CE3O CE3OH С
При поддержке:

Марк Роткo
(1903-1970)

Густав Клуцис
(1895-1938)

Вия Целминя
(1938)

Марк Ротко

Один из самых влиятельных художников 20-го столетия, интеллектуал и яркий представитель абстрактного экспрессионизма Марк Ротко относится к выдающимся деятелям американского искусства. Парадоксальным образом художник, которого всю жизнь тревожила коммерциализация искусства, создал работы, которые бьют рекорды на аукционах и сейчас принадлежат к самым дорогостоящим в мире. 

Первые десять лет жизни великого художника связаны с Двинском, провинциальным российским городком, теперешним Даугавпилсом. Именно поэтому там уже с 2013 года работает Центр искусства Марка Ротко. Благодаря постоянной экспозиции центра там можно ознакомиться со многими оригиналами работ Ротко. 

"..место памяти отца, где посредством его имени будет поддерживаться культурная жизнь, будет там, где он физически родился. Независимо от того, на территории какой страны это место тогда находилось"

Foto: AFP/Scanpix/LETA. Центр искусства Марка Ротко в Даугавпилсе

«Мы можем называть Ротко своим, ведь в смысле физического пространства он родился на территории современной Латвии»,- подчеркивает заместитель руководителя Центра искусства Марка Ротко в Даугавпилсе Марис Чачка. «Да, он обрел славу в мире, но и его дети считают Даугавпилс родным местом отца. Когда Центр искусства Ротко был на подготовительной стадии, дочь художника Кейт Ротко-Прайзел сказала, что началась полемика о том, где же должен находиться такой центр. Тогда она сказала очень четко – место памяти отца, где посредством его имени будет поддерживаться культурная жизнь, будет там, где он физически родился. Независимо от того, на территории какой страны это место тогда находилось», - говорит он. 

Говоря о Марке Ротко, на этот раз мы акцентируем два важных места – Даугавпилс (Двинск) начала 20-го века и Нью-Йорк 1930-1940 годов, где Ротко родился как художник. 

Foto: DELFI

Начало 20-го века – Двинск. Провинция огромной Российской империи в Витебской губернии. Город является своего рода перекрестком, он расположен на берегу Даугавы, которая все еще соединяет Восток и Запад. В то время там действует три развитые железнодорожные линии. 

Город уже со времен императрицы Екатерины II был включен в территорию, где расселяли евреев. В 1791 году государыня откликнулась на ходатайство московских купцов в отношении еврейских коллег. Так по указу Екатерины российские евреи вплоть до 1917 года должны были жить в 15 юго-западных провинциях империи. Крупнейшими городами в этой зоне были Одесса, Минск, Варшава, Кишинев, Витебск и другие, в том числе Двинск. Там в начале 20-го столетия проживала семья состоятельного интеллигентного аптекаря Якоба Ротковича. Маркус был четвертым ребенком в семье (родился он 25 сентября 1903 года). Через 40 лет он примет имя Марк Ротко и в дальнейшие десятилетия изменит историю искусства, вписав свое имя в число наиболее ярких представителей абстрактного экспрессионизма и авторов наиболее дорогостоящих картин. 

"Двинск уже в то время, когда рождается Ротко, является мультикультурным городом. Здесь существует еврейская община, крупнейшая из всех. Тут же представлены поляки, русские и другие национальности"Марис Чачка

 “В городе имело место смешение культур за счет путешествий, торговли и т.д. Это была прекрасная среда для жизни и развития еврейской общины. Этот регион был широко известен в Европе как место, где можно встречаться, видеть, продавать и покупать. Это также было прекрасное пространство для духовной жизни и образования. В разные периоды здесь работали четверо известных еврейских раввинов. В месте, где все упорядочено, культурный уровень тоже бывает очень высоким. Это способствует развитию – независимо от того, куда в дальнейшем забрасывает индивида, он развивается и обретает мировую славу” 

Источник: Центр искусства Марка Ротко в Даугавпилсе. Семья Ротко в Двинске около 1911 или 1912 года. Маркус Роткович – мальчик сидит на полу справа. 

