Foto: Publicitātes foto

На востоке Украины не просто изменился ветер войны — сюда надвигается шторм. "Мы знаем, что нас ждет", — говорит Мария, упаковывая телевизор в своей квартире в городе Константиновка. Она отправит его доставкой в Киев, после чего уедет туда вместе с сыном. "Мы целый день ходим невыспавшиеся, у нас плохое настроение, панические атаки, постоянная депрессия. Нам страшно".

Это перевод репортажа корреспондента BBC Джеймса Уотерхауса. Оригинал текста на английском языке можно прочитать здесь.

В феврале Россия захватила стратегически важный город Авдеевка в Донецкой области. С тех пор захватчики продвинулись дальше на запад и взяли несколько деревень. Украина заявляет, что ее военные "держатся". Но российские войска сейчас атакуют на пяти участках вдоль линии фронта протяженностью 1100 км.

Именно здесь, на востоке Донбасса, защитники Украины подвергаются самым суровым испытаниям. Жители таких городов, как Покровск, Константиновка и Краматорск, оказались перед реальностью быстро приближающейся линии фронта и угрозой оккупации.

Жизнь Марии и ее матери Татьяны становится все сложнее по мере продвижения россиян. В их городе все больше признаков приближающейся угрозы, находящейся всего в 30 км. Почти на каждой улице есть поврежденные здания. Рабочие заменяют позолоченные панели на куполах церкви после того, как их сорвало взрывной волной от ракетного удара по расположенной рядом железнодорожной станции.

Тревога наполняет холодный воздух этого города, который когда-то был частью одного из крупнейших промышленных районов Советского Союза. Россия медленно разрушает города Украины, пытаясь их захватить. Этого здесь боятся больше всего.

Мария объясняет, что ее мама Татьяна остается здесь, но уверена, что в конце концов она последует за ней. "Я уже дважды уезжала, какой смысл?" — говорит Татьяна и предлагает нам тапочки, что объясняет безупречную чистоту в ее квартире, находящейся за углом.

"Везде страшно. Вся страна в огне". На ее глазах выступают слезы. Одно дело — оставаться в своем доме как можно дольше, другое — оказаться перед угрозой смерти или российской оккупации.

Если вся Украина — зона боевых действий, то Донецкая область вместе с четырьмя другими регионами страны — поле боя. Близость самых горячих точек этого конфликта чувствуется тут везде: и в густых донецких лесах, и в просторных, холмистых степях.

Шквальный огонь слышен даже на расстоянии 40 км, отдаленные звуки артиллерии не смолкают. С одной из точек хорошо видно, как постепенно сокращается украинская территория. Клубы дыма поднимаются со стороны Авдеевки, города, который Россия недавно захватила, и Горловки, которую она контролирует с 2014 года.

Железнодорожный вокзал в Константиновке, некогда крупный прифронтовой транспортный узел, в феврале был разрушен российским ракетным ударом

Россия использует свои размеры, превосходство в воздухе и большие запасы боеприпасов, чтобы продолжать наступление, в то время как западная военная помощь Украине иссякает или задерживается из-за внутриполитических разногласий.

Рядом находится широкая долина с несколькими водоемами. Именно этот природный ландшафт, по словам украинских военных, позволит войскам стабилизировать линию фронта. Возможно, после недавних хаотичных отступлений украинские генералы готовы временно уступить территорию в надежде, что ее можно будет освободить в долгосрочной перспективе.

Около линии фронта остается и небольшое число людей, которых украинцы называют "ждунами". Это уничижительное слово они применяют по отношению к тем, кто настроен пророссийски и ждет оккупации. Но оно не относится ко всем, кто игнорирует предложения об эвакуации. Некоторые просто не хотят покидать свои дома и уже привыкли к постоянной опасности.

Валерий не из числа "ждунов". После того, как его дом в Торецке дважды чуть не обстреляли, он соглашается на эвакуацию и вместе с внуком Денисом и вещами едет в пункт сбора.

Российские войска — всего в 5 км. Соседи Валерия желают ему всего хорошего, но все равно отказываются уезжать. Он с внуком садится в бронированную полицейскую машину.

"Я свою жизнь прожил, — говорит нам 67-летний мужчина на другом конце своего маршрута, в Константиновке. — Но ребенка надо спасать". "Я 20 лет проработал в шахте, поэтому ничего не боюсь, но за него переживаю", — добавляет он. 14-летний Денис одобрительно кивает. "Последний из моих друзей уехал три недели назад", — говорит подросток.

Для семей с детьми эвакуация из прифронтовых населенных пунктов обязательна. Несмотря на это, 15 детей все еще остаются в Торецке.

Антон Пронь из эвакуационного отряда полиции "Белые ангелы", помогающего вывозить людей из прифронтовых городов, рассказывает, что ситуация ухудшается с каждым днем. "Постоянно идут обстрелы, работает артиллерия, — говорит он. — Авиация противника работает постоянно. Россияне сбрасывают бомбы на жилые дома".

Железнодорожный вокзал в соседнем Краматорске сейчас — конечная станция как для прибывающих войск, так и для нагруженных сумками жителей, которые все чаще решают уехать. Отдаленные раскаты артиллерии служат напоминанием, почему.

Пары долго стоят в объятиях на платформе, по обе стороны которой выставлены грузовые поезда для защиты в случае ракетного удара. В 2022 году от такого удара здесь погиб по меньшей мере 61 человек. Асфальт до сих пор испещрен следами от осколков.

Мы встречаем Аллу, которая ждет поезда в Киев. "Год назад мы думали, что получим помощь от Запада и что наше контрнаступление сработает, но теперь это не так, — говорит она. — Раньше люди верили, а сейчас нет".

Украина надеется, что когда-нибудь ее восточные земли снова станут безопасным местом для жизни. Пока непонятно, куда будут возвращаться эти уезжающие пассажиры.

И если российское наступление в Донецкой области будет набирать обороты, станет еще сложнее ответить на вопрос, где остановятся захватчики.


Материал подготовлен при участии Анны Черноус и Скарлетт Бартер.


Фото: BBC News

Seko "Delfi" arī Instagram vai YouTube profilā – pievienojies, lai uzzinātu svarīgāko un interesantāko pirmais!