Foto: LETA

Конституционный суд (КС) признал, что нормы, обязывающие самоуправления демонтировать объекты, прославляющие советский режим, частично финансируя их демонтаж из муниципального бюджета, соответствуют Сатверсме, сообщили порталу Delfi в суде.

В решении КС подчеркнул, что оспариваемые нормы закрепляют принцип непрерывности государства с целью восстановления исторической справедливости и защиты латвийской государственности.

Дело было возбуждено по заявлению Даугавпилсской городской думы. Заявитель полагает, что нормы закона "О запрете экспонирования прославляющих советский и нацистский режимы объектов и их демонтаже на территории Латвийской Республики", которые определяют порядок идентификации подлежащих сносу объектов, налагают на самоуправления обязанность по демонтажу объектов. Эта обязанность должна быть выполнена в определенный срок. Кроме того, согласно нормам упомянутого закона, демонтаж объектов частично финансируется самоуправлениями, и, по мнению Даугавпилсской думы, это нарушает принцип самоуправления, вытекающий из 1-й и 101-й статей Сатверсме.

Памятники, которые меняют память

Суд пришел к выводу, что объекты, прославляющие Красную армию, которые в оспариваемых нормах были определены как подлежащие демонтажу, были установлены с целью изменения воспоминаний и эмоций жителей Латвии о преступлениях оккупационной власти против индивидов, человечества и государственного строя и напоминания о постоянном присутствии советской власти.

Учитывая причины возникновения прославляющих советский режим объектов, а также тот факт, что муниципалитеты были связаны принципом непрерывности государства с момента принятия Декларации о восстановлении независимости, КС пришел к выводу, что еще до появления оспариваемых норм разрешались только действия муниципалитетов, направленные на предотвращение символического влияния объектов, например, снос памятников или размещение их в аккредитованных музеях. В свою очередь, в оспариваемых нормах принцип непрерывности государства конкретизирован: ограничены существовавшие ранее возможности действий муниципалитета по предотвращению символического влияния объектов и на самоуправление возложена особая ответственность за благоустройство своей территории.

Самоуправления ограничили, но соразмерно

Оценивая влияние обязанности по демонтажу объектов на выполнение автономной функции муниципалитетов, КС признал, что законодатель предоставил самоуправлениям свободу выбора способа демонтажа, планирования выполняемых работ и их продолжительности. Муниципалитетам также была предоставлена ​​возможность информировать общественность о предстоящей работе.

Наконец, компетенция самоуправлений по благоустройству территории демонтируемого объекта не ограничивалась в соответствии с пониманием муниципалитета его внешней среды. Кроме того, определение срока исполнения обязательства было мотивировано, в том числе, все более активным использованием прославляющих советскую власть объектов в пропагандистских целях и возрастающей угрозой государственности Латвии.

Таким образом, КС пришел к выводу, что установленная в оспариваемых нормах обязанность по демонтажу объектов ограничивает соразмерно автономную компетенцию местного самоуправления.

Оценивая соответствие обязательства по финансированию демонтажа объектов 1-й статьи и первому предложению второй части 101-й статьи Сатверсме, КС пришел к выводу, что для предотвращения последствий оккупации и содействия единству общества необходимо такое целенаправленное и солидарное сотрудничество между всеми уровнями государства, которое охватывало бы как прямое, так и косвенное государственное управление.

Кроме того, при исполнении обязанности по демонтажу объектов именно законодатель взял на себя самую большую финансовую нагрузку, поскольку из государственного бюджета финансируются оценка и документирование объектов, а также включение оригинальных деталей и фрагментов в коллекции Музея оккупации Латвии.

Даугавпилс — единственное самоуправление, которому было сложно заплатить за снос

Наконец, КС пришел к выводу, что заявитель является единственным муниципалитетом, который посчитал, что обязательство по демонтажу объектов причинило ему несоразмерную финансовую нагрузку. Оценивая фактическое влияние финансовой нагрузки на бюджет заявителя, КС не констатировал, что она помешала бы муниципалитету реализовать свои автономные функции или другие задачи, поскольку она было эквивалентно 0,018% от расходов, запланированных в бюджете Даугавпилса на 2022 год, или 0,02% от запланированных доходов.

Кроме того, в любом случае средства были использованы в интересах муниципалитета на улучшение его общественной среды. Как признал суд, принцип непрерывности государства, лежащий в основе обязанности по демонтажу объектов, разовый характер этой обязанности и невысокая финансовая нагрузка являются факторами, которые указывают на то, что муниципалитет имел доступ к соответствующему финансированию.

Seko "Delfi" arī Instagram vai YouTube profilā – pievienojies, lai uzzinātu svarīgāko un interesantāko pirmais!