Однако Яков Роткович принял решение уехать из Двинска. Начало 20-го века в Российской империи было временем волнений – поражение в войне с Японией в 1905 году, «кровавое воскресенье» и революция, а параллельно – растущий антисемитизм. Уже в 1903 году в Кишиневе произошли еврейские погромы. Через два года в черте оседлости евреев таких погромов насчитывалось более 50. В Двинске было относительно спокойно, но напряженность росла по всей Европе, зато Америка для евреев была страной мечты. Первым в США отправился глава семейства. Вскоре за ним последовали двое старших сыновей, а в 1913 году из Лиепаи в путешествие за океан отправился и 10-летний Маркус Роткович с сестрой и матерью. 

AP/Scanpix/LETA 

"Если бы семья Ротко не эмигрировала, дальнейшая история 20-го века принесла бы им трагическую судьбу. Но с учетом их образованности и чутья, понятно, что они не допускали варианта остаться. Образованные еврейские и не только еврейские семьи, которые по каким-то причинам эмигрировали с родины, умеют предугадывать события. Не стоит ломать голову, как могло бы сложиться. Скорее, следует оценить этот шахматный ход – видеть на несколько шагов вперед", - подчеркивает Марис Чачка. 

"Отдельные искусствоведы и психологи, конечно, признают, что первые 10 лет жизни влияют на человека, формируют его личность, откладываются в мышлении и в дальнейшем дают о себе знать. Что касается искусства Ротко, то, возможно, это виды берега Даугавы или прекрасные закаты в детстве. Да, ряд исследователей, изучая творчество Ротко, заметили в его работах православную избу, очертания ее затворов. Но он также очень увлекался византийским искусством, где тоже много таких вертикальных линий и горизонтальных делений – лестниц, обрамлений. Теоретически, конечно, можно обосновать детские впечатления, но сейчас мы не можем с уверенностью сказать, как это на самом деле", - объясняет Марис Чачка. 

Foto: Vida Press

Первые десять лет в США семья Ротковичей провела в Портленде, позже молодой Роткович учился в Йельском университете, который затем бросил. В 1920-е годы он перебрался в Нью-Йорк. Как художник Ротко формировался и рос в 1930-е. Параллельно в Нью-Йорке в это время развивались разные важные процессы, касающиеся искусства. Американское общество, для которого еще в начале 20-го века художник был ремесленником, которые запечатлевает реалистичные картины, уже пережило важную для истории искусства выставку «Арсенал» на Манхэттене (Armory Show, 1913). Там вместе с работами американских и европейских мастеров 19-го века был представлен и авангард европейского искусства начала 20-го столетия – кубизм, фовизм, экспрессионизм и другие направления. Хотя выставка была воспринята весьма противоречиво, в долгосрочной перспективе она аккумулировала ряд процессов, которые стремительно превратили Нью-Йорк в место, где пульсируют новые идеи, направления, группы художников и конфликты между ними. Развитию идей искусства, преодолевающих национализм и консерватизм, способствовало и появление еврейских художников (а также коллекционеров и критиков) из среды эмигрантов на культурной сцене. Десять таких эмигрантов в первом или втором поколении основали художественную группу “TheTen”. Бунтарские таланты, которые стремились отличаться от художников, которых прежде предпочитали традиционные галереи. Среди них был и Марко Ротко (пока еще – Маркус Роткович). 

AFP/Scanpix/LETA. Работа Марка Ротко «Без названия (Желтое и синее)» (1954). В мае 2015 года продана на аукционе Sotheby’s за 46,5 млн. долларов США. 

Американское гражданство Роткович получил в 1938 году. Позже он сменил и имя, превратившись в Марка Ротко. Следующее десятилетие для его искусства считается решающим. В этот период он временно прекратил рисовать и писал книгу, выбирал разные стили, исследовал античное искусство, пока в самом конце 1940-х годов не пришел к полному абстракционизму.

В 1943 году он вместе с художником Адольфом Готлибом опубликовал в газете The New York Times свой манифест, один из наиболее цитируемых пунктов которого гласит: «Мы отдаем предпочтение простому выражению сложной мысли. Мы выступаем за большую форму, так как ей присущ эффект однозначности. Мы хотим заново подтвердить плоскость картины. Мы поддерживаем использование плоской формы, так как она разрушает иллюзию и открывает истину». 

