Не планировать похороны, а продолжать жить

Это — не мучительная смерть. Интервью Мариса Верпаковскиса с ВИЧ-инфицированной гей-парой
Foto: DELFI

Кристапс о своем ВИЧ-положительном статусе узнал семь лет назад. Он регулярно ходил сдавать кровь. "Я никогда не звонил в донорский центр и не интересовался результатами анализов, но в тот раз меня что-то дернуло сделать это", — рассказывает он. Когда мужчина приехал в медучреждение, врачи сказали, что его анализы указывают на наличие ВИЧ. После долгих раздумий он отправился в центр инфектологии для дополнительной проверки. "Там я показал справку из донорского центра, на что доктор сказала, что там ей все ясно — повторные анализы уже не нужны".

"И какой была ваша первая реакция?", — спрашивает Марис. "Моя первая реакция… Я уже распланировал свои похороны", — ответил Кристапс. Сначала врач сказал, что с этим диагнозом я смогу прожить лет десять. "Когда понимаешь, что тебе осталось десять лет, знаете, руки опускаются". Правда потом инфектолог сказал, что такой короткой его жизнь все же не будет. Кристапс рассуждает, что десять лет человек может прожить, если не получает терапию. "После разговора с врачом я понял, что нужно просто продолжать жить. Так я и продолжил работать, продолжил учиться".

А Сандис узнал о своей болезни в 2015 году и сразу же начал принимать лекарства. Кристапс сейчас тоже проходит терапию, но для него она не была доступна сразу же после постановки диагноза, потому что ее можно получить только по достижении иммунными клетками определенного уровня. "Когда мне диагностировали ВИЧ, у меня показатели CD4 были равны 350, а тогда терапию назначали только начиная с 200", — объясняет Кристапс. Мужчины поясняют, что у здорового человека данный показатель значительно выше. Кристапс также отметил, что боялся начинать терапию, потому что думал, что из-за своей забывчивости будет пропускать прием лекарств, а в данном случае предписания врача нужно выполнять беспрекословно.

Но вот уже два года Кристапс принимает медикаменты. До того его здоровье уже начало ухудшаться — он стал гораздо чаще болеть, и даже такие легкие заболевания, как, скажем, обычная простуда, протекали теперь тяжелее обычного. "Начали проявляться побочные болезни, которыми я никогда ранее не страдал", — объясняет он.

Это — не мучительная смерть. Интервью Мариса Верпаковскиса с ВИЧ-инфицированной гей-парой
Foto: DELFI

Если не учитывать этот факт, других серьезных изменений в его жизни не было. "Качество моей жизни даже до начала терапии не сильно изменилось с того момента, когда мне диагностировали ВИЧ, вот только свою личную жизнь я не мог теперь устроить так, как бы мне того хотелось". Сандис подтверждает, что и его жизнь ВИЧ изменил не сильно, особенно при наличии оплачиваемой государством терапии. Что такое терапия? Сегодня Кристапс и Сандис ежедневно принимают каждый по одной таблетке, но Сандис говорит, что вполне возможно, при столь активном развитии медицины уже совсем скоро жизнь с ВИЧ станет еще проще и легче.

Марис спрашивает у пары, насколько открыто возможно говорить на тему ВИЧ и СПИДа. Многие ли родственники Сандиса и Кристапса вообще в курсе состояния их здоровья? "Некоторые друзья знают, и это все. Даже семейный врач не в курсе, — говорит Сандис, объясняя, что живет в маленьком городке, и прекрасно знает, как быстро может в таких местах распространяться информация подобного рода.

"А мой семейный врач и ближайшие родственники знают. Друзья, которые должны знать, тоже знают", — делится своей ситуацией Кристапс. Он допускает, что некоторые коллеги и знакомые, с которыми он встречается ежедневно, тоже о чем-то, возможно, подозревают.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!

Tags

ВИЧ ВИЧ-заражение Истории Марис Верпаковскис
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form