Foto: Privātais arhīvs

30 сентября в Рижском Доме еврейской общины пройдет встреча с Михаилом Козыревым "НЕмой рок-н-ролл". Это будет разговор о срастании музыки и власти, как все начиналось и к чему привело.

Михаил – один из известнейших и успешных российских медиа-менеджеров, музыкальный критик, продюсер, теле- и радиоведущий и даже немного актер. Именно он определял рок-повестку в России с 1990-х и по недавнее время. После начала войны в Украине Козырев и его семья покинули страну, а летом этого года он попал в список "иноагентов".

Название "НЕмой рок-н-ролл" перекликается с серией книг "Мой рок-н-ролл", написанных Козыревым в середине нулевых. Три тома – это история его работы в индустрии, общения и дружбы с музыкантами, определявшими вектор рок-музыки в постсоветской России. Часть из них сейчас находится по другую сторону незримой линии, разделившей россиян после начала войны. И это, как признается Михаил, крайне болезненное для него переживание и большое разочарование в людях, которых он когда-то считал если и не близкими друзьями, то сподвижниками. И выбранное им название "НЕмой рок-н-ролл" наиболее точно передает происходящее в российской музыке сегодня.

В интервью Delfi Михаил Козырев рассказал о современной российской музыке и ее отношениях с властью, эмиграции, своей реакции на "отмену" телеканала "Дождь" в Латвии, "патриотическом туре" группы "Кино", монстрах внутри хороших людей и новом учебнике истории для российских школьников.

Культура не смогла

Как можно расшифровать название "НЕмой рок-н-ролл"? Он "не мой" или "немой"?

Вы правильно подчеркнули обе стороны, и они обе верны. Статус, в котором сейчас пребывает музыка на моей родине — это исторически значимая полоса, о которой наверняка будут написаны книги, исследования, курсовые работы. Как так могло произойти, что страна совершила вторжение к своим соседям и продолжает эту войну уже более полутора лет? При этом рок-музыка, которая должна нести в себе основополагающую пацифистскую функцию и объединять людей, которые против войны, она заткнулась – ее не слышно, не видно. Немногие музыканты, которые придерживаются антивоенной позиции были вынуждены уехать. Я аккуратно буду говорить, поскольку у меня есть много друзей, которые до сих пор находятся в России, но публично не могут высказаться. Для них это грозит не только запретом музыкальной деятельности, но и тюрьмой.

Seko "Delfi" arī Instagram vai YouTube profilā – pievienojies, lai uzzinātu svarīgāko un interesantāko pirmais!