Как пишет автор биографии Марка Ротко (Marks Rotko, Zvaigzne ABC, 2014), французская академик Анни Коэн-Солаль, «Ротко как художник стал по-настоящему заметным с марта 1947 года, когда он начал выставлять свои работы в галерее Бетти Парсон в Нью-Йорке». Примерно в то же время он отказался от сюрреализма и мифических элементов в своих работах, создавая композиции неопределимой формы. На первых выставках он представил работы прежних лет, которые получили не слишком лестные отзывы консервативных критиков, но на третьей выставке в галерее Парсон Ротко впервые показал зрителям и критикам свои новые работы. Это были столь популярные сейчас знаменитые «мультиформы», или изображения цветовых полей. Рецензию об этой выставке для The New York Times написал критик Стюард Престон, который отнесся к работам Ротко с глубоким пониманием. 

AFP/Scanpix/LETA. Работа Марка Ротко «Оранжевое, красное, желтое» (1961). В мае 2012 года продана на аукционе Christie's в Нью-Йорке за 86,9 млн. долларов США.

В свою очередь 1949 год был решающим для искусства США. Хотя в 1930-е начались важные процессы, которые продолжались в течение следующего десятилетия, жизнь искусства в Нью-Йорке все-таки переживала застой. Под влиянием Второй мировой войны вырос интерес к европейскому искусству, и его представители по-прежнему считались наиболее выдающимися. Течения абстрактного искусства существовали, но был в подполье и не признавались. Время от времени поднималась дискуссия – что же такое «истинно американское» искусство? Отдельные публикации играли решающую роль, способствуя популярности нового американского искусства. Так в августе 1949 года Life Magazine, который издавался тиражом 5 млн. экземпляров, начал статью о Джексоне Поллоке провокационным вопросом на всю полосу – является ли Поллок величайшим художником США 20-го века? Надо признать, что основоположника техники «накапывания», «поливания» и «намазывания» краски прежде называли «декоративным» или даже «дегенератом». Осенью того же года в Нью-Йорке состоялась выставка «Интерсубъективные», где вместе были представлены уже упомянутые работы Поллока и Ротко, а также Виллема де Кунига, Адольфа Готлиба, Адольфа Рейнхарта, Брэдли Томлина, Роберта Мазервелла и других абстракционистов. А еще через пару недель в галерее Парсон открылась четвертая выставка Ротко. Ранее такие события посещали семьи авторов, некоторые любители и пара случайных прохожих. На этот раз это были деловые господа в пиджаках и дамы в длинных платьях. Эту компанию в вечер открытия выставки де Куниг назвал «крупными шишками». Новое победное шествие американского искусства началось. 

Незадолго до смерти сам Ротко назвал 1940-е «золотым веком», когда «искусство было одиноким занятием – никаких галерей, коллекционеров, критиков и денег». Это было время, когда терять было нечего, оставалось лишь найти собственное видение. И в конце этого десятилетия Ротко открыл секрет новой формы и цвета своего искусства. В дальнейшем это принесло ему и огромную славу, и эмоционально тяжелые моменты. 

Факты

I

В детстве Ротко, единственный из четырех детей в семье Ротковичей, получил строгое традиционное еврейское образование в школе Талмуда и Торы. Европейское происхождение и классическое еврейское образование в дальнейшем всю жизнь отражались и в творчестве, и во взглядах Ротко. 

II

В 1923 году Ротко бросил престижный Йельский университет, так как считал его слишком консервативным и ограничивающим. 

III

В 1936 году Ротко начал писать книгу, которую никогда не закончил. Он держал это в тайне. В 2004 году его сын Кристофер Ротко дополнил ее предисловием и опубликовал. 

IV

В 1954 году в Институте искусстве в Чикаго состоялась персональная выставка Ротко. Это было первое столь значимое учреждение. Тогда на выставке было представлено восемь цветовых полей с огромным и ярким “Nr. 10” (1952) в центре экспозиции. 

V

В 1958 году картины Ротко вместе с работами Марка Тобби, Дэйвида Смита и Сеймора Липтона представляли США на Венецианской биеннале. 

VI

Художник был женат дважды: на Эдит Сахари (Edith Sachar) с 1932 по 1937 год и на Мэл Бейстл с 1945 по 1969 год. 

