LTV7: Дети в дом, деньги в детдом. Как живется усыновителям
Foto: Shutterstock

Жительница Огрского района усыновила младенца и попала в ситуацию, которая вскрыла странное распределение госфинансирования. Оказывается, государственную дотацию в 1000 евро за ребенка получает детский дом, а не семья, которая взяла ребенка на воспитание, сообщает Русское вещание LTV7.

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама

В очереди за малышом Илона (имя изменено) стояла пять лет. И вот наконец ей передали на усыновление мальчика, оставленного в бэби-боксе. Но у малыша оказались проблемы со здоровьем. Илоне пришлось уйти с работы.

Доадопционный период (прежде чем ребенок официально будет считаться усыновленным) длится шесть месяцев. Все это время ребенок живет у новой мамы, привыкает к ней. Но в то же время он приписан к определенному Государственному центру социального ухода. И все эти шесть месяцев приемная мама не может претендовать на декретный отпуск. Илоне пришлось взять на работе бессрочный неоплачиваемый отпуск.

На эти полгода предусмотрено государственное финансирование. На здорового ребенка — 1130 евро в месяц, а если у ребенка проблемы со здоровьем — 1700 евро. Деньги, положенные Илониному сыну, получает Центр социального ухода "Рига", филиал "Плявниеки", к которому ребенок приписан.

"От детдома я получаю на питание от 26 до 38 евро", — говорит Илона. Женщина обратилась с жалобой к омбудсмену. И вот что выяснилось.

"Мы констатировали, что Центр государственного социального ухода, отдавая ребенка потенциальному усыновителю, полгода предадопционного периода платит деньги на содержание значительно меньше, чем установлено правилами Кабинета министров", — говорит омбудсмен Юрис Янсонс.

По заявлению омбудсмена министр благосостояния Янис Реирс издал распоряжение для всех учреждений социальной опеки. "Минимальный размер оплаты на содержание ребенка до семи лет составляет 95 евро. И ребенку после семи лет это 114 евро", — отмечает Янсонс. Однако это только 10% от того, что получают центры за ребенка, которого у них по сути нет.

"Какая-то несущественная сумма перечисляется потенциальному усыновителю и тысяча или полторы остается в распоряжении учреждения. За что? За то, что там нет этого ребенка? И мы удивляемся, что у нас в госбюджете не хватает средств!" — возмущен омбудсмен.

Директор Департамента социальных услуг Министерства благосостояния Максим Иванов объясняет ситуацию так: "Персонал не совсем пропорционален количеству детей. Не значит, что как только ребенка забрали, мы увольняем этого сотрудника и как бы всю его зарплату отдаем. Но такой принцип предусматривают поправки в законе, который вступит в силу 1 января 2019 года: деньги следуют за клиентом".

В Министерстве благосостояния говорят, что политика отказа от детских домов реализуется. Однако они не торопятся отдавать деньги тем, кто будет непосредственно воспитывать детей. В будущем новые родители таких детей смогут рассчитывать только на 30% от суммы госдотации. Остальное они получат в виде услуг.

"Получит деньги самоуправление на конкретного ребенка. Допустим, усыновитель взял ребенка с инвалидностью. Такому ребенку что нужно? Финансирование ухода, реабилитационные услуги. Самоуправление будет обязано организовать эти услуги. И на это оно получит госдотацию", — пояснили в Минблаге.

Ну а центры по социальному уходу держат оборону, как могут. Ведь от них уплывают деньги. "С какой целью берут ребенка? Для души, для сердца, чтобы помочь? Или чтобы доставить себе удовольствие или заработать на этом?" — риторически вопрошает руководитель Государственного центра социального ухода Rīga Инесе Паудере.

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form