Māris Zanders, Pans Kleksis
Foto: LETA

В последние недели публичные дебаты о прекращении или ограничении торговли ВНЖ ведутся, в основном, между правящими партиями, что неизбежно накладывает на них свою печать (риторика, использование темы для других целей и т.д.).

Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама

Но некоторые часто звучащие тезисы заслуживают комментариев (конечно же, также неизбежно субъективных).

Переживать якобы не стоит по той простой причине, что недвижимость нельзя "унести". Она все равно останется в Латвии. Несомненно. Однако недвижимость (в т.ч. земля, лес) — это не только ресурс, который невозможно переместить. Это еще и объективно ограниченный ресурс. И у жителей Латвии — крестьян, покупателей квартир — нет и не будет легитимных возможностей когда-либо сказать новым владельцам этих ресурсов: знаете, наша покупательская способность улучшилась, теперь нам самим нужно — будьте так добры, продайте "обратно". И желательно без наценки. Конечно, в случае жилья ситуацию можно решить, просто построив новое. Можно, но трудно прогнозировать, не приведет ли это к очередному переизбытку. Можно понадеяться, что через х лет покупатели ВНЖ переедут в другое место, изменят планы, а жилье вернется на рынок. Можно, но рискованно.

Жалобы якобы неуместны еще и потому, что ни Юрмала, ни Рига никогда не были латышскими. Хорошо. Но означает ли это, что не стоит думать также про Даугавпилс, восточную границу Латвии и другие края — ведь и там национальный состав всегда был пестрым. Как есть, так есть. Например, в 19-м веке в Риге не-немцы населяли, в основном, предместья. Тогда так и надо сказать: "аборигены" живут за пределами "тихого центра", района югендстиля. И все. А если без иронии, то логика все равно непонятна, ведь по сути выражается поддержка неофициальным анклавам на территории страны.

К тому же, вряд ли стоит делать акцент на угрозу для латышей. Определенный дискомфорт эта торговля может вызвать и у нелатышей. Хотя бы в плане все той же скупки недвижимости, ведь местные русские, украинцы и другие в конце концов тоже могут захотеть что-то купить.

Нервничать из-за покупателей ВНЖ якобы нет смысла, если учесть, сколько латвийцев уехало, а также то, что не хватает рабочих рук. Если честно, довольно трудно представить, как эти покупатели видов на жительство идут заполнять вакансии у станков или кассовых аппаратов…

Приезжие якобы сами создают рабочие места. Это утверждение проверить сложно. Вполне возможно, они действительно обеспечивают спрос в сфере обслуживания (рестораны, и другой сервис для довольно состоятельных людей). Вопрос в том, продолжаем ли мы настаивать, что Латвия — это место, где мы что-то друг другу продаем, но не особо увлекаемся производством.

Латвия якобы не такая богатая, чтобы выбирать. Случилось так, что The Economist на этой неделе посвятил одну публикацию европейскому рынку торговли визами/ВНЖ. Даже Македония, экономическое положение которой кажется худшим, установила порог в 400 000 евро, а полуразорившийся Кипр — 2,5 млн. евро (53 стр.)…

Вполне возможно, дискуссии о ВНЖ сейчас слишком нервные и политизированные, но это еще не значит, что этот вопрос неважен, и что его не нужно решать уже в ближайшее время.

Перевод DELFI. Оригинал здесь

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form