VII

Во втором браке родилось двое детей – Кейт Ротко-Прайзел (1950) и Кристофер Ротко (1963), которые сейчас являются распорядителями наследия Марка Ротко. 

VIII

Уже после смерти художника в 1971 году в Хьюстоне (Техас) была открыта экуменическая капелла, где представлены 14 работ Марка Ротко, созданных специально для этого места. 

IX

Судебный процесс о правах на картины Ротко продолжался 12 лет. Это связано с фактом, что после самоубийства художника в 1970 году торговец, директор галереи Marlborough Френк Лойд присвоил 798 его работ. 

X

Во второй половине 1950-х годов Ротко получил заказ на визуальное оформление элитарного ресторана Four Seasons в небоскребе Seegram. Хотя уже была разработана идея и получен аванс, Ротко от заказа отказался, вызвав большой скандал. 

XI

В 2009 году американский драматург Джон Логан написал о деле ресторана For Seasons пьесу Red. В дальнейшем она удостоилась престижного приза Tony. В Латвии пьеса поставлена в 2014 году в Валмиерском театре (режиссер – Рейнис Суханов). 

XII

На данный момент рекорд по стоимости принадлежит картине Марка Ротко “No. 6 (Violet, Green and Red)”, которую в 2014 году за 186 млн. долларов США для частной коллекции приобрел российский миллиардер Дмитрий Рыболовлев. 

Места, где действует постоянная экспозиция работ Марка Ротко: 

Галерея «Tate Modern» в Лондоне

Вашингтонская Национальная галерея

Капелла Ротко в Хьюстоне 

Центр искусства Марка Ротко в Даугавпилсе

Густав Клуцис

Густав Клуцис, плакатист, дизайнер и художник, выдающийся представитель конструктивизма и один из основоположников принципов фотомонтажа, является одним из ярчайших символов авангарда. С уверенностью можно сказать, что без Клуциса современный графический дизайн, реклама и многие другие визуальные элементы нашей повседневности выглядели бы несколько иначе. В то же время, он принадлежал к той большой группе латышских художников, биографии которых по разным причинам разделились между родиной и другими странами, между периодами “до” и “после”. Часто они сохраняли только эфемерную связь с искусством Латвии. Жизнь Густава Клуциса тоже с почти арифметической точностью поделилась на две части между Латвией и новым советским государством, между тем местом, где он родился и вырос и тем местом, где он сформировался как выдающийся художник. 

Густав родился в Кенигской волости Валмиерского уезда в многодетной семье. Внезапная смерть отца в результате несчастного случая в 1905 году, а также арест и ссылка на 15 лет старшего брата по обвинению в революционной деятельности сильно подорвало благополучие семьи.  Возможно, именно эти события во многом повлияли в последствии на несокрушимую коммунистическую веру Клуциса. 

Интерес к искусству у него проявился уже в подростковом возрасте, но так и остался неудовлетворенным из-за недостатка средств. После двух лет обучения в Руйенской прогимназии и еще двух лет в учительской семинарии в Валмиере (1909–1913) он наконец переехал в Ригу, где поступает в Рижскую художественную школу.

Foto: Zudusī Latvija

Рига в творческой биографии Густава Клуциса стала тем местом, где он впервые получил представление о профессиональном художественном образовании. Клуцис два года учился у выдающихся художников поколения «Рукиса» – Яниса Розенталса, Яниса Тилбергса и Вильгельма Пурвитиса и освоил основы академического рисунка и живописи. Конечно, этого образования было бы недостаточно, чтобы стать художником в традиционном представлении, но этот эпизод в его биографии обозначил ту исходную точку, от которой Клуцис вскоре начнет стремительно удаляться в сторону авангарда. А пока он ютится в Казармах Екаба, занимается в помещениях Городского музея и вместе с однокурсниками пишет пленэрные пейзажи, городские виды, портреты и автопортреты. Интересно, что однокурсниками Клуциса были Екабс Бине, Екабс Казакс, Роман Сута и другие художники, которые в дальнейшем впишут свои имена в историю латвийского классического модернизма. Но у Густава Клуциса будет совсем другая дорога.

Смог бы Густав Клуцис удовлетворить свою страсть к экспериментам в рамках живописи, или он все равно стремился бы выйти за рамки традиционных форм искусства?

