Foto: AP/Scanpix/LETA

Мобилизация остается в Украине одной из самых горячих и актуальных тем. Принудительное пополнение личного состава ВСУ мужчинами призывного возраста, способными удерживать линию фронта, — одна из самых сложных задач, стоящих в последние месяцы перед украинскими властями.

Чтобы стимулировать приток новобранцев, Рада изменила законодательство, существенно расширив полномочия территориальных центров комплектации (ТЦК, аналог военкоматов) и сильно увеличив штрафы для нарушителей.

Однако поможет ли это привлечь в армию сотни тысяч мотивированных и подготовленных бойцов? Мнения экспертов разнятся. Одни говорят, что в новых законах немало юридических пробелов, другие сомневаются, что принудительно мобилизованные бойцы окажут армии серьезную помощь, третьи обращают внимание на угрозу проседания "экономического фронта" в тылу.

Курирует эти вопросы парламентский комитет по нацбезопасности, обороне и разведке. Уже почти пять лет его возглавляет депутат от партии "Слуга народа" Александр Завитневич, давний соратник президента Владимира Зеленского. Сейчас он офицер запаса, но долгое время возглавлял одно из украинских оборонно-промышленных предприятий.

Это сокращенная версия интервью, которое Завитневич дал корреспонденту "Украинской службы Би-би-си" Олегу Чернышу. Полную версию на украинском языке можно прочитать здесь.

О мобилизации

Закон о мобилизации приняли два месяца назад, и уже почти месяц он работает. Его нередко критикуют и как слишком мягкий, и как излишне жесткий. Видя примеры исполнения закона на практике, как вы сейчас его оцениваете? Может быть, он кажется вам идеальным?

Закон никогда не бывает идеальным. Законодатель всегда пишет закон, имея в виду некий баланс. Баланс должен быть всегда и во всем, в том числе и по мобилизации — как минимум в том, что касается прав человека.

И давайте откровенно, это уже все признают — до полномасштабного вторжения, все эти 30 лет, полноценно мобилизацией не занимались. Тем более на обязательный военный учет никто не обращал внимания, данные свои не обновлял. Выходит, что власти страны и военное руководство не знают, каков реальный мобилизационный ресурс — сколько людей у нас способны взять в руки оружие и пойти защищать Родину.

Вышел ли это хороший и сбалансированный закон? По моему мнению, мы много работали над ним в комитете, почти два месяца рассматривали. Слушали и военных, и уполномоченного по правам человека, и народных депутатов, и представителей других отраслей.

Ибо мобилизация эта касается каждого. Как мы говорили, этот закон "зашел к каждому в дом". Но в полной мере оценить его, думаю, будет можно немного позже.

По вашему мнению, выполнит ли этот закон свою основную функцию — мобилизационное пополнение армии? Власти называли цифры порядка 400-500 тысяч новобранцев. Удастся ли ВСУ благодаря этому закону набрать необходимое количество?

Закон действует только с 18 мая, а чтобы как полагается его оценить, нужно иметь статистику. Срок еще очень маленький, чтобы мобилизационный закон оценить.

Уже давно существовало требование законодательства раз в год приходить в ТЦК и обновлять свои данные, в том числе — проходить медицинское освидетельствование. Но давайте признаем, что вся страна не занималась этим, граждане этим не занимались.

Поэтому говорить сейчас о 15% или 20% — это такая цифра, которая очень теоретическая. К тому же, сколько у нас граждан выехало, никто не знает.

Но давайте говорить откровенно: военные все равно чувствовали, что этот резерв еще есть. Просто люди не приходят в ТЦК. Люди прячутся, люди не хотят идти служить. Это объективно.

Думаю, на стратегическом уровне существенных изменений не произойдет. У нас одна цель —защитить нашу Украину, выгнать врага за границы нашего государства. Отвечая на ваш вопрос, изменит ли это что-то стратегически — я думаю, нет. Планы, которые были — они основные, и основная цель — защитить наше государство.

О стимулировании бойцов ВСУ

Есть в обществе мнение, смотря на действия РФ, что финансовая стимуляция добровольцев в Украине не слишком высока, мягко говоря. Есть ли варианты увеличить ее, по вашему мнению? Или это максимум, который может дать государство?

Прежде всего я вообще противник сравнения стимулов у нас и у врага. Потому что все, что мы делаем для наших защитников и защитниц, отнюдь не связано с тем, чтобы соперничать с врагом или ориентироваться на него. Мы защищаем свою землю, свою судьбу, свое право на существование, и россияне никак не могут быть с нами в одной плоскости ценностей.

Относительно соцзащиты мы исходим из того, что наши защитники, члены их семей — это первоочередной приоритет наших финансовых или других видов ресурсов.

Другое дело, что источники этих ресурсов определяются нашей экономикой, поступлениями в государственный бюджет. Поэтому по мере появления возможностей, мы стараемся улучшать социальную защиту наших защитников и членов их семей.

Каким вам видится дальнейшее развитие событий на фронте? Есть версия, что в ближайшее время Россия откроет еще один фронт в Сумской области, а некоторые говорят даже о повторном наступлении на Киев. Есть другая позиция — российское наступление уже отражено, и скоро ВСУ перейдут к контрнаступлению.

Ситуация каждый день сложная, но по некоторым направлениям, скажем так, более или менее нормальная. Там линия обороны не двигается, позиции не сдаем. В то же время в некоторых других местах мы видим постоянные обострения. Может ли враг открыть новый фронт? Да, может, мы этого не исключаем. И должны постоянно быть готовыми.

А Украина, на ваш взгляд, способна провести еще одно контрнаступление в этом или следующем году?

Это очень сложный вопрос. Способны ли мы на это? Ответ зависит от очень многих факторов. Это и закон о мобилизации, и комплектация наших боевых бригад. Многие бригады недоукомплектованы: не буду говорить процентов (они там разные), но проблема есть.

Вторая проблема — вооружения. Пакет помощи, который мы ожидали от нашего основного партнера США, был получен с существенной задержкой. По некоторым видам вооружения задержка была больше месяца. По каким-то видам — даже по два-три месяца. А это сильно влияет, когда мы планируем какие-то военные операции.

Seko "Delfi" arī vai vai Instagram vai YouTube profilā – pievienojies, lai uzzinātu svarīgāko un interesantāko pirmais!