Foto: Publicitātes foto

Какой объект и когда должен появиться на месте снесенного памятника Ленину? Почему искусственная уточка снесла яичко, а натуральная – нет? Зачем возле Национальной библиотеки поставили "битую вазу"? Может ли свалиться на головы посетителей Рижской Биржи "русская гондола"? Что стоит за скандалом вокруг памятника Марису Лиепе? Не великоват ли Замок света для Латвии и почему он так часто закрыт? Экс-министр культуры, преподаватель Латвийской академии художеств, командир ордена Трех Звезд Хелена Демакова объясняет читателям Delfi, как понимать современное искусство в городской среде Риги.

Через пять лет в Латвии появится свой Музей современного искусства - в новом районе Skanste. Портал Delfi публикует серию материалов "Современное искусство для "чайников", в которой признанные эксперты разных отраслей нового арта будут на понятном для непрофессионалов языке объяснять, что нужно знать на эту тему, чтобы наслаждаться прекрасным по полной программе.

Первым экспертом серии стала экс-министр культуры Хелена Демакова – критик и куратор современного искусства, преподаватель курса "История Западного и Российского современного искусства после 1945 года" в Академии художеств, член жюри Приза молодому художнику Балтии и куратор программы Фонда Бориса и Инары Тетеревых "Искусство в публичном пространстве", благодаря которой самые невероятные объекты появляются в разных местах Риги.

Как понять, что перед нами объект искусства, а не просто уточка или лев, стоящие жутких денег?

Foto: LETA

- Не думаю, что надо сильно озадачиваться на тему, искусство перед нами или нет. Если у человека возникают некие чувства – это уже прекрасно. Он уже стал богаче. Мой совет: не стесняйтесь, будьте свободными в выражении эмоций. Я дважды общалась с Далай-ламой, и как-то спросила, в чем сверхзадача нашей жизни, он ответил: "Быть счастливыми!"

С другой стороны, и нам, экспертам, не стоит быть высокомерными – надо стараться объяснять людям с самого детства, какие потаенные смыслы заключены в объектах современного искусства, а в хороших работах они, несомненно, есть. Да, для глубокого понимания современного искусства нужны некие навыки и дополнительная информация. И не только современного: скажем, может ли человек, не знакомый с религиозной литературой, понять, что значит отрезанная голова на тарелке и не списать это на счет садистских наклонностей художника.

Конечно, в современном искусстве пояснения особенно важны. Скажем, в знаменитом в родном городе Робина Гуда Ноттингем есть замечательный сферический объект Аниша Капура "Зеркало неба", отражающий все вокруг. Казалось бы, в нем заключен весь мир, но опросы показали, что местным жителям милее натуралистичная скульптура летающего коня – там все сразу ясно и понятно.

В любой самой абстрактной работе Поллока или Ротко, помимо хитросплетения линий и цветовых полей, которые сами по себе могут нравиться и не нравиться, художником заложена некая концепция, связанная с культурными корнями художника и его ощущениями в современном мире.

Разве не рижанам решать, какие скульптуры будут украшать улицы и парки города?

Foto: LETA
На фото: объект Бригиты Зелчи-Айспуре и Сандиса Айспурса "Натюрморт" в Ботаническом саду ЛУ.

- Свою волю рижане на выборах делегировали Рижской думе – у нее и полномочия решать за рижан. Если же делать опросы людей с улицы, то мнения могут сильно расходиться - кому что нравится. Судить об уровне произведения искусства могут лишь люди знающие. Во всех западных странах есть специальные художественные программы - выделяются деньги, общественные и частные, на создание объектов и массовое образование в этой сфере. Скажем, в одном Чикаго на улицах стоит около 700 работ современных художников, в Берлине только на месте Стены компания Daimler-Benz выставила 14 работ таких всемирно-известных художников, как Кунс, Раушенберг, Харинг... Восточная Европа сильно отстала: в советское время подобное искусство не жаловалось, а потом на него не было денег.

Российский художник Дмитрий Гутов, чья "Гондола" висит над потолком атриума Рижской Биржи, рассказывал, как в 90-х его пригласили курировать такую программу в Москве. Он договорился с молодыми художниками, но тут же столкнулся с тем, что платить могут лишь по классическим стандартам: условно говоря, если у фигур нет рук-ног – на нее нет ценника. Бюрократическая преграда оказалась столь непреодолимой, что программа закрылась.

