Артемий Троицкий. Еще один кавказский пленник
Foto: RIA Novosti/Scanpix

Все российские политики (кроме заядлых оппозиционеров), большие и малые начальники, крупные бизнесмены и видные деятели культуры - все они очень дисциплинированы. Они знают, что у страны один лидер и у государства - один голос. Голос Владимира Владимировича Путина.

Делать всякие интересные заявления или совершать важные поступки можно только по отмашке или по согласованию с Главным. Изредка бывает, что кто-то сболтнёт лишнего - ну, например, недавно на одном экономическом форуме глава Сбербанка Герман Греф поведал, что Россия проиграла соревнование в экономике и технологии, и находится сейчас в положении, как он выразился, страны-дауншифтера. При том, что ничего нового Греф не сообщил, это стало сенсацией: тут же разразился скандал, и какие-то депутаты потребовали отправить недостаточно патриотичного банкира в отставку... Однако из этого универсального правила существует удивительное и вопиющее исключение; зовётся оно "Рамзан Кадыров". Довольно молодой человек, глава Чеченской республики, он позволяет себе публичные высказывания и поступки, которые больше себе в Российской Федерации не позволяет никто - в том числе и сам В.В. Путин. Скромный Кадыров любит говорить, что он в России "первый после Путина", однако в народе многие сомневаются, что "после".

Чтобы понять, откуда взялся такой статус - короткая историческая справка. Первая чеченская война (1994-1996) закончилась унизительным для России перемирием и фактическим признанием независимости Чечни-Ичкерии. Победа во второй войне (1999-2005) вроде бы, осталась за Россией - но только номинально. Чечня формально признала себя частью РФ, но на своих, и весьма привилегированных, условиях: российские законы на территории республики де-факто не действуют, чеченская элита получила статус неприкасаемых, а главное - Москва платит Грозному гигантскую дань, десятки миллиардов каждый месяц. Фактически, Кремль просто купил - точнее, взял в аренду - лояльность могущественного клана Кадыровых, и вновь на крайне унизительных для России условиях. Зато это позволило Путину объявить себя победителем и заверить народ, что он "навёл порядок" на Северном Кавказе.

Своего рода "порядок" в Чечне, действительно, существует: сейчас это маленькое феодально-тоталитарное государство, где оппозиция и гражданские институты жестоко подавлены, царят культ личности Рамзана Кадырова, суннитский ислам и законы шариата. Как всякий диктатор, Кадыров любит декларировать всенародную любовь и поддержку себе и своему режиму; недавно свезли в центр Грозного около ста тысяч человек, но заявили, что был миллион - вся Чечня. На самом деле, если поддержка Кадырова и существует, то держится она на страхе, беззаконии и шантаже. Шантаж такого рода: если не я, внушает Рамзан соплеменникам, то снова придут русские войска - и опять начнут убивать, насиловать и грабить. (Разумеется, эта риторика не распространяется за пределы Чечни). Нетрудно догадаться, какое из этих двух зол уставшие от войн чеченцы считают меньшим.

Эта система неплохо работала около десяти лет: на полученные из Москвы деньги Кадыровы - старший и младший - не только восстановили разрушенный Грозный, но и построили самую, вроде бы, большую в Европе мечеть, организовали и превосходно оснастили многотысячную армию, никак не подчиняющуюся Министерству обороны РФ, да и себя не обделили предметами роскоши. Перепадает от щедрого (за деньги российских налогоплательщиков) Рамзана и русским поп-знаменитостям - из чеченских гостей они возвращаются с ценными подарками - кому Harley Davidson, а кому и Porsche Cayenne... Год-полтора назад кадыровская dolce vita начала давать сбои. Это связано, как минимум, с двумя обстоятельствами.

Во-первых, важно знать, что далеко не вся российская элита обожает Кадырова. Фактически, покровитель и благодетель у Рамзана один-единственный - президент Путин. Большинство же его тихо ненавидит - и в первую очередь это относится к так называемым "силовикам" - ФСБ, МВД, военным. Они не забыли того, что нынешний правящий клан противостоял им в первую чеченскую кампанию, и прекрасно осведомлены о том, что в армии Кадырова состоят, в-основном, бывшие(?) боевики. Привилегированный статус выскочки из недавних врагов их, мягко говоря, не радует.

