Ивар Иябс. Маловеры
Foto: LETA

В то время, когда надо избрать следующего президента Латвии, нужно думать не о порядке голосования, дискутируя о необходимости всенародно избранного президента, а о взглядах и представлении нового президента в различных сферах. Об этом в интервью программе Латвийского радио "Pēcpusdiena" заявила экс-президент Вайра Вике-Фрейберга (lsm.lv, 5 марта).

close-ad
Продолжение статьи находится под рекламой
Реклама

Разговоры о всенародном избрании президента пора заканчивать. В этом Вике-Фрейберга полностью права. Правда, не по тем причинам, которые побуждают нашу правящую элиту избегать этой темы. У этих причин есть две совершенно конкретные фамилии — "Лембергс" и "Ушаков". Нет, эту тему пора закрыть потому, что никто просто не в состоянии реализовать такую конституционную реформу. Если уж правящим не по силам даже ввести открытое парламентское голосование по президенту, то стоит ли говорить о фундаментальных реформах политической системы?

Конечно, о народном президенте можно дискутировать чисто гипотетически. Это уже сегодня в аудиториях вузов делают юристы и политологи. Но когда этим занимаются правящие политики, напрашиваются некоторые грубоватые сравнения. Есть ведь в мире мужчины, которые компенсируют увеличивающуюся импотенцию грубыми анекдотами и увлеченной болтовней о сексе.

Резонанс, который в этом году вызывают предстоящие выборы президента, частично объясняется внешнеполитическим фоном. Ссылки на гибридную войну, геополитическую ситуацию, требования, чтобы новый президент был "как Ильвес и Грибаускайте", — это явный результат внешней угрозы. Одновременно эта увлеченность не должна затемнять нашу память. А память свидетельствует, что так же и в 2007 и в 2011 году подавляющему большинству латышской интеллигенции казалось, что именно от нового президента зависит, "быть или не быть" нашему государству.

И тогда без всей Украины казалось, что президент — это наше все. И если мы позволим парламенту избирать его согласно своим предпочтениям, случится что-то ужасное. Например, президент помилует Лембергса или отдаст власть олигархам. Но оказалось, что нет, ничего такого не случилось. Затлерс и Берзиньш справлялись с записанными в Сатверсме президентскими функциями, в целом, были лояльными и популярными в народе президентами. Правда, первый имел склонность к политическим авантюрам, а второй — очевидные проблемы с публичной коммуникацией.

Некоторым они очень нравились, некоторым — очень не нравились. Но никто из них не был настолько катастрофическим, чтобы кто-либо в парламенте инициировал его преждевременную отставку или даже устраивал ощутимые публичные протесты. Это были типичные президенты своего времени, которые, в общем, соответствовали степени эволюции латвийской политической среды.

И вот наступил 2015 год. Одновременно с Берзиньшем появился целый ряд других возможных кандидатов — Эгил Левитс, Сандра Калниете, Артусс Кайминьш, Юрис Рубенис, где-то на фоне мелькает также внушительный образ ВВФ. Каждый из них, несомненно, в состоянии исполнять обязанности президента не хуже всех предыдущих. Но, оказывается, этого мало. В публичном пространстве непрерывно звучат аргументы о грядущей катастрофе. Их суть заключается в следующем: если мы позволим парламенту избрать президента просто так, главой государства сделают русского шпиона, и Латвийское государство просто перестанет существовать.

Поэтому надо устраивать всякие народные собрания, нужно непременно голосовать открыто, болтать о всенародно избранном президенте, хорошо зная, что это останется на уровне болтовни. К тому же, все это делается в непоколебимой уверенности, что все прежние президенты ни на что не годились, и парламенту нельзя доверять нечто подобное.

У меня немного другое мнение. Прежде всего, в этих дебатах проявляется очень своеобразное понимание демократии. Начнем с того, что хорошо и правильно президента ищут СМИ, негосударственные организации и разные самопровозглашенные лидеры мнений, а не демократически избранный парламент, которому вообще нельзя позволить избирать кого-либо самостоятельно.

Это очень милое послание интеллигенции обществу: тем клоунам, которых вы избрали на улицу Екаба, ответственные задачи доверять нельзя. Они в итоге всегда изберут бандита. Поэтому нужны какие-то экстренные инструменты, которые в избрании президента позволили бы обойти действующий конституционный порядок. Иначе нам конец. Конечно, интеллигенция может так себя вести. Только тогда не надо жаловаться, что граждане не доверяют латвийской демократии и государству в целом. Их ведь упорно учат беспомощности — избирай, сколько хочешь, все равно в итоге получится бандит.

Во-вторых, людям с относительно слабыми нервами, видимо, трудно выдержать напряжение, когда за два месяца до выборов по-прежнему неизвестно, кто будет следующим главой государства. Но демократия всегда подразумевает определенный риск — в надежде, что демократическая процедура обеспечит приемлемый и соответствующий общественным интересам результат. Это по-своему плохо, ведь хороший результат не гарантирован. Тем более, то, кто будет следующим главой государства, через своих представителей определяем мы сами, а не какая-то внешняя сила, которую потом можно будет винить во всех бедах.

Это лишний раз неприятно нам напоминает о нашем решении на последних парламентских выборах. Но есть надежда, что со временем все мы эволюционируем в направлении действительно выдающихся и уважаемых президентов. В противном случае нам придется сделать то, о чем, кажется, втайне мечтают многие латышские интеллигенты. А именно: попросить Вашингтон или Брюссель назначить нам генерал-губернатора, который освободил бы нас от необходимости самим принимать сложные решения.

Перевод DELFI. Оригинал здесь

Теперь у нас есть Телеграм-канал Rus.Delfi.lv с самыми свежими новостями Латвии. Подписывайтесь и будьте всегда в курсе!

Tags

Артусс Кайминьш Вайра Вике-Фрейберга Ивар Иябс Сандра Калниете Юрис Рубенис
Опубликованные материалы и любая их часть охраняются авторским правом в соответствии с Законом об авторском праве, и их использование без согласия издателя запрещено. Более подробная информация здесь.

Comment Form