Первая мировая война разрушила все планы. Художественная жизнь в городах полностью остановилась, а художники большей частью разъехались по всей территории России. Рижская художественная школа в 1915 году тоже прекратила свою деятельность. Ученикам было предложено продолжить образование в более отдаленных от линии фронта художественных школах Российской Империи. Конечно, было бы очень интересно представить, что стало бы с Густавом Клуцисом, если бы не началась война? Остался бы он в Латвии, или все равно уехал бы искать спасение от творческого беспокойства в крупных художественных центрах Европы? И как дальше сложилась бы его судьба, если бы он уехал вместе с однокурсниками в пензенское художественное училище? Примкнул бы он к Рижской группе художников модернистов, стремящихся объединить традицию западноевропейской живописи с новыми французскими течениями? Другими словами, смог бы Густав Клуцис удовлетворить свою страсть к экспериментам в рамках живописи, или он все равно стремился бы выйти за рамки традиционных форм искусства?

Однако судьба, не знающая сослагательного наклонения, выбрала для него другой путь. В 1915 году Клуцис был зачислен в армию, в пехотный полк в Петрограде. Здесь он продолжал учиться в Рисовальной школе Общества поощрения художеств (1915–1917). Клуцис принял активное участие в событиях Февральской революции и Октябрьского переворота, а также добровольно записался пулеметчиком в 9 роту латышских стрелков, которая обороняла Смольный. Более того, Клуцис был одним из тех, кто охранят поезд, перевозивший советское руководство из Петрограда в новую столицу – Москву. 

В 1918 году в одном поезде с Лениным Густав Клуцис переехал в Москву, где и прошла вся оставшаяся часть его жизни. С этого момента его жизненный путь навсегда разошелся с теми латышскими художниками, которые после окончания войны вернулись в провозглашенную Латвийскую Республику. 

Демонстрация большевиков в Петрограде в октябре 1917 года.

Foto: Vida Press

Многие художники остались в советской России. Решение остаться в новом советском государстве могло быть связано с популярностью левых идей и представлением о неделимости художественной и социально-политической революции. Но нередко причиной были и романтические отношения. Для Густава Клуциса основными аргументами стали и любовь, и революционные идеи. В 1919 году он не только познакомился с  Казимиром Малевичем и начал учебу под его руководством, но и встретил молодую художницу Валентину Кулагину, которая вскоре станет не только его женой и опорой, но и поможет сохранить творческое наследие репрессированного мужа. 

В период революции и расцвета авангарда бег был главным темпом жизни. Клуцис стремительно начинает осваивать различные формы модернизма. В атмосфере непрерывного рождения всевозможных идей и художественных объединений он за два года проходит путь от постимпрессионизма до фотомонтажа. Клуцис осознано хотел исчерпать все возможности модернизма, чтобы достигнуть того предела, за которым находится его собственный художественный язык. 

Художественные мастерские авангардистов были теми лабораториями, где создавалась наша сегодняшняя реальность. Они все были немного дизайнерами, хотя не знали и не употребляли этого слова. Все стремились перейти от живописи к созданию пространственных и функциональных предметов – не изображать, но создавать новую реальность. Об этом мечтал и Густав Клуцис, который примыкал то к  супрематистам, то к их противникам коструктивистам, но никогда слепо не следовал ни за одним течением. 

Около 1918 года Клуцис создает первые фотомонтажи и конструктивистские работы. Варианты «Динамического города», для которого был введен термин «картина-вещь» обозначили переход от супрематических построений к агитационному фотомонтажу. Параллельно с родоначальником советского дизайна и рекламы Александром Родченко Густав Клуцис одним из первых осознал гигантский потенциал фотомонтажа как новой формы искусства. Фотомонтаж с помощью своего точного и лаконичного языка мог стать мощным невербальным инструментом пропаганды. Внедряя фотомонтаж в массы, Клуцис интенсивно сотрудничал с издательствами, создавая графическое оформление для книг и журналов, а также плакатов. Именно в плакате, который с 1920 годов становится одной из важнейших сфер деятельности Клуциса, ярче всего проявился его авангардный язык. В своем сочинении «Фотомонтаж как новый вид агитационного искусства» (1931) он подчеркивает, что в целях улучшения средств пропаганды нужно отказаться от рисунка и заменять его на фотографию. Фотография, по Клуцису, более правдиво и жизненно, более понятно для масс изображает тот или иной момент.

