Бедные, маленькие или язык мешает?

Кристина Худенко

Почему вузы Латвии так далеки от «золотой сотни»

20 тысяч вузов со всего мира сражаются за позиции в главных рейтингах высшего образования. Эстонии удалось попасть в третью сотню, Литве — на 500-е места, Латвия остановилась на  800-х. Значит ли это, что латвийские вузы уступают соседним странам? Нужно ли гнаться за высокими местами в рейтингах? И что вообще такое эти рейтинги — дань моде или черная дыра, через которую страна теряет мозги и деньги?

Эксперты

Индрикис Муйжниекс, ректор Латвийского университета (ЛУ).

Юрис Ильинс, эксперт по университетским рейтингам Рижского технического университета (РТУ).

Айгарс Петерсонс, ректор Рижского университета им. Страдыня (РСУ).

Эрик Пуура, проректор по развитию Тартуского университета.

Индрикис Крамс, гостевой профессор из Латвии Тартуского университета.

Андрейс Раухваргерс, руководитель Агентства качества высшего образования.

Янис Пайдерс, руководитель отделения стратегии смарт-специализаций Министерства образования и науки Латвии.

Роберт Килис, экс-министр образования, профессор Стокгольмской школы экономики (SSE).

«Просто бизнес», «не для таких маленьких стран, как наша», «не самоцель». О рейтингах вузов можно отзываться как угодно пренебрежительно, но факт остается фактом — все больше студентов делает выбор в пользу «котирующихся» учебных заведений. Да, зачастую стоимость обучение в них выше, а жизнь в чужой стране дороже, но для молодых и амбициозных «рейтинговый» вуз — это гарантия качества. Для вуза же место в рейтинге — вопрос репутации и узнаваемости. К лидерам стекается больше денег, туда охотнее едут лучшие ученые (преподавать и заниматься наукой), их охотнее выбирают самые сильные иностранные студенты.

Латвия от соседей пока отстает. Надо рваться вверх, но как? Поднять финансирование, оптимизировать систему, снять языковые барьеры? Портал Delfi собрал мнения экспертов и представителей трех крупнейших вузов Латвии — Латвийского Университета (ЛУ), Рижского технического университета (РТУ) и Рижского университета имени Паула Страдыня (РСУ), а также Университета Тарту и других специалистов.

Слишком дорого для Латвии?

Справедливости ради, Латвия в рейтингах выглядит не так плохо: места в восьмой сотне среди 20 тысяч вузов по всему миру — вполне достойный результат. Однако соседи — Литва и, особенно, Эстония — намного выше. Нужно ли Латвии вступать в гонку, или у нашей страны особый путь?   

«Рейтинги — не самоцель. Они, в основном, отражают качество образования и науки в стране. Но надо иметь в виду, что многие критерии напрямую связаны с финансированием», — убежден представитель МОН Янис Пайдерс. Он предлагает внимательно изучить, кто входит в «золотую сотню»: «Великобритания и США — традиционные лидеры образования. Швейцария не может жаловаться на нехватку денег; Франция, Нидерланды, Германия, Бельгия и Дания — тоже не бедные страны. Будем честны, Латвия — это другой масштаб. Наш ближайший ориентир — Тарту, но и там многое решили инвестиции. Для 800-х мест в рейтингах у наших РТУ, РСУ и ЛУ очень адекватный объем госфинансирования: около 2,5 тысяч евро на студента в год. В Тарту он почти втрое больше. Сюда входят и деньги от заказов частного сектора, но большая часть — госфинансирование. 

Вот вам и ответ: хотим подняться — надо платить. Это очень дорого!»

Руководитель руководитель Агентства качества высшего образования Андрейс Раухваргерс считает: чтобы разобраться, зачем нужны рейтинги, нужно понимать историю их возникновения. «Например, Шанхайский рейтинг ARWU в 2002 году запустило китайское правительство, чтобы отправить выпускников школ в лучшие мировые вузы, а потом вернуть в страну. Критерии были направлены на то, чтобы вырастить новую элиту Китая. Обычные студенты никого не интересовали. Результат — Китай сильно вырвался вперед».

Три главных рейтинга

Times Higher Education (THE).

Оценивает по качеству преподавания и исследовательской деятельности, уровню знаний и инноваций, эффективности и качеству материальной базы. В нем Университет Тарту находится на 301-350 местах, Вильнюсский и Таллинский технический университеты — на 601-800-х. Из латвийских: РТУ — 801-1000, ЛУ — 801-1000.

QS World University Rankings (QS).

Оценивает по уровню исследовательской деятельности (важна цитируемость научных работ в международных журналах), преподаванию, мнениям работодателей и карьерному потенциалу, количеству иностранных студентов и преподавателей. Тут Университет Тарту на 321-м месте, Вильнюсский университет — на 488, Вильнюсский технический — 581-590, Таллинский технический — 601-650, Каунасский технический - 751-800. Из латвийских: РТУ — 751-800, ЛУ — 801-1000, РСУ — 801-1000. 

Academic Ranking of World Universities (ARWU, Шанхайский)

Больше всех сфокусирован на научной и академической деятельности вузов, чтобы снизить влияние особенностей национальных систем образования на итоговую оценку. Туда входит всего 800 вузов. Из балтийских — только Университет Тарту.

Вообще же рейтинги вузов — изобретение англоязычного мира. Французы поначалу игнорировали моду, но позже, поняв, что никто их научные труды специально переводить на английский не будет, стали подтягиваться. В Швеции поначалу в рейтинги попадали крупнейшие вузы, затем появились и небольшие… «Я эти рейтинги ненавижу, — признается Раухваргерс. — Но нам там нужно быть. Все студенты и научный персонал на них ориентируются».

