Великобритания сейчас занимает в ЕП 73 места из 751 — более солидные делегации имеют только Германия (96) и Франция (74). Британские евродепутаты работают в разных политических группах. В идеологическом плане "брекзит" больнее всего ударит по правому флангу, к которому приписаны 45 из 73 поданных Королевства. Есть версия, что одна из правых фракций — группа Европейских консерваторов и реформистов — может в результате "брекзита" даже прекратить свое существование. Группа, созданная в 2009 году экс-премьером Великобритании и инициатором "брекзита" Дэвидом Камероном, на одну треть состоит из британцев. От Латвии у консерваторов работает представитель национального объединения Visu Latvijai!/ТБ-ДННЛ Роберт Зиле.

В политических кулуарах и на экспертных форумах обсуждаются несколько вариантов, как поступить с местами Великобритании после выхода страны из ЕС. Самый технически простой и финансово рациональный — ликвидировать лишние мандаты. По подсчетам Центра аналитических исследований Bruegel, каждый евродепутат (вместе с расходами на проживание, своей командой, презентационными тратами и т.д.) обходится европейским налогоплательщикам в 554,9 тыс. евро в год. Таким образом на 73 мандатах можно сэкономить 40,5 млн. евро в год. Однако подобный подход считается опасным в идеологическом плане, поскольку в этом случае возникает впечатление о начале развала бюрократической машины ЕС, что противоречит культивируемой еврочиновниками идее о "сильной Европе". Другой недостаток "механического отрезания" — нарушается принцип равенства при распределении мандатов между оставшимися странами (непропорционально возрастает влияние представительств малых и средних стран).

Второй вариант предусматривает распределить свободные 73 места между оставшимися 27 странами. Этот метод также существенно меняет пропорцию присутствия национальных сил в ЕП. Эксперты института Bruegel смоделировали несколько возможных сценариев. В зависимости от выбранной методологии делегация Литвы, например, может потерять до 2 мандатов (сейчас у литовцев 10 мест), а делегация Эстонии, наоборот, приобрести еще один (у эстонцев пока шесть мест). Латвия при любом раскладе остается при своих 8 местах.

Третий вариант — вынести свободные мандаты на общеевропейские выборы. В этом случае на выборах Европарламента в 2019 году избиратели будут формально обладать двумя голосами, один из которых, как и прежде, можно будет отдать за список национальной партии, а второй — непосредственно за кандидатов общеевропейской партии (то есть тех политических групп, которые представлены в ЕП). Считается, что такой порядок избрания усилит взаимосвязь между европейцами и Евросоюзом и повысит доверие общества к органам власти: кандидатам придется агитировать одновременно в нескольких странах, а избирателям — оценивать не столько личные данные политиков, большинство из которых будут, скорее всего, незнакомыми, сколько программу всей политической группы.

Основной недостаток идеи общеевропейских списков — организационные трудности. Единой общеевропейской процедуры выборов евродепутатов не существует — каждое государство вправе утвердить свою систему, которая должна соответствовать трем ограничениям: выборы должны проходить по пропорциональной избирательной системе; избирательные территории могут быть разделены, если это не повлияет на пропорциональный характер системы голосования; процентный барьер не должен превышать 5%.

Распределение мест в настоящее время проводится по такому принципу, что меньшие страны избирают больше депутатов, чем может быть оправдано их населением (в случае с Латвией и Эстонией в расчет берут даже неграждан, хотя правом голоса они не обладают). Количество мандатов, предоставляемых каждой стране, было установлено договорами, поэтому точной формулы распределения мест между государствами-членами не существует. Любые изменения системы выборов в Европарламент могут быть введены только с согласия всех членов ЕС.

Таким образом переход к смешанной системе, при которой часть евродепутатов избирается по национальным спискам, а другая — по общеевропейским, предполагает сложные переговоры и изменения в европейском законодательстве. Тем не менее клуб сторонников идеи непрерывно растет. По данным европейских СМИ, в него входят лидер европейских соцдемов Джанни Пителла, генсек европейских либералов Ги Верхофстадт, представитель центристов и кандидат на пост президента Франции Эммануэл Макрон, который даже вписал подобное обещание в свою предвыборную программу.

Для латвийских политических партий появление общеевропейских списков — это, скорее, известие со знаком минус. Ни один латвийский евродепутат не имеет достаточной узнаваемости на европейском уровне, чтобы рассчитывать на международный успех. В наиболее выигрышном положении, возможно, окажутся представители "Единства" — Сандра Калниете, Кришьянис Кариньш, Артис Пабрикс. У каждого из них на счету есть свои достижения в ЕП (в Европарламенте активность политика оценивают по докладам, в написании которых он участвовал). К тому же они входят в крупнейшую в Европарламенте группу Европейской Народной Партии, декларируемые ими политические взгляды, особенно в вопросах внешней политики, отвечают общеевропейскому мейнстриму. Поэтому даже при усилении раскольнических настроений внутри "Единства" у этой группы латвийских деятелей, каждый из которых на прошлых выборах собрал по 40-80 тысяч личных плюсов, гипотетически появится шанс на переизбрание.

Менее радужные перспективы открываются перед "Согласием". Партии до сих пор не удалось официально вступить в Партию европейских социалистов (ПЕС), которая является ядром европарламентсткой фракции европейских соцдемов. Причина — протесты со стороны Латвийской социал-демократической рабочей партии, которая исторически входит в ПЕС, и делегаций Эстонии и Литвы.

Другая проблема — утрата прямой связи с ЕП. По неофициальной информации, в силу разногласий Андрей Мамыкин, как и Александр Мирский в прошлом созыве, более не поддерживает рабочих контактов с партией, по спискам которой он избирался в Брюссель. Мамыкин отсутствовал на последнем конгрессе "Согласия" и явно не информирует рижский офис партии о своей политической деятельности. Отсутствие своей делегации в ЕП лишает "согласистов" регулярного доступа к информационным и рекламным ресурсам, которые очень понадобятся партии в ходе следующей предвыборной кампании.