Параллельно работе над художественными проектами Клуцис преподает сначала в Государственном институте художественной культуры (ГИНХУК), затем в Высшхих художественно-технических мастерских (ВХУТЕМАС), а с 1930 года в Московском полиграфическом институте.  Пока выпущенные большим тиражом пропагандистские плакаты и фото-инсталляции гигантского размера воздействовали на массового зрителя, именно в педагогической сфере происходит тихая, но по-настоящему грандиозная художественная революция. Преподаватели и студенты отменили старый предметный мир со всеми его чертами — формами, материалами, технологиями производства — и с нуля спроектировали вместо него ту «современность», в которой мы живем до сих пор. 

ВХУТЕМАС (Высшие художественно-технические мастерские)

Несмотря на то, что Клуцис почти всю свое творчество посвятил идее строительства социализма, его авангардные эксперименты с художественной формой в 1930 годы стали причиной для обвинений в так называемом формализме.  За 20 лет, проведенных в Москве, его искусство прошло полный цикл манипуляций тоталитарной власти – от иллюзорной творческой свободы, участия в государственных проектах и официального признания до восхваления тоталитарного режима и отрицания авангарда. В условиях загнанности в рамки «социалистического реализма», теряя заказы и возможность работать, Густав Клуцис возобновляет контакты с латышским культурно-просветительским обществом «Прометей» и начинает более активно участвовать в жизни латышской общины. Членство в «Прометее» стало формальным поводом для абсурдных обвинений в участии в деятельности вооруженной латышской террористической организации. За обвинениями последовал арест и расстрел 26 февраля 1938 года на Бутовском полигоне в Москве. Трагический финал для художника, который так сильно верил в идею революции в жизни и в искусстве, что сначала превратился в пророка авангарда, а затем стал его мучеником. 

Факты

I

В 1959 году в Государственном музее латышского и русского искусства (теперь ЛНХМ) состоялась выставка работ «Художников – красных латышских стрелков».  Впервые публика увидела работы латышских художников, работавших в Москве в межвоенный период. Эти работы сохранились в семьях репрессированных художников несмотря на проводившиеся у них обыски и аресты. Среди экспонатов были и произведения Густава Клуциса. 

II

После выставки вдова художника Валентина Кулагина (1902–1987) подарила музею значительную коллекцию творческого наследия Густава Клуциса: более 350 графических работ, а также фотографии и «Альбом для эскизов» (1927–1934)

III

Истинные обстоятельства гибели художника и подлинную дату его смерти семья Клуциса узнала только в конце 1980-х годов.

IV

В 2014 году в рижском выставочном зале Арсенал прошла выставка, посвященная творчеству Густава Клуциса «Анатомия одного эксперимента». Это была самая большая ретроспектива работ художника на родине. Выставку посетили 12 092 человека. 

V

Самая значительная коллекция работ Густава Клуциса принадлежит ЛНХМ.

Места, где можно посмотреть работы Густава Клуциса

Музей современного искусства в Нью-Йорке (MoMA)

Государственная Третьяковская галерея

Музей Владимира Маяковского в Москве

Латвийский Национальный художественный музей

Вия Целминя

Вия Целминя – современная американская художница латышского происхождения. Известна, в первую очередь, своими фотореалистичными монохромными рисунками, которые с невероятной точностью воссоздают характер природных фактур – океана, пустыни или даже условной поверхности звездного неба.

Foto: 

Вия Целминя родилась 25 октября 1938 года в Риге. Несмотря на то, что уже с раннего детства она живет в США, в своей биографии она неизменно указывает «Latvian born» и по-прежнему может общаться на латышском языке. Вия была младшей из двух сестер в семье. Первые годы жизни она провела в отцовском доме на улице Бривибас (район Тейка), играя во дворе в прятки с детьми из соседних домов. Отец рассчитывал, что его доходный дом сможет обеспечить всю семью. Однако Вторая мировая война поменяла все планы и вынудила всю семью в 1944 году покинуть Латвию. 