Не поднимемся — потеряем деньги и молодежь

С тем, что рейтинги важны, согласен и экс-министр образования, социоантрополог Роберт Килис. В свое время он не смог довести до конца масштабную реформу вузов, направленную в том числе и на повышение конкурентоспособности латвийских университетов. Килис уверен, что если Латвия не сумеет подняться в  рейтингах, то потеряет и местную, и приезжую молодежь. Студенты будут стремиться в вузы, дипломы которых обещают хорошую работу и достаток. «Высокое место в рейтинге — это лучший доступ к финансам и возможность приглашать сильных специалистов, которые повысят внутренние стандарты. Вузы должны знать, куда стремиться, а не бездействовать, жалуясь на низкое финансирование», — настаивает Килис.

Юрис Ильинс. Пресс-фото.

По мнению представителя РТУ Юриса Ильина, если вуз входит в число трехсот лучших, то для глобальных корпораций уровня Microsoft и Google сотрудничество с ним — честь. Репутация притягивает и многомиллионные научные проекты: крупные заказчики (например, Еврокомиссия) не сомневаются в том, что топовый вуз реализует проект должным образом. Ильинс приводит цифру: общий оборот предприятий, созданных  выпускниками Массачусетского технологического института (таких около 30 000) превышает ВВП Канады. 90% этих предприятий основаны в США.

Ректор ЛУ Индрикис Муйжниекс относится к рейтингам с иронией: он полагает, что они стали чем-то вроде моды. «Общее ощущение такое, что если ты не там, то тебя как будто и нет вовсе», — говорит он, отмечая, что ЛУ вполне мог бы войти в число 400-500 лучших вузов планеты. Надо только проанализировать ситуацию и грамотно поставить цели.

По мнению Андрея Раухваргерса, даже если государство резко увеличит финансирование, никакого волшебства сразу не произойдет: «Надо отдавать себе отчет в том, что невозможно поставить цель, вложить деньги и силы, а на следующий год подпрыгнуть в рейтинге. Там отражаются усредненные результаты за последние пять лет. Если до этого четыре года ничего выдающегося не происходило, то надо трудиться и вкладывать снова и снова, пока не достигнешь цели. 

А за это время государство и та же пресса скажут: им дали денег, а результата нет. И все получат по голове».

Ректор Рижского университета Страдыня Айгарс Петерсонс тоже считает, что рейтинги важны, но призывает к осторожности: «Вузы — это настолько сложные организации, что определение достижений в одной цифре представляет их работу примитивным образом. Это слабая сторона рейтингов…» Он уверен, что вступление в Евросоюз открыло для латвийских вузов множество возможностей: «Три наших вуза вошли в первую тысячу рейтинга QS. Значит, Латвия на правильном пути, надо продолжать. Но пока госфинансирование у нас явно недостаточное — в Литве и Эстонии оно намного выше».

Языковые ограничения — мешают или нет?

Два года назад из-за проблем с государственным языком закачались кресла под ректорами Рижской высшей школы права Мэлом Кенни и Стокгольмской школы экономики в Риге Андерсом Палзовым. Обоих спасло лишь то, что оба вуза находятся в особом юридическом статусе. В государственных вузах латышским языком должны владеть не только ректоры, но и любой иностранный профессор, который решил преподавать в Латвии (на изучение ему дается год). Впрочем, отдельные лекции и даже полугодовой курс на английском сегодня вполне законны. Но достаточно ли этого?

Роберт Килис. Фото LETA

«Ну какие языковые ограничения могут быть в науке!? Плевал я на них с самой высокой крыши, — возмущен профессор Стокгольмской школы экономики Роберт Килис. — Все языковые барьеры необходимо снять. Включая русский, а не только европейские языки. Наука и образование не могут быть национальными. Конечно, будут ученые, деятельность которых направлена на исследование и развитие латышского языка. Это правильно и хорошо. 

Но в остальном у меня даже органа нет, чтобы понимать языковой аргумент»

Представители крупнейших государственных вузов более сдержанны в высказываниях, хотя и не отрицают: язык мировой науки — английский. Ректор ЛУ Индрикис Муйжниекс считает, что «наши специфические языковые требования — это ни в коем случае не главный фактор, который ослабляет вузы». По его мнению, статуса приглашенного на срок до года профессора вполне достаточно, чтобы прочитать курс лекций на английском. С этим согласен ректор РСУ Айгар Петерсонс: «Уже в рамках нынешнего законодательства у нашего университета получается попадать в рейтинги QS, U-Multirank и Webomterics, а также успешно привлекать к работе приглашенных профессоров и иностранных студентов».

РТУ традиционно больше ориентирован на иностранных студентов. Юрис Ильин считает, что возможность брать на постоянную работу англоязычных профессоров и исследователей — важное условие для продвижения в рейтингах. «Один из главных показателей рейтингов оценивает количество привлеченного из-за рубежа академического персонала. Министерство уже сделало хороший шаг в этом направлении, но надо идти дальше — активнее интегрировать английский в вузовскую среду. В Эстонии ведь этого не боятся», — считает он.

Над проектом работали: Кристина Худенко (автор), Наталия Шиндикова (иллюстрации), Анатолий Голубов (редактура), Карина Ляшук (IT), Эгита Пандаре (перевод).
DELFI использует cookie-файлы. Если вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете DELFI разрешение на сбор и хранение cookie-файлов на вашем устройстве.