Очень популярная, хотя и отдающая конспирологией теория гласит, что убийство Бориса Немцова, совершённое чеченскими спецназовцами, было поощрено и проходило с ведома московских силовиков - с тем, чтобы скомпрометировать Кадырова а глазах Путина. И Путин, действительно, был крайне разозлён наглым убийством в двух шагах от Красной площади... В пользу этой версии говорит и то, что исполнители покушения были быстро и эффективно пойманы, а когда дело дошло до организаторов и заказчиков, всё встало - по-видимому, вмешался Кремль.

Второй фактор беспокойства и нестабильности на чеченском фронте - общая тяжёлая экономическая ситуация в России. Путину явно уже не хватает денег, чтобы выплачивать Рамзану Кадырову и компании обещанную дань. Именно поэтому, надо полагать, в конце прошлого года Чечне отдали все местные месторождения нефти, отобрав их у могущественной "Роснефти" - не получается валютой, будем платить оброк натурой... А дальше чем? Оппозиционер Алексей Навальный уверен, что Кадыров выжимает из России последние бюджетные деньги, а когда они кончатся, просто возьмёт и объявит независимое исламское государство: сильная армия есть, страна восстановлена...

И вот, чтобы доказать свою лояльность центральной власти, а заодно поиграть мускулами, глава Чечни и его ближайшие соратники недавно сделали несколько весьма эксцентричных и шокирующих заявлений: сначала набросились на российскую оппозицию, назвав её "врагами народа" и призвав истреблять, как "шакалов". Затем, видимо, для иллюстрации этого тезиса, Рамзан Кадыров разместил в своём инстаграмме видео известного анти-путинца Михаила Касьянова в оптическом прицеле снайперской винтовки. А чуть позже и собственное изображение со снайперским оружием. Надо сказать, что при всех странностях российской политической жизни, такой угрожающей риторики и таких трюков у нас себе не позволял даже такой мастер страшилок и популистской клоунады, как Владимир Жириновский. Кадыров, несомненно, подставился - его брутальность не смогли оправдать даже федеральные телеканалы, а среди всех прикормленных депутатов и артистов набралось всего полдюжины поддержавших. К тому же, сделал себя уязвимым: если теперь с Касьяновым что-то (не дай бог!) случится - он станет первым подозреваемым. Однако мало того, что горячий чеченский парень навредил себе - он и своего патрона, президента Путина, поставил в затруднительное положение.

Ситуация с Кадыровым для Путина, действительно, двусмысленная и неприятная. Как говорил товарищ Саахов в кинокомедии "Кавказская пленница" - "Мне отсюда два пути: или в ЗАГС, или под суд". Если президент "сливает" своего зарвавшегося ставленника, положение дел в Чечне становится непредсказуемым, вся бравада по поводу "победы" и "наведения порядка на Кавказе" идёт насмарку, возможна новая война. Если же он публично поддерживает "патриота России" Рамзана, то: а) усиливает раздражение влиятельных силовиков, что может быть чревато чем угодно; б) рискует "вдохновить" других глав регионов на проявления беззакония и самоуправства; в) пойдёт против общественного мнения - и не только оппозиции, но и большинства россиян, относящихся к "кадыровщине" без всякой симпатии. Пока что Владимир Путин делает то, что делает всегда в затруднительных и невыгодных для него ситуациях: ничего. Ждёт, по-видимому, что как-то оно само собой "рассосётся". Может быть, и пронесёт. Но что-то подсказывает мне - так просто эта интрига не закончится, и пресловутая парочка Николай II / Григорий Распутин ещё вспомнится нам сто лет спустя.

Source

Tags

Артемий Троицкий
Заметили ошибку?
Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter!

Категорически запрещено использовать материалы, опубликованные на DELFI, на других интернет-порталах и в средствах массовой информации, а также распространять, переводить, копировать, репродуцировать или использовать материалы DELFI иным способом без письменного разрешения. Если разрешение получено, нужно указать DELFI в качестве источника опубликованного материала.

Comment Form