Рига – единственный город Восточной Европы, где есть публичная программа современного искусства. Причем за частные деньги – Фонда Бориса и Инары Тетеревых, который три года назад подписал меморандум с городом. К процессу подключена Дума (выборные представители рижан) и самые уважаемые эксперты – Мара Лаце (директор Национального музея), Алексей Наумов (ректор Академии художеств), Юрис Дамбис (Глава Госинспекции охраны памятников), Гвидо Принцис (главный архитектор Риги). Планируется, что программа продлится до 2018 года – и к столетию нашей страны Рига станет и столицей современного искусства Восточной Европы.

Отбор очень жесткий, не менее суровы и технические условия. Скажем, документацию для "Гондолы" готовили год. Когда я выяснила, что тросы, которые должны выдерживать нагрузку 200 кг, сделаны в Китае и рассчитаны только на 20 кг, все затормозили. То же было с памятником Лиепе – мы ведь все делаем на века. Нас с вами не будет, а объект будет стоять. И к каждому – табличка, на которой есть QR-код: наводишь смартфон, и попадаешь на интернет-страницу, где можно получить информацию от художника.

Как понимать ¾ оранжевой вазы возле Замка света. И еще 1/4 вазы – с другой стороны моста?

Foto: LETA
- Вообще-то, частей у этого объекта, созданного Ояром Петерсоном, три. На поверхности большей части вазы, весом в 15,5 тонн, установлено 14 тысяч керамических плиток, на каждой – по одной букве из текста известного немецкого просветителя 18-19-го веков Гарлиба Меркеля про латышей Видземе – надо признать, местами это не особо комплиментарный в отношении латышей текст о том, как они побывали под разной властью и как эта власть на них влияла. Отдельная публикация этого фрагмента на семи языках хранится в Национальной библиотеке и доступна всем желающим – это и есть третья часть объекта.

Почему ваза? Эта классическая форма, сохранившаяся со времен античности, с тех времен пошла и "мода" на свободное пространство для свободных людей, наглядный пример которого – Александрийская библиотека. Так же эта ваза отражает культурную ситуацию в Латвии разных времен. ¼ вазы установлена на круговом съезде с каменного моста. В итоге обе части находится на оси, которая указывает в направлении будущего Музея современного искусства на Сканстес.

Foto: LETA
Впрочем, рассматривая этот объект, вовсе не обязательно зацикливаться на древневековых связях. Для кого-то будет достаточно, по совету автора, порадоваться жизнеутверждающему оранжевому цвету, столь редко встречающемуся в Латвии. Или, по совету Бориса Тетерева, найти на "большой вазе" свое имя и имя своего любимого человека – меценат уверен, что это гарантирует вечную любовь и семейное счастье.

Кстати, родоначальник таких арт-объектов из нескольких разножанровых частей – американский концептуалист Роберт Смитсон, который в 70-х годах создал гигантскую архаичную спираль-мол (Spiral Jetty) на озере в штате Юта – полностью работа состоит из спирали, эссе про эту работу и фильма.

Я считаю показательным тот факт, что один из наших сирийских беженцев – бизнесмен и переводчик - сфотографировался на память у двух объектов – Памятника Свободы и Вазы – и выставил эти фото в соцсети. Именно эти пейзажи ассоциировались у него с Латвией.

Почему семья Мариса Лиепы была недовольна памятником отцу возле Национальной Оперы?

Foto: LETA
- Были две причины несовпадения во мнении. Во-первых, дети Лиепы рассчитывали, что деньги на памятник будут просто переданы их Фонду, а уж они ими распорядятся, как считают нужным – такого не случилось. Фонд Тетерева - чрезвычайно прозрачный, у него есть документы на каждый потраченный евроцент. А тут сумма была очень серьезная.

Во-вторых, у сына танцовщика было свое представление, каким должен быть этот памятник – это представление напоминало стиль главного художника Москвы Зураба Церетели, что для нашей ментальности было совершенно неприемлемо.

В результате долгих поисков, мы остановили выбор на самом известном в мировом масштабе (из трех стран Балтии) концептуалисте Яне Томике, у которого были выставки в самых знаменитых музеях мира. Ни один латышский художник, увы, такого признания пока не достиг. Он работал в паре с опытным скульптором Йири Оявером. В этом объекте из металла удалось соединить реализм — мужество, канонические жесты Мариса Лиепы — с современной экспрессией.

Это не просто памятник Лиепе, а объект искусства навека, который характеризует балет. Со стороны мостика через канал он выглядит как квадрат Малевича, со стороны сквера видна лишь тонкая линия. Постамент переходит за край - это символ сцены, которую отнимали у артиста, "ломали" у него под ногами, не давая ему танцевать.

