Свою репутацию на кон поставил и руководитель Банка Латвии Илмар Римшевич, заявивший, что предложенные изменения повысят ежегодный рост ВВП на 1 процентный пункт в период до 2021 года. Римшевич также указал, что во имя налоговой реформы можно смириться даже с бюджетным дефицитом в 2%!

Налоговая реформа становится фактически самой главной, видимой и конкретной реформой правительства Кучинскиса. Если ее запуск провалится, сразу возникнет вопрос, имеет ли нынешнее правительство моральное право продолжать свою работу.

Осенью этого года, когда к обсуждению будущего налоговой реформы приступит Сейм, вопрос уже будет затрагивать не только налоговую политику – до парламентских выборов останется меньше года, и предвыборный фактор, безусловно, станет решающим. Многие уже сейчас хорошо понимают, что на кону стоит не только вопрос о налогах, а о будущем как минимум двух коалиционных партий. Судьба налоговой реформы может сильно повлиять на результаты выборов.

Это серьезный вызов для тех, кто действительно желает добиться перехода к лучшему налоговому урегулированию, а не действует только по политическим мотивам. Чем ближе выборы, тем сложнее становится отделить дискуссии о содержании налоговой реформы от политических интриг.

Вокруг реформы уже возникло не мало мифов и заблуждений. Попробуем в них разобраться.

Мифы

Миф: Налоговая реформа создаст огромную брешь в государственном бюджете

В лучшем случае это полуправда. Предложенная налоговая реформа объемна, и обывателям в ней ориентироваться сложно. Вырвать из контекста какую-то цифру и прилепить к ней громкий заголовок – легкий и дешевый трюк.

По сути реформа базируется на двух опорах: введение нулевой ставки подоходного налога на прибыль (ПНП) для реинвестированной прибыли и снижение налоговой нагрузки на рабочую силу. Первый элемент обойдется государству в 188 млн. евро, второй – в 273 млн. Добавив к этим числам другие связанные с реформой расходы в размере 66 млн. евро, получим в сумме 527 млн. евро. Именно этой внушительной вроде как «бюджетной брешью» и пытаются сейчас запугать общество.

Что же на самом деле? Во-первых, фактор ПНП в 188 млн. евро следует рассматривать как капитальное вложение, а не как дефицит бюджета в классическом понимании. Причина – это перенос налогового платежа. Другими словами, налоговая нагрузка для предприятий не снижается, но применение нулевой ставки к реинвестированной прибыли мотивирует компании вкладывать средства в свое развитие, в связи с чем выплата прибыли откладывается. Подобный шаг полностью оправданно финансировать с помощью краткосрочного увеличения бюджетного дефицита, и Министерство финансов так и планирует делать.

Отнимая от 527 млн. 188, остается 339 млн. евро, из которых 136,6 млн. евро будут «погашены» благодаря дополнительному экономическому росту, который возникнет в результате реформы. Под таким прогнозом фактически подписался и Банк Латвии. Остаются еще 202,4 млн. евро, из которых большая часть будет компенсирована мероприятиями по борьбе с теневой экономикой – такие обязательства взяли на себя Министерство финансов и Служба госдоходов.

В итоге у нас остаются 64,6 млн. евро – эта сумма ближе всего к реальному дефициту бюджета, который могут образоваться в ходе реформы и который Минфин планирует компенсировать за счет повышения других налогов. Но 64,6 млн. евро - это не 527 млн. евро, о которых противникам реформы рассуждать, конечно, приятнее!

Миф: Налоговая реформа выгодна только предпринимателям и работодателям

Такое заявление абсолютно не соответствует истине. Начнем с нулевой ставки на реинвестированную прибыль – она переносит выплату прибыли на будущее, но никоим образом не снижает объем налогов, которые платит конкретное предприятие. Скорее наоборот.

В свою очередь от понижения ставки Подоходного налога с населения (ПНН) главными и единственными получателями выгоды в 2018 году будут работники. Работодатели сначала не получат ничего. В среднесрочной перспективе (в течение нескольких лет) выгода от снижения налога на рабочую силу разделится между работниками и работодателями в результате взаимодействия спроса и предложения на рабочую силу. Но работники от введения реформы все равно выигрывают.

Миф: Налоговая реформа не уменьшит неравенства доходов

Утверждать подобное могут только те, кто не умеют считать. Фактически реформа предлагает ввести более высокую налоговую ставку для работников с высокими доходами и понизить эффективную ставку ПНН для работников с низкими доходами через увеличение необлагаемого минимума.

