Поскольку я буддистом никогда не был, то заходить в помещение постеснялся. Поэтому стоял возле дверного проема и наблюдал за происходящим, ожидая, пока Лхо Кунсанг сможет побеседовать.

Наконец голоса стихли, и из комнатки вышел невысокий человек в буддийских одеждах — широкой коричневой юбке, бордовой тоге, ладно сидящей жилетке, под которой был простой бежевый свитер. Завидев вашего автора, Лхо Кунсанг приостановился, улыбнулся, быстро подошел, крепко пожал мне руку и, сказав что–то по–тибетски, махнул в сторону комнаты.

"Журналист, говорить будем там", — перевел слова Ринпоче один из организаторов семинара и тут же удивленно добавил: "А мы Ринпоче не говорили, что кто–то приедет брать у него интервью". Странно… В комнате пахло восточными благовониями. В углу на небольшом столике стояли в ряд разные буддийские статуэтки. Словно из–под земли возле меня появились два тибетских монаха, один из них сказал через переводчика: "Ринпоче готовится к разговору, подождите". Подожду, конечно, как–никак люди ради десятиминутного общения с Лхо Кунсангом специально приезжают в Тибет и поднимаются в горы, а тут он сам гостит в Юрмале. И вот Ринпоче уже готов дать интервью "Вести Сегодня".

— Лхо Кунсанг, последний раз вы у нас были четыре года назад. какие новые впечатления?

— Прошлый раз я у вас жил очень мало, толком ничего и не посмотрел. Тогда ко мне приводили очень много людей, которым необходимо было помочь. Я чувствовал, что в их душах полно сомнений и переживаний. А теперь люди стали немного спокойнее, более открытыми и светлыми. Но жителям Латвии надо еще очень много над собой работать и стараться стать добрее. Во время теперешнего визита я пообщался с разными интересными людьми, хотелось, конечно, с ними поговорить побольше, но, увы, все приходилось делать через переводчиков, поскольку русский я не знаю, а у вас не владеют тибетским.

Еще я посмотрел Ригу и прогулялся по взморью, правда, там сейчас очень холодно. Мне все очень понравилось. Да, я заметил, у вас в стране стали лучше дороги, в машине приятнее ездить.

— Когда вам исполнилось пять лет, вам сказали, что вы — перерожденец Будды, и — что почувствовали?

— Ничего особенного, — улыбнувшись, признался Лхо Кунсанг. — Я не начал летать, ходить по воде или исцелять взглядом. Хотите честно, я никогда не считал себя каким–то воплощением Будды. В 1947 году мне исполнилось пять лет, и 16–й кармапа (глава школы тибетского буддизма, равный далай–ламе. — И. М.), прогуливаясь вблизи моего дома, подошел к родителям и сказал, что я перерожденец одного из великих лам. Особых мыслей у меня по этому поводу не возникло, но стал изучать буддийские трактаты. А в девять лет я пошел в монастырь, где, когда вырос, получил сан Ринпоче. Потом долго обучался тибетской медицине, а спустя годы получил научную степень доктора. Но, когда чувствовал необходимость, уходил подальше от людей и жил отшельником в пещерах.

— Вы все время путешествуете, устаете, наверное. А не хотите бросить все и вернуться назад в горы Тибета?

— В моем возрасте путешествовать, когда тебя везде перевозят и люди все время помогают, кажется, уже проще, чем сидеть в пещере. Я очень много лет провел в отшельничестве, получил необходимые знания, но теперь должен помогать всем, кому это требуется. Хотя, если честно, порой у меня возникают мысли вернуться в пещеры, но я их гоню прочь. Мне вообще–то очень нравится путешествовать. А самые замечательные места в мире, как мне кажется, в Индии — это край Бодгая, где Будда достиг просветления, а в Китае — Гора С Пятью Вершинами.

Еще мне очень хочется поскорее побывать в России, это действительно великая страна, а русские очень сильны духом.

— Расскажите о времени китайской культурной революции.

— Это было очень страшное время, когда многие великие ламы были убиты или попали за решетку, храмы оказались разрушены, а древние трактаты сожжены. Но по ночам я, сколько мог, вывозил и прятал древние реликвии. И так получилось, что власти меня не трогали, даже не угрожали. А теперь ко мне приходят за знаниями и здоровьем даже некоторые люди из правительства Китая. Если им действительно нужна моя помощь, то никогда не отказываю. У меня есть и ученики из правительства этой страны.

— У вас есть один ученик, известный актер Джет Ли, ставший в 11 лет чемпионом Китая по кунг–фу.

— Да, он очень благородный человек. Я с ним познакомился случайно в 1998 году на семинаре в Гонконге. У человека были большие проблемы с желудком, но я ему помог избавиться от язвы. А потом, после множества занятий, стало ясно, что Джет Ли — один из самых лучших моих учеников. Он очень сильный буддист, много практикует и иногда уже сам лечит других людей, которые готовы принять три драгоценности древней тибетской философии: Будду, дхарму (учение) и сатху (жизнь в общине), а потом стараться не совершать ничего плохого и изучать трактаты. Кстати, у меня очень много учеников–христиан, ведь буддизм — это не религия, но — учение.

— Сейчас все чаще в мире случаются большие войны, а ученые, дай им только повод, тут же пророчат конец света. Что вы, как перерожденец Будды, скажете по этому поводу?

— Хочется верить, люди вскоре станут терпимее друг к другу. Но конец света произойдет не скоро, огромные метеориты, которыми так часто пугают разные ученые, на Землю не упадут. И чем меньше люди будут думать о плохом, тем лучше.

— Спасибо за беседу.

Source

Вести сегодня
Заметили ошибку?
Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter!

Категорически запрещено использовать материалы, опубликованные на DELFI, на других интернет-порталах и в средствах массовой информации, а также распространять, переводить, копировать, репродуцировать или использовать материалы DELFI иным способом без письменного разрешения. Если разрешение получено, нужно указать DELFI в качестве источника опубликованного материала.

Comment Form