Рига во время Второй мировой войны 

Художница рассказывает, что у нее не осталось конкретных воспоминаний об этом времени, только детские ощущения: «Самое интересное, что я не помню ни одного человека. Всю жизнь я знала людей из Латвии моего детства только по фотографиям. Мне ведь было только пять лет! Совсем не помню, как выглядела Рига. Хорошо еще, что я могу немного говорить по-латышски, хотя бы про жизнь на детском уровне. Сильно врезалось в память воспоминание о деревне, как мы помогали убирать хлеб и острые стебли от скошенных колосьев больно впивались в босые ступни. Помню природу – выпало много снега и тоннели расчищенных дорожек были с мой рост. Помню как меня ужалила пчела и я очень плакала. Еще помню, что мы были в Опере и я потеряла муфту. И как сестра заплетала мне косы – вот такие вещи я запомнила».

Конечно, хорошо остались в памяти и взрывы снарядов осенью 1944 года, когда семья ждала свой корабль в рижском порту, и ночные бомбардировки по прибытии в Германию. Целминьши получили приют у одной немецкой семьи в Эслингене, где Вия впервые пошла в школу. Уже тогда она начала рисовать, часто те вещи, которых у нее не было, но очень хотелось.

“У меня не было никаких вещей. И мне казалось, если я их нарисую, то они станут моими Детские воспоминания Вии Целмини

Foto:

В 1948 году семья эмигрировала в США – сначала в Нью-Йорк, а затем на постоянное место жительства в Индианаполис, где отец плотничал, а мать подрабатывала прачкой в больнице. Родители и старшая сестра прожили в Индианаполисе всю оставшуюся жизнь. В школе Вия, не зная английского языка, компенсировала нехватку общения рисованием: «Когда я приехала в Америку я не знала английского и пока не научилась говорить в школе все время рисовала. Все в школе говорили – это художница. Кроме этого я ничем особенно не занималась».

Vida Press. Художницы Керия Мея Вимса и Вия Целминя на мероприятии в Музее современного искусства в Нью-Йорке (MoMA) 5 июня 2017 года.

Рисование стало для Вии Целмини стало чем-то большим, чем просто детское занятие. Она училась в Технической школе Арсенал (Arsenal Technical High School) и параллельно в 1955 году поступила в Художественный институт Джона Херрона (John Herron Art Institute), который давал традиционное художественное образование: рисование с моделей, портрет и создание коллажей. Но по-настоящему мир искусства открылся для Вии в 1961 году в Йельской летней музыкальной школе в Норфолке, штат Коннектикут, где в ходе дискуссий с новыми единомышленниками она осознала, что хочет стать художницей. Целмине удалось получить стипендию на учебу в магистратуре Калифорнийского университета в Лос-Анжелесе. Калифорния стала ее новым домом до 1981 года. Затем художница перебралась в Нью-Йорк, где живет и работает по сей день.

В 1930 годах Нью-Йорк постепенно становится главным мировым художественным центром, перенимая эстафету у Парижа. Работы таких художников как Джексон Поллок, Виллем де Кунинг, Аршил Горки, Марк Ротко и других дали толчок к расцвету в США абстрактного экспрессионизма и современного искусства в целом. «Мы все хотели быть как Кунинг» – вспоминает Вия Целминя, которая осознанно не сохранила свои работы этого раннего периода. Художница хорошо понимала, что абстрактный экспрессионизм был достижением предыдущего поколения, и молодым живописцам надо искать свой визуальный язык. «В 1960-е годы в Калифорнии я искала свою технику, в живописи старалась освободиться от того, что мне чуждо. Я искала путь к созданию образа, который был бы моим». В конце концов художница интуитивно нашла свой путь.

F64. Работа Вии Целмини на выставке "Двойная реальность в Риге, 2014 год

Для Вии Целмини близкими оказались принципы минимализма. И хотя художница отказывается причислять себя к какому-либо направлению, на раннем этапе в ее творчестве сильно заметно влияние манифеста минимализма, написанного художником Эдом Рейнхардтом (Ad Reinhardt). Его «12 правил для новой Академии» предлагали художникам отказаться практически от всех художественных средств выразительности - таких как фактура, рисунок, форма, цвет, свет, пространство, время, масштаб и т.д. Объясняя свои работы, художница обращает внимание на характерную для минимализма буквальность формы, то есть произведение ничего не изображает кроме самого себя. Ее произведения эмоционально нейтральны, не пытаются ни о чем рассказать и не несут никакой символической или духовной нагрузки: «Мне не нравится, когда картина слишком много рассказывает. В таком случае она сильно привязана к реальности. Я этого не хочу. Я хочу, чтобы мое искусство было связано только с тем местом, где оно выставляется, и все отсылки были бы к самому произведению». 