Наши художники обиделись, что национальное достояние отдали эстонцам. Но что тут поделаешь, если их макеты не прошли комиссию?! Точно также я выслушала немало возмущений, когда в холле Рижской Биржи в небе повисла "Русская гондола" всемирно признанного автора Дмитрия Гутова. Но если смотреть на искусство с таких позиций, мы погрузимся в полный провинциализм. Я – за культурный обмен. К тому же у наших скульпторов есть возможность и дальше принимать участие в конкурсах Фонда Тетеревых. Как результат, мы видим появление на улицах и в скверах перспективные работы молодых авторов.

Почему в объекте Mala, что в саду Виестура, игрушечная уточка 'снесла' яйцо, а натуральная – нет?

Foto: Publicitātes foto
- Несмотря на то,что эта работа молодого скульптора Бригиты Зелчи-Айспуре – бронзовые уточки - любимы детьми, это очень серьезный, философский и концептуальный труд. Почему у уточки, которая выглядит, как в природе, нет яйца, а у искусственной – есть. Наша жизнь ведь тоже полна таких парадоксов. То, что поначалу нам кажется естественным и натуральным – не приносит плодов, а наоборот, то, что мы поначалу считаем искусственным, порождает нечто ценное и новое.
Foto: Publicitātes foto

Почему скульптура 'Призрак' (Rēgs) у Шведских ворот похожа на беженку в чадре

Foto: LETA
- Работа задумывалась Иевой Рубезе в 2013 году – тогда о беженцах речи не шло. Сейчас появилось еще одно значение – это хорошо, что жизнь вносит коррекции и дополнительные смыслы. Это лишний раз говорит об уровне работы. Изначально тут шла речь о поисках спрятанной сущности и отсыл к прошлому Риги, ведь привидения в Легендах Старого города присутствуют повсеместно. И конечно, скульптуру тут же полюбили туристы и стали начищать ее бронзовые литые формы.

Кстати, Борис Тетерев настаивает, чтобы все работы были интерактивны. Создавались из вечного материала (обычно это бронза или гранит) и ими можно было пользоваться – отдохнуть на льве, погладить привидение, оседлать уточку…

Все ли было правильно в проекте Замок света: форма, величина, денежные вложения?

Foto: LETA
- Про форму споров не было – как в 90-х Биркертс Национальную библиотеку изобразил, в том ключе все и развивалось. И изначально она должна была быть почти вдвое больше – я сожалею, что кризис этому помешал. Уже сейчас не хватает помещений на хранение всего. Должно быть больше тематических читален и книжных полок свободного доступа. Я говорю это не как посторонний человек - я несколько лет проработала в Библиотеке им. Лациса, а моя тетя отдала ей 41 год.

На мой взгляд, только один момент был сразу заложен неправильно: библиотека, которая должна была стать культурным пространством, превратилась в место проведения государственных статусных мероприятий – то президентура, то саммит, то конференция... Только молодые люди привыкают туда ходить, как она закрывается на приличный срок. Не могу себе представить, чтобы подобное происходило с Библиотекой Миттерана или Британской. По-моему, это свинство! Библиотека должна быть библиотекой, плюс время от времени там могут проводиться выставки, чтения, мероприятия для посетителей.

Замок света больше всего нравится молодежи 25-30 лет. Мой молодой друг-писатель Нил Сакс говорит, что это лучший офис в Латвии, где можно заниматься интеллектуальным трудом. Он там и магистерскую по теологии написал. Сама я там тоже часто бываю - я официальный советник директора без зарплаты.

Людям постарше там непривычно. В советское время не было у нас опыта агоры - свободного человека в свободном пространстве. И сейчас власть у нас это постоянно крадет. Сейчас Рижская Дума объявила конкурс на приведение в порядок набережной вокруг библиотеки – это будет фантастика. Особенно когда к современному зданию Университета добавятся еще два - гуманитарного факультета. Через 10 лет мы не узнаем этой территории.

Когда появится нечто постоянное на месте демонтированного памятника Ленину?

Foto: LETA
На фото: объект фестиваля Staro Rīga на месте бывшего памятника Ленину.

- Пока - рановато. Я считаю правильным, что пока там ставят временные декорации к праздникам (на Лиго, к Рождеству, в годовщине Декларации независимости и т.д.) или временные художественные объекты. Думаю, что-то постоянное там делать рано - слишком близка и болезненна пока вся эта история. Как минимум сперва самого Ленина надо похоронить. Пока он в Мавзолее, дух коммунизма будет бродить по Европе. Мы же христиане!

Seko "Delfi" arī vai vai Instagram vai YouTube profilā – pievienojies, lai uzzinātu svarīgāko un interesantāko pirmais!