Миф: Налоговая реформа спровоцирует скачок инфляции, которая «съест» все выгоды

Речь идет о планируемом повышении акцизного налога на топливо и алкоголь, которое должно обеспечить бюджету дополнительно 46 млн. евро. И здесь мы опять имеем проблемы с математикой. Оцененное в 46 млн. евро повышение акцизного налога не может «съесть» эффект от снижения подоходного налога, который измеряется в 273 млн евро и который в первые годы реформы целиком уйдет в кошельки работников.

Теперь отдельно об инфляции, которую может вызвать увеличение налога на топливо. По логике противников реформы, прогнозируемый скачок цен на бензин на пять центов окажет «существенное» влияние на рост инфляции, поскольку топливо используется в производстве многих товаров и услуг. Насколько ощутимой будет эта инфляция? Математика следующая. Чтобы 5%-й скачок цен на топливо дал 2,5%-й прирост цен на товары, необходимо, чтобы удельный вес топлива в общей стоимости составлял 50%. Сколько у нас таких товаров? Один пример – Rīgas Satiksme. В себестоимости билетов этого муниципального предприятия топливо составляет только 6%, таким образом общий эффект от налоговой реформы на стоимость одной поездки не должен превысить 1/3 евроцента.

Миф: Налоговая реформа разорит самоуправления

Дискуссия о том, насколько фискальные возможности различных самоуправлений соразмерны с их обязанностями перед жителями, будет длинной и тяжелой. И все-таки предложу одно сравнение. Бюджет Рижского самоуправления планируется из расчета 1240 евро на одного жителя. Бюджет Вильнюса при пересчете на численность населения составляет 941 евро на одного жителя, при этом столица Литвы даже с таким небольшим фискальным ресурсом развивается столь стремительно, что в обозримой перспективе Рига может потерять статус балтийской метрополии. Утверждение о нищете латвийских самоуправлений сильно преувеличено.

Миф: Налоговая реформа недостаточно продумана

Недавно довелось услышать один экспертный комментарий, что, мол, налоговое исследование Всемирного банка занимает свыше 300 страниц, а прогноз Министерства финансов намного короче и поэтому ничего не показывает. Но в основе реформы лежит другой документ Минфина – основные положения налоговой реформы. Он насчитывает, кстати, 313 страниц, и каждый может ознакомиться с ним и убедиться в серьезности и глубине проведенного анализа.

Вызовы

Очевидно, что обсуждение вопроса о содержании реформы и ожидаемых результатов необходимо. Очень важно отделить семена от плевел, а переговоры по содержанию налоговой реформы – от предвыборной политической гонки. В ожидании эмоциональных публичных дискуссий, я хочу остановиться на двух вопросах, которые точно потребуют серьезного обсуждения.

Привлечение иностранных инвестиций в обрабатывающую промышленность

Предлагаемая реформа снизит привлекательность Латвии для иностранных инвесторов, поскольку так называемая эффективная ставка Подоходного налога с предприятий (ПНП) станет значительно выше, чем в Литве. С учетом процессов автоматизации и роботизации эффективная ставка налога ПНП для инвесторов окажется еще выше в контексте решений о размещении производства. Рабочие места в обрабатывающей промышленности являются важной основой для развития регионов. Для этой проблемы можно найти разные решения, например, распространить новый налоговой режим только на малые и средние предприятия, предусмотреть более ощутимые налоговые послабления для региональных индустриальных зон, ввести более низкую эффективную ставку для предприятий, которые обязуются регулярно выплачивать дивиденды и т.д. В любом случае этот вопрос требует дополнительного обсуждения.

Конкурентоспособность транзитного коридора

Цена на дизельное топливо является важным фактором конкурентоспособности в сферах железнодорожных и автоперевозок. И, в первую очередь, в сравнении с Литвой. Например, в структуре затрат автоперевозчиков стоимость топлива может достигать до 40%. В настоящий момент акцизные налоги на дизельное топливо в Латвии и Литве похожи. И в плане тарифов транзитного коридора существует паритет. Есть риск, что увеличение цены на дизель в Латвии, даже только на 5%, может нарушить этот хрупкий баланс и уменьшить государственные доходы от экспорта транзитных услуг. Этот риск следует тщательно оценить.