Вия Целминя отказалась от всего лишнего, и ее главным средством выразительности стал тональный рисунок графитным карандашом. Искусствовед Элита Ансоне, размышляя над произведениями Целмини, задается вопросом: существует ли связь между этой любовью к серому цвету и серой тональностью латвийских пейзажей, в которых художница родилась?

Vida Press. Работы Вии Целмини “The Armory Art Show” в Нью-Йорке, 2015 год. 

F64. Работа Вии Целмини на выставке "Двойная реальность в Риге, 2014 год

В начале учебы в Калифорнийском университете художница работала в популярной в то время стилистике поп-арта, изображая обычные повседневные предметы широкого потребления. Но вопреки яркой и бравурной стилистике, как например, в работах Энди Ворхола, Целминя запечатлевала предметы тихими и «интровертными». В ее натюрмортах изображены ее верные спутники и друзья, переехавшие вместе с ней в новую мастерскую – настольная лампа и ластик. Но за исключением этого эпизода увлечения поп-артом, все искусство Вии Целмини основано на использовании фотоизображения – газеты, снимки телескопов, найденные или собственные фотографии. 

"Эти картины - не мои воспоминания, это воспоминания, которые я преобразовала. И тем не менее, это часть моей памяти."Вия Целминя

Ее искусство – это изображение изображения: «Эти изображения не являются моими воспоминаниями, эти воспоминания я переделала, но таким образом они стали частью моих воспоминаний». Тематически ее искусство варьируется в диапазоне от тем холодной войны и уличных протестов до скрупулезного копирования волн на поверхности океана или трещин в пустыне. «Выгуливая собаку и фотографируя океан, я влюбилась в эту поверхность. Когда ее рисуешь, появляется ощущение физического присутствия». 

Можно сказать, что изображение волн стало документацией внутреннего состояния самой художницы. Своим физическим трудом и психической энергией она трансформировала водную материю в другой материал, заставила графит физически срастись с поверхностью бумаги, создавая водную скульптуру в двухмерном пространстве. Одно из главных составляющих работ Вии Целмини – это подобное медитации полное осознание себя в настоящий момент, отметая все лишнее и концентрируясь на работе по проникновению в видимую реальность. И несмотря на то, что свой художественный язык Целминя обрела в послевоенной Америке в контексте авангардный направлений, она по прежнему остается ярко выраженной индивидуалисткой. Латышская обособленность, интровертность и любовь к приглушенной тональности в работах художницы ненавязчиво напоминает о ее происхождении.

В статье использовались материалы составленного Элитой Ансоней каталога «Dubultā realitāte» (Двойная реальность, 2014), а также ее интервью с художницей. 

Факты:

I

В 2014 году в Художественном музее «Рижская биржа» состоялась первая ретроспективная выставка Вии Целмини в Латвии. Выставку «Двойная реальность» посетило 19 646 человек.

II

В 2014 году работа Ври Целмини «Burning Planе» (Горящий самолет, 1965) была продан на аукционе за 3,4 миллиона долларов. Таким образом Вия Целминя попала в десятку самых дорогих художниц планеты. 

III

В 2017 году художница подарила две графические работы Латвийскому Национальному художественному музею: «Без названия. (Океан меццо-тинто)» (2016) и «Без названия. (Океан сухая игла)» (2016).

IV

Следующая объемная ретроспективная выставка Вии Целмини пройдет в конце 2018 года в Музее современного искусства в Сан-Франциско, а затем отправится в Метрополитен-музей в Нью- Йорке. Выставка будет приурочена к 80-летнему юбилею художницы.

V

В Латвии работы Вии Целмини находятся в коллекции Латвийского Национального художественного музея и Художественного салона Мукусалас.

Места, где можно посмотреть работы Вии Целмини

Музей современного искусства в Сан-Франциско

Музей Метрополитена в Нью-Йорке

Центр Помпиду в Париже

Галерея "Tate Modern" в Лондоне