инфекцию, уменьшим стигму и, может быть, будем более ответственно относиться к своему здоровью", — подытоживает разговор Вейкениекс.

Подготовлено в сотрудничестве с GlaxoSmithKline Latvia
Подготовлено 11/2020
NP-LV-HVX-PRSR-200021

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!

Tags